— Ах ты, сволочь! Да я тебя сейчас на пиксели размажу!
От следующей затрещины мне удалось увернуться, я отскочил и зарядил гаду по голени. Но разве такую скалу прошибешь? Походу, мужик даже не почувствовал моего лоу-кика, зато тут же прилетела ответка в виде удара под ребра.
Потеряно 8 хитов
В голове зазвенело, я упал на колени, чуть не ткнувшись мордой в песок. Урод, блин! Сюда бы отцовых безопасников, они бы ему быстро втолковали, как надо себя со мной вести.
Он стоял совсем рядом, я с ненавистью посмотрел на бронзовые ноги в коротких сапогах из грубой кожи. И сам не понял, как вцепился зубами в его голень. Во рту появился вкус крови, а Корлин взвыл, точно раненый зверь
— Ах ты пес олнейговский! Удильщику тебя скормить мало! — завопил он и пнул меня со всей дури прямо в живот.
Я повалился на бок, скрючился, судорожно хватая ртом воздух, а он с размаху вдарил по моей голове сапогом. И еще раз, по ребрам. И еще. Все потемнело, перед глазами заметались искры.
Кроме боли и отвратительного хруста костей в моем мире ничего не осталось.
Потеряно 14 хитов
Потеряно 13 хитов
Потеряно 7 хитов
Боль вдруг отступила, и я почувствовал невероятное облегчение. Мир вокруг потерял краски, стал черно-белым, как древний фильм.
Вы погибли. Возрождение через:
10 секунд
9 секунд
8 секунд...
Какое странное состояние. Ты вроде есть, но тебя нет.
По окончании отсчета я снова оказался на круге возрождения. А с места стычки ко мне тяжелыми шагами уже шел Корлин.
— Ну? — прорычал он.
Умирать оказалось крайне неприятно. Ощущения были препаршивыми, не говоря уже о боли. Ничего подобного я не мог припомнить. Руки-ноги ослабели и тряслись, в голове звенело, в груди стучал тяжелый молот. Короче, второй раз подыхать мне не улыбалось. Сжав губы и поморщившись от унижения, я коротко кивнул, подтверждая свое согласие идти, куда велит надзиратель.
Гаденыш удовлетворенно хмыкнул и зашагал к морю, коротким взмахом руки приказав следовать за ним. И я пошел. А что, блин, делать?! Этот урод, походу, имеет здесь полную свободу действий. Может убить и раз, и два, и десять.
Да ладно, плевать. В конце концов, через час Арсений меня отсюда вытащит, и я забуду Корлина, как страшный сон.
Хотя кого я обманываю? Этот липкий страх, это чувство униженности мне запомнится надолго. Так мерзко я себя не чувствовал никогда. Козел все-таки этот дядя Арсений, не мог в обычную капсулу сунуть, а не в экспериментальную гадость.
Надсмотрщик повел меня не напрямую к морю, а к расположенным неподалеку кустам. Они росли на небольшом косогоре, мы спустились с него и вышли на берег. Пахнуло соленым бризом. В нескольких метрах от нас тихо шелестели волны, то и дело надвигаясь на горячий песок. Пару раз в воде мелькнули головы купальщиков.
— Раздевайся! — приказал Корлин.
— Не понял...
Я опустил глаза и только сейчас заметил, что на мне полотняные штаны и рубаха — грязные, в пыли, с багровыми пятнами.
— Снимай одежду, говорю! Чего непонятного?
Да что он, рехнулся? Или изгаляется?
Сразу же пришла мысль о побеге. Надсмотрщик с массой центнера в полтора вряд ли сможет меня догнать. Я кинул быстрый взгляд на время. Интерфейс, постоянно висевший на границе видимости, услужливо подсказал — двенадцать сорок три. Получается, с момента входа в игру прошло только пятнадцать минут. Негусто. Смогу я бегать от этой скотины час? Нет, конечно. Поймает и... Сколько раз он успеет меня убить? И не свихнусь ли я после десятка смертей подряд?
Стиснув зубы, я снял рубаху и бросил ее на песок. Ну, Арсений... Вернусь — точно морду набью.
— И брюки! — потребовал Корлин.
Кровь бросилась мне в лицо. В Мидкоре у каждого персонажа по умолчанию под одеждой имеются белые трусы типа хипсов. Ходить прилюдно в подштанниках мне не улыбалось, однако выбора не было. Я со злостью скинул штаны. Ладно, зубастый, считай, этот раунд за тобой. Но партия еще не закончена.
