Мисс Уайтхолл посмотрела на Джульетт так, что сразу стало понятно, что работа в этом доме будет не в тягость, словно она просила Джульетт согласиться с условиями, а та боялась в голос закричать, как ей хочется остаться в таком замечательном доме. Все годы, что Джульетт провела на улице в детстве, голодая и замерзая от бесконечного пронизывающего ветра, она даже не могла мечтать о том, что когда-нибудь переступит порог такого дома.
– Очень хорошо, – сказала мисс Уайтхолл, – если Джульетт это устраивает, я согласна.
А самой Джульетт в этот момент хотелось обнять мисс Уайтхолл.
– Да, конечно, – сказала она, – я буду рада приступить сейчас же.
Мисс Уайтхолл была просто счастлива, в этом не могло быть ни малейшего сомнения, да и леди Уайтхолл, казалось, была довольна.
– Отлично, я бы хотела, чтобы вы приступили прямо сейчас, а ваши вещи мы доставим чуть позже.
На секунду Джульетт пришла в ужас. Она не имела понятия, что именно должна делать камеристка, кроме тех мелочей, которые она видела у Роулейсов. Безусловно, она умела шить, знала, как следует стирать разные ткани, она разбиралась в прическах, но хватит ли этих знаний, чтобы угодить мисс Уайтхолл?
– Пойдем за мной, Джульетт, – сказала мисс Уайтхолл, – я позову Каролин, и она покажет тебе твою комнату.
– Каролин?
– Она главная горничная, и она может объяснить тебе, что тут к чему. Она обязательно тебе понравится, и у нее за спиной годы службы, – сказала она, закрывая дверь в комнату.
– Спасибо, миледи, – ответила Джульетт.
Мисс Уайтхолл осторожно на нее взглянула:
– А еще попроси Каролин быстро подучить тебя всяким мелочам, Джульетт, если ты не хочешь, чтобы мама тебя немедленно уволила. Если у тебя так много опыта, как было сказано, ты бы не называла меня миледи. Нужно говорить: «Мисс Сара».
«Пожалуйста, только бы мне не потерять эту работу еще до того, как она началась!» – взмолилась про себя Джульетт.
– Ну, я надеюсь, в том, что ты обещала, ты действительно разбираешься? Шитье, прически?
– Конечно, мисс Сара, тут будьте уверены. Моя мама говорит, что я могу сшить рубашку ночью, при этом не просыпаясь!
Мисс Сара о чем-то задумалась, и Джульетт поняла, что хозяйке очень хочется использовать новые возможности.
– Тогда отлично. Я думаю, мы с тобой останемся довольны друг другом, Джульетт. Только не допускай особо вопиющих промахов, когда будешь исполнять обязанности горничной. Мамины требования к прислуге действительно высоки.
– Здесь более чем отлично, – говорила Каролин, аккуратно застилая кровать. – Это самая лучшая работа, которую я видела с тех пор, как работаю прислугой, и у меня бы даже мысли не появилось оставить это место ради чего-то еще, ну, не считая того случая, в котором мне придется совсем оставить службу.
Джульетт внимательно посмотрела на Каролин. Она знала, что Каролин трудилась у Уайтхоллов не покладая рук уже восемь лет, с тех пор как пошла работать в шестнадцать младшей горничной. Помимо того что Каролин была очень хороша собой – длинные золотистые волосы, миндалевидные глаза, – ей на вид нельзя было дать и семнадцати. Женщины, среди которых выросла Джульетт, те, с кем ей приходилось жить на улице, выглядели, по меньшей мере, лет на десять старше, чем им было на самом деле. И хотя Джульетт трудно было дать на вид больше ее двадцати четырех, на руках были видны маленькие шрамы – следы обморожения, никогда не дававшие ей забыть даже на день о тех ночах без крыши над головой. А вот по тому, как выглядела Каролин, можно было понять, что ни единой ночи она не провела на морозном ветру.
Просто быть в этом доме, среди роскошных тканей, дорогой мебели, – уже это было чудом для Джульетт!
– Знаешь, мне просто нравится, что меня окружает вся эта красота.
Каролин засмеялась в ответ:
– Только не забывай, что именно тебе придется всю эту красоту мыть, чистить и поддерживать на уровне! Нам еще повезло по сравнению с теми, кто работает на кухне, но даже страшно подумать, что станется со всей этой красотой без слуг. Как бы то ни было, я не жалуюсь. Мои родители уже оставили службу и держат паб в Брайтоне, а купили они его на те деньги, которые откладывали, когда работали в услужении.
– Ох, наверное, они проработали вечность! – сказала Джульетт, думая о том, что она ни на одной из работ не задерживалась дольше полугода из-за постоянных столкновений с любым начальством. Тем не менее, она мечтала найти такое место, где она могла бы проработать долго, так долго, чтобы скопить кучу денег и когда-нибудь открыть собственное ателье.
– Да, работали они немало. Но их сил до сих пор хватает на то, чтобы получать от жизни удовольствие, – ответила Каролин, разглаживая вышитое одеяло.
Девушки работали в одной из спален для гостей, а Джульетт не терпелось узнать, как выглядит комната мисс Сары.
– Если все пойдет нормально, однажды мы с Мартином сделаем так же, как мои родители. Мартин – лакей в одном из семейств, очень дружных с Уайтхоллами, – снова улыбнулась Каролин. – Может, это только мечты, и одному Господу ведомо, что бы сделали Уайтхоллы, если бы мы виделись столько раз на дню, сколько нам хочется, но я люблю помечтать. Ну а как у тебя обстоят дела на амурном фронте? Сколько красавцев будут неслышно стучаться в двери?
Джульетт прошла вслед за Каролин в следующую спальню, которая была еще величественнее, чем первая.
– Вот комната мисс Сары, – сказала Каролин. – Много времени ты еще здесь проведешь. Собственно, это станет основным твоим занятием. Так как насчет поклонников? Как сильно они надоедят нашему дворецкому, мистеру Блейку? – спросила она, присаживаясь на корточки перед камином и протянув Джульетт маленький совок.
Джульетт рассмеялась:
– Ну это вряд ли! Я, считай, вообще знаю мало мужчин, Каролин, я росла с мамой и сестрой. Я вообще никогда… – Она вдруг запнулась. Ей показалось таким странным, что ей совершенно нечего рассказать, никаких поклонников, даже безответной любви не было. Ведь все время на фабрике и в ателье она работала среди женщин, а за тот небольшой отрезок времени, что она проработала у Роулейсов, она тратила каждую свободную минуту на то, чтобы отбиться от хозяина дома. Джульетт вздохнула: – Наверное, я слишком много работала. – И начала сгребать угольки в совок.
– И при этом не горничной, – проворчала Каролин, забирая совок и показывая, как сгребать угольки, не разбрасывая их по всей комнате. Она серьезно посмотрела на Джульетт: – Слушай, а сколько именно ты работала прислугой?
Джульетт почувствовала, что ее щеки пылают.
– Не очень долго, – ответила она, – я немного преувеличила свой опыт работы тогда, на собеседовании с леди Уайтхолл. И теперь она думает, что я была и камеристкой, и горничной, а это не совсем так.
