не ожидал ни один из нас.
– Твою мать! Курица! – закричал он, тряся по очереди ногами, пытаясь смахнуть с них противную жидкость, что вырвалась из меня.
– Прости, – икнула я, виновато глядя на него из-подо лба. Лучше бы я осталась дома.
Кэт вышла на улицу в тот самый момент, не упустив всех деталей. И как только я извинилась, она тут же схватила меня за руку, оттаскивая в сторону подальше от взбешённого незнакомца. Подруга нашла Пола, и он развёз нас по домам.
Голова на следующее утро болела сказочно, было очень плохо, но родители и виду не подали, что как-то злятся на меня или в роде того.
Пол привёз меня около трёх ночи, что у нас в семье считалось ещё не поздно. Когда только начались мои ночные вечеринки с Полом и Кэт, мы с мамой установили кое-какие правила, и я беспрекословно их придерживалась. А когда я стала совершеннолетней, то часы позволенного свободного времени немного сдвинулись, я несла сама за себя всю ответственность. Но поскольку я всё ещё жила с родителями, то должна была подчиняться некоторым их пожеланиям, да и правила настолько приросли ко мне, что я невольно до сих пор их придерживалась.
Ближе к вечеру мне полегчало, и мы сели ужинать с родителями. Папа причитал, что с мажорами иметь дело нельзя. Уж больно они непонятливые. Думают, что им всё можно и вообще море по колено.
– Дочь, никогда, слышишь меня? Никогда нельзя иметь дело с теми, кто думает, что им всё позволено. Они меряют всё деньгами и ничто человеческое им не понять. Держись подальше от таких, – говорил отец об очередном своём клиенте.
Мама тихонько массировала ему шею, ласково мне улыбаясь. Ну что может быть лучше, чем вот такой семейный вечер? Ничего.
***спустя три месяца***
Сегодня в университете пары были сокращённые из-за приближающихся зимних праздников. Это был последний учебный месяц, до нового года оставалось чуть больше трёх недель. Университет всюду был украшен огоньками, гирляндами, в столовой стояла огромная ёлка с яркими шарами, дождиками и прочей мишурой.
– Адель! Адель! – услышала я голос подруги.
– Кэт, привет, что случилось? Ты чего такая взволнованная?
– У нас конкурс! Городской конкурс будет!
– Что ещё за конкурс? – фыркнула я.
– Математический. Кто выиграет, получит денежное вознаграждение.
– Правда? И сколько? – это меня уже заинтересовало.
Деньги мне были нужны. Я ведь не работаю, живу с родителями, давно уже подумываю о съёмной квартире, но тут без денег никак. Если вознаграждение приличное, то мне точно хватит на первый месяц, чтоб оплатить квартирку, а за месяц я найду работу и наконец, буду полноценно самостоятельной.
А что? Дурой я не была. Я была круглой отличницей, от чего мама с папой только гордились, собственно это была одна из причин моей вседозволенности. Самым первым условием, что поставила мне мама, как только я вошла в подростковый возраст.
– Ну, чуть больше тысячи долларов.
– Отлично! Где записаться? – воодушевилась я.
– И не надейся, Флеминг! Тебе ни за что его не выиграть, – послышался писк местной прЫнцессы.
– Не волнуйся, Кора, это конкурс на мозги, а не на их отсутствие! – ответила я.
– Что самая умная нашлась? – тут же нахамила блондинка.
– А что без доказательств не веришь? – улыбнулась я, Кэт подмигнула мне, одобряя.
Да, я за словом в карман не лезу. Когда-то давно я была тихоней, неуверенной в себе девочкой, но в какой-то момент всё изменилось. Даже не помню, как и когда это произошло. Просто помню, что начала себя любить и ценить больше. Сама себя не полюбишь – никто не полюбит, сама за себя не постоишь – никто не постоит.
А особенно сильно мой здоровый эгоизм и острый язычок начали проявляться ещё в старших классах школы. Когда мальчишки ещё не умели проявлять внимание, делали всякие гадости, я научилась давать отпор.
Кора – типичная Барби, длинные белые волосы, явно не её родной цвет, красивые, но пустые серые глаза, накачанные губы, тонкая талия, стройное тело, но вот с мозгами не повезло. Не положили, и так тело напичкано, чем только не лень. Зато повезло с родителями, точнее с их деньгами. Родители Коры заняты бизнесом, каждый своим, а времени на дочь у них нет, вот и откупались от неё дорогими подарками с самого детства. Девочка и выросла думая, что так будет всю жизнь. Сочувствую ей, вот честно.
Мы с Кэт записались на конкурс. Он должен был состояться через неделю в мэрии. Почему там? Да чёрт их знает, так было написано на объявлении. Главное, что за участие ставили предмет автоматом, без экзамена, что не могло не радовать.
Через неделю мы с подругой пришли туда, отметились, подписались, нам выдали карточки-пропуска, отправили на регистрацию, потом ещё в какой-то кабинет. В общем, набегались мы знатно, прежде чем попали в нужный.
Высокий усатый седой мужчина указал нам на наши места, мы подождали ещё нескольких участников и всем раздали тесты. Заполнив быстренько самое лёгкое, я перешла к задачам, решение которых у меня простиралось на целые страницы. Как только я закончила, отнесла тест мужчине, и он отправил меня в приёмную, сказав, что все результаты будут вывешены в наших университетах.
Кэт вышла огорчённая.
– Что такое? – спросила я.
– Адель, мне кажется, я завалила его. Не полностью, конечно, но есть две задачи, в которых я не уверена.
– Да ладно тебе, это же не сессия, нечего волноваться. Конкурс есть конкурс, тут не ставят оценки. Пойдём лучше отметим это дело.
Ближайшее кафе манило нас своим уютом, поскольку был уже вечер, мы без тени сомнений позволили себе по коктейлю. Кэт немного расслабилась, и понеслись задушевные разговоры. С ней всегда так. Нет, я тоже люблю о нашем, о девичьем, но не каждый же раз. Но почему-то в этот вечер разговор пошёл обо мне с Полом.
– Не знаю, может и вышла бы, но ведь рано ещё. Да и мне кажется Пол не готов ещё.
– Но ты бы хотела? – настаивала подруга.
– Да не знаю, чего ты прицепилась с этой свадьбой. Наверное, да. Мы уже столько лет вместе…
– Наверное или да? Потому что если первое, то тогда точно есть вопросы.
– Я не знаю, ясно? Я не думала об этом так далеко. Пол он… Мы ещё со школы вместе и понятно, что рано или поздно это случиться.
– Но хочешь ли ты, чтобы это был именно Пол?
– Я не знаю.
– Вот оно, – чуть ли не крикнула подруга.
– Что?
– Ты любишь его?
– Ну, конечно.
