У меня каждая секунда на счету, а он лясы точит.
— Мне не до шуток, Арсений! — рявкнул я. — Нужно укрытие, менты на хвосте!
И для весомости пару раз пальнул в потолок. Зря, конечно, могли и услышать, но чего не сделаешь на эмоциях. Одна из пуль срикошетила и угодила в решетку какого-то блока. Внутри него заискрило, пошел легкий дым. Ничего, починит, нефиг было клоунаду устраивать.
Лицо дяди вмиг стало серьезным.
— Макс, ты кого-то убил?
— Не я…
— Так, понятно.
Арсений решительно подошел к двери и запер ее. Окинул меня придирчивым взглядом, покачал головой и буркнул:
— Пойдем.
В противоположном конце помещения, была еще одна дверь. Мы вошли внутрь и оказались в круглом зале. В центре на стойке возвышалась футуристического вида капсула, подсвеченная, точно саркофаг с мумией в Британском музее. Осторожно разжав мои пальцы, Арсений забрал пистолет и сунул себе за пояс.
— В капсуле эта штуковина тебе не пригодится.
Глава 2
— Гермес, с тобой все хорошо? — голос Риччи вырвал меня из воспоминаний.
— А? Все нормально, просто задумался.
Мне совершенно не хотелось рассказывать случайному знакомому о событиях, приведших меня в Мидкор. Поэтому я и наплел ему про дядину просьбу.
— Родственник, говоришь? — усмехнулся Риччи. — Ну-ну. Что же он тебя не предупредил, в какой переплет ты здесь попадешь?
— Видимо, в этом и заключается эксперимент. Он сейчас, небось, сидит, смотрит на мои показатели...
— Но как-то выживать здесь тебе надо. Вообще ничего не знаешь о мире? Ты раньше играл?
— Да, но давно. Был лучником.
— А сейчас какой класс дали?
— Вор, — угрюмо бросил я.
— Повезло, — Риччи, кажется, не шутил. — При умелом подходе это топовый перс. Сможешь развить его до ассасина, и любой клан с руками тебя оторвет. Но это потом.
Мне все это было неинтересно, поэтому я перебил его:
— Ты скажи, мы типа рабы здесь? И должны вкалывать на какого-то толстосума под присмотром таких, как Корлин?
Риччи взъерошил прилипшую ко лбу челку и покачал головой.
— Нет, это не рабство. Теоретически каждый персонаж свободен. Ты, например, можешь уйти в любую минуту. Вопрос — куда.
— В смысле?
— В нашем уголке мира единственное жилое место — вот эта ферма по добыче жемчуга. Вокруг — пустыня. Раз в неделю приходит караван, можно купить себе место и уехать в ближайший город, Мергус. Но для этого нужны деньги, десять серебряных монет или тысяча медных. Здесь мы их и зарабатываем. Нам дают жратву и крышу над головой плюс платят по пять медяков за каждую серую жемчужину. Если повезет и добудешь белую, получишь двадцатку, ну а если каким-то чудом сдашь розовую — полтинник.
— И как долго надо копить на билет через пустыню? — из любопытства спросил я.
— Ну, это зависит от трудолюбия и удачи, — рассмеялся Риччи, поднимаясь на ноги. — Обычно от двух недель до месяца.
Фигасе! Месяц тупо нырять за жемчугом — обалденно интересная игра!
— Ты говорил, вас тут много? Но я никого, кроме тебя и еще пары парней, поблизости не видел.
— У каждого свой участок. Этот мой, твой — соседний. А там, за кустарником — другие. Всего здесь живет человек семьдесят. Ладно, пойду. Скоро обед, а я выловил только четыре штуки. Не сиди долго на солнце, пить захочется, — добавил он и направился к морю. — И да, — Риччи обернулся и погрозил мне пальцем: — Не вздумай спереть ракушки, тут это самое страшное преступление! Увидимся!
Он зашел по пояс в воду и нырнул, а я остался один. Прислонился спиной к песчаному косогору, вытянул ноги, закрыл глаза. Теперь, когда стало понятно, что работать необязательно, мне здесь даже понравилось. Конечно, воспоминания об унизительной стычке с Корлином еще долго будут жечь, но как-нибудь переживу. Надо расслабиться и получать удовольствие. А почему нет? Тепло, солнце, море. Искупаться, что ли?
