голову набок.
— Хорошо?
Я пожимаю плечами.
— Если ты собираешься убить меня, валяй. Я так устал от этого гребаного ремонта, что даже не хочу бороться.
Она оглядывается по сторонам, ее глаза немного расширяются.
— Ух ты. Это место такое…
Ее кот подходит и трется о мою ногу.
— Ну, здравствуй, маленькая киска.
— Баффи! — женщина — довольно привлекательная женщина, я бы добавил — ругает ее. — Вернись сюда. Он у нас в руках. Я знаю, ты убил тех двух подростков, не говоря уже о человеке, который жил здесь до тебя!
— Я?
— Конечно, ты это сделал! Ты убийца!
В этом она отчасти права. Но дело в том, что я, может, и убийца, но она — нет. Стрелу, которую она вложила в свой арбалет, наверняка причинила бы боль. Но это не убило бы меня. Я уже достаточно взрослый, чтобы только прямое обезглавливание заставило мою задницу покинуть этот бренный мир.
— Видишь? Ты даже не можешь этого отрицать. — Она облизывает губы.
Давно умерший жар, кажется, возвращается в вены, и весь он течет прямо к моему члену. Эта штука не беспокоила меня веками, но в данный момент, я думаю… становится тяжело? Боже правый. Это совершенно сюрреалистично. Что со мной происходит? Еще больше тепла разливается по мне, и я могу поклясться, что сердце, кажется… бьется. Как будто кто-то ударил меня прямо в грудь.
Я провожу языком по своим клыкам. Она следит взглядом за этим движением, затем слегка встряхивает головой, как будто пытаясь прийти в себя.
— Ты убийца. И это то, чего ты заслуживаешь.
Я пытаюсь взять себя в руки, несмотря на электрическое покалывание, пробегающее по всему моему телу, внутри и снаружи.
— Ты поверишь, если я скажу, что не убивал владельца этого дома или двух подростков? — Я вздрагиваю. — Мальчики-подростки. Ты хоть представляешь, насколько они отвратительны? Я бы не притронулся ни к одному, даже если бы от этого зависела моя жизнь. — Я смотрю на острие ее стрелы. — От чего она, похоже, и зависит.
— Ты лжешь. — Чем дольше смотрю на нее, тем красивее она становится. Хотя и бледная. Слишком. Интересно, почему?
— Зачем мне врать? — Клянусь, я правда делаю вдох, мои давно умершие легкие наполняются воздухом. Меня тянет к этой девушке, настолько сильно, что я делаю шаг к ней, несмотря на оружие в ее руке.
— Все вампиры лжецы. Ты пытался заманить сюда свою соседку и тоже ее убить. Бедная старая женщина. — Ее руки дрожат.
— В тебе что-то есть.
Я должен ударить ее, вонзить свои клыки в ее шею и осушить досуха. Нет. По какой-то причине я не хочу причинять вред этой юной истребительнице, хотя она пришла сюда специально, чтобы убить меня. Но я не могу понять, почему девушка, кажется, то приходит в сознание, то выходит из него.
Темные круги под ее глазами становятся глубже, когда она прищуривается, глядя на меня.
— Я собираюсь убить тебя. Ты — зло. Убийца. — Ее руки дрожат сильнее, палец поигрывает спусковым крючком арбалета.
— Не хочу прерывать твою болтовню о мести или что-то в этом роде, но ты, кажется, не в себе…
Ее палец все еще на спусковом крючке, кажется, у нее подкашиваются колени. Я хочу протянуть руку и поймать ее. Тепло, разливающееся по моим венам, очень сильно поддерживает эту идею.
— Не двигайся! — слабо кричит она.
Теперь биение моего сердца выравнивается. Это как если бы… Я снова был жив. Не до конца. Не человек, но и не мертвец. Теперь это что-то совершенно новое, и прошло очень, очень много времени с тех пор, как меня что-либо удивляло.
— Что, черт возьми, происходит?
— Мне казалось, я ясно объяснила причину своего визита.
Она все еще не нажала на курок. Она тоже что-то чувствует? Или это какое-то колдовство, от которого по мне разливается тепло?
Кошка Баффи подходит к своей хозяйке и лапает ее за ногу. Теперь девушка вся дрожит.
Может быть, мне стоит забрать арбалет у девушки, пока она не навредила себе. Я начинаю тянуться к нему, когда чувствую боль у своего горла.
— Шевельнешься еще хоть на дюйм, и я превращу твою шею в фонтан.
Глава 2
Эверли
— Эверли! — Йен выкрикивает мое имя.
Мои глаза встречаются с холодными голубыми глазами Винсента.
Йена держит у горла сталь.
— Уходи из дома.
Я вскидываю арбалет, чтобы быть на уровне сердца Винсента. Он такой спокойный, даже когда на него нацелена стрела и к его шее приставлен шип. А еще он совсем не страшный. На самом деле, он симпатичный. Я не ожидала, что он окажется таким привлекательным.
— Может, она хочет остаться, — ухмыляется Винсент. Я замечаю один из его клыков. Я провожу языком по зубам.
— Заткнись. — Йен сильнее вдавливает шип в шею Винсента. Маленькая капелька крови выступает на поверхность его кожи. Мои глаза следят за тем, как она стекает по его шее.
Должно быть, я отключилась. Я ненавижу, когда это случается. Я думала, что со мной все в порядке. Я даже сама прошла курс лечения перед тем, как приехать сюда. Это то место, где я должна была все еще быть, но очевидно, Йен, должно быть, знал, что я его не закончила. Я разорена.
— Я собиралась в… — Я замолкаю, не в силах закончить предложение.
— Вон из дома. Мы поговорим об этом дерьме позже. — Я киваю, но мои ноги не двигаются. Взгляд все еще прикован к Винсенту.
Йен протягивает руку, чтобы схватить меня, но у него ничего не получается. Винсент разворачивается, ударяя Йена локтем в живот. Это отбрасывает его на несколько футов назад, где он врезается в стену.
— Не трогай ее, — рычит Винсент.
Баффи шипит. Я отступаю на пару шагов, наконец-то двигаясь. Взгляд Винсента возвращается ко мне. Они надолго приковывают меня к месту.
— Мы уходим. — Я направляю на него