Он окинул меня равнодушным взглядом и ткнул пальцем в сторону моря.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А теперь за работу!
И пошел вдоль берега к лачугам, не оглядываясь. А вот это хорошо. Давай-давай, вали отсюда.
— Обед в три, — бросил он через плечо.
Ну, к трем меня здесь уже не будет, так что фиолетово. Можно одеться и найти место в тенечке. Я поспешно натянул штаны и почувствовал себя увереннее.
А если этот изверг вернется и увидит, что я не работаю? Нет, идти на конфронтацию пока рано, нужно подготовиться.
— Что делать-то надо? — крикнул я ему вслед.
Он обернулся и посмотрел на меня, как на слабоумного.
— Нырять, конечно. Как иначе ты собираешься добывать жемчуг?
В этом и заключается гениальная придумка Арсения с экспериментальным режимом? Персонаж рождается не в стартовом городе, а где-то в заднице мира. Причем в рабстве. Извращенец, мать его. Нафига это надо, кто захочет в такое играть? Хотя, судя по мелькавшим в море купальщикам, желающие нашлись.
Словно подтверждая мои мысли, неподалеку из воды вынырнула голова. Парень чуть постарше меня быстро поплыл к берегу, в каждом его движении сквозила усталость. Выйдя, он растянулся на песке, но перед этим осторожно положил рядом с собой две морские раковины. Спортивный, светловолосый, с исцарапанными ногами и такой же, как у Корлина, бронзовой кожей. На нем были только белые хипсы, а над головой поблескивал ник:
Риччи
Я стоял метрах в двадцати от него, но он явно меня не замечал. Пришлось многозначительно кашлянуть. Парень поднял руку, заслоняясь от солнца, и с удивлением уставился на меня.
— Новенький? — помолчав, спросил он.
— Ага.
— А чего в штанах? Тебе что, Корлин не сказал?
При воспоминании о надзирателе я невольно нахмурился.
— Оно мне надо — с ним разговаривать?
Риччи рассмеялся.
— Ясно, полаялись? Корлин при первой встрече на всех наезжает, так он видит свою работу. Не, он неплохой мужик, если не лезть в бутылку. Короче, советую снять одежду, иначе будет неудобно работать.
Он встал, отряхнул с ног налипший песок и, подхватив раковины, кивнул в сторону косогора.
— Пошли там посидим, жарко. Надо немного передохнуть.
Я с удовольствием пошел за ним, поскольку тоже изрядно упрел. Мы устроились в тени чахлых деревьев, каким-то чудом укоренившихся на выступе. Мельком взглянув на свои голые руки, я заметил, что и они имеют чудной бронзоватый оттенок. Походу, это признак расы, как ее там… элгионов.
— Значит, заработать хочешь? — улыбнулся тем временем Риччи.
Он мне понравился: спокойный, открытый, и уж точно не подставит, как Стас.
— В смысле? — не понял я.
— Ну, ты зачем двинул в экспериментальный режим? Разве не из-за денег?
— Эмм... Меня родственник попросил. Он выполняет заказы фирмы, которая разрабатывает эту игру. Что-то ему там проверить надо по показателям.
Вранье, конечно. Я вообще не помню, чтобы Арсений когда-нибудь обращался ко мне с просьбой. Но он действительно уже несколько лет работает в фирме-разработчике Мидкора. Раньше — на чужого дядю, а теперь — на моего отца, которому приходится старшим братом. Тому — крупному бизнесмену — особого дела до меня нет. Понятно, что он меня любит и все такое, но забот у него и без сына хватает. Поэтому он обычно обходится двумя дежурными вопросами: как учеба и нужны ли деньги. А с тех пор, как несколько месяцев назад я закончил универ, первый вопрос отпал сам собой. Подозреваю, папочке мое высшее образование обошлось в кругленькую сумму. Само по себе обучение бесплатно, но убедить деканат, чтобы меня не исключали ни за одну из многочисленных выходок, наверняка оказалось недешево. Зато теперь в моем арсенале есть престижная корочка.
В отличие от отца, мать всегда лезла в мои дела. Но характер у нее слишком мягкий, чтобы что-нибудь изменить. Считая меня мажором и будучи уверенной, что моя жизнь летит под откос, она не раз обращалась к Арсению с просьбой повлиять на племянника. Тот приходил, читал мне морали и всячески надоедал.