Я лениво встал и подошел к воде. Постоял, жмурясь от яркого света и чувствуя, как волны ласково касаются ног. Можно считать, внеплановая поездка на море. А что, неплохо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В левом верхнем углу интерфейса замигала одна из полосок. Я приблизил ее и прочел:
Сытость: 20/80.
Ваш персонаж должен регулярно питаться. При падении Сытости до нуля персонаж умрет от голода.
Что-то новенькое. Помнится, у моего лучника ничего подобного не было.
И тут живот скрутило так, что я согнулся от боли. Фигасе голод жжет! Сколько там осталось до вызволения из дурацкой капсулы? Скоро два часа, пора бы меня вытаскивать. С чего вдруг Арсений тормозит?
Как только приступ прошел, я огляделся. Невдалеке призывно помахивал ветвями куст с ярко-оранжевыми ягодами. Думаю, вполне сойдет.
Утопая по щиколотку в песке, я направился к нему. Придирчиво осмотрел, сорвал одну ягоду и, потерев о штаны, надкусил. Освежающая влага брызнула на язык. Кисловато, но в целом норм.
Сытость +2
То, что нужно. Я набрал целую горсть и отправил в рот.
Сытость +2
Сытость +2
Сытость +2
Сытость +2
После пятой надписи живот снова схватило, съеденное пошло вверх, и меня вырвало прямо здесь же, рядом с кустом. В интерфейсе замигали уже две полосы:
Сытость: 15/80
Жажда: 72%
Я стоял, склонившись над вонючей лужей, и дышал как паровоз. Жажда?!
Ваш персонаж должен регулярно пить. При увеличении Жажды до ста процентов персонаж умрет от обезвоживания.
Опупеть...
Отойдя от куста, я в изнеможении опустился на песок. Ноги ослабели, во рту словно кошки нагадили. Снова появились боли в животе. Интересно, это выдумка разработчиков или в реальной жизни голодающие чувствуют то же самое? Если второе, то я им не завидую.
Блин, тяжко. Солнце жарит как бешеное, в горле пересохло так, что сглотнуть не могу, желудок крутит, и прямо физически ощущается, как уходят силы. Слабость такая, что и шевельнуться нелегко. Тоскливо посмотрев на тень под деревьями и оценив расстояние, я решил, что не дойду. Попробовал ползти, но только наглотался песка. Когда же это кончится?
Жарко, безумно жарко. Но рядом море. Если добраться до него, будет легче. Собрав все силы, я пополз к воде. Песок набивался в рот и глаза, причиняя дополнительную боль, но мне уже было все равно. Словно зомби, я бездумно тащился туда, где было немного прохладнее.
Добравшись до места, куда доставали волны, я свернулся в клубок, подтянул колени к животу и прикрыл голову руками. Лежал и медленно, мучительно умирал. Тело болело, резь в животе усиливалась, здоровье убывало. Скорее бы сдохнуть, хоть смерть и неприятная штука, но сытость наверняка должна увеличиться, а жажда — уменьшиться. Иначе нарушается логика игры. Я умру, воскресну, и буду жить долго-долго, до тех пор, пока... Похоже, у меня мутится рассудок.
Не знаю, сколько я пролежал в забытьи. Из бессознательного состояния меня вырвал густой, низкий голос:
— Едрить... Ты что тут делаешь, паря?
С трудом разлепив набухшие веки, я рассмотрел в жарком мареве склонившегося надо мной бородача средних лет.
— Пить и есть. — Губы дрогнули, силясь произнести непривычное слово: — Пожалуйста!
— Эва! — присвистнул незнакомец. — А у меня и нет ничего. Идти сможешь?
Он рывком поднял меня, попытался поставить на ноги, но колени подогнулись, и я снова рухнул на песок. Сквозь шум в ушах было слышно, как мужик матерится. В конце концов, он взвалил меня на плечи, словно барана, и куда-то потащил.
Очнулся я от гула голосов, среди которого выделялся рык ненавистного надзирателя.
— Ему еда не положена!
— Корлин, он умирает от голода и жажды!
— Пусть пьет, вода — бесплатно.
В мои потрескавшиеся губы ткнулось горлышко сосуда.
— Пей, — произнес бородач, над головой которого светился ник «Лесник».
С трудом сглатывая, я поглощал вожделенную влагу. Какое это, оказывается, блаженство — просто выпить воды!
