Маги тем временем начали проявлять беспокойство: свечение становилось всё сильнее, а заклинание по очистке воздуха отнимало больше и больше сил. Рузес дождался, пока будет заполнен последний из мешков, и приказал срочно строиться и уходить.
Эмилио и одного из магов поставили в арьергард. В случае опасности аргосец на него не рассчитывал. Бедняга был совсем плох: пот катился с него градом, из носа шла кровь, каждый шаг давался магу с невероятным трудом.
Неприятности начались, когда они преодолели примерно треть обратного пути. Свечение стало невероятно ярким, а через миг на отряд из боковых туннелей набросились твари, которым впору было прислуживать самому Сету. Каждая в полтора человеческих роста, покрытые по всему телу плотно состыкованными черными пластинами, с довольно длинными конечностями, заканчивающихся острейшими когтями. На невероятно подвижных головах горели ярко зеленые глаза.
Встреча была краткой и кровавой. Пробить демоническую броню простой стали было явно не под силу, а маги были слишком обессилены, чтобы что-то сотворить.
Наемники всё же, несмотря на ситуацию, проявили и выучку, и характер, встав кольцом и сдерживая в меру сил натиск подземных тварей. Исчезли демоны столь же внезапно, как и появились. Несколько секунд воины просто стояли, опустив мечи, обескураженные произошедшим. Эмилио удивился про себя, что не слышит привычных команд Рузеса, а когда огляделся, понял, что главный теперь он. Рузес и двое магов, шедших впереди лежали мертвыми. У одного не хватало головы. Погиб один из воинов, несших золото. Маг, шедший с Эмилио, к счастью оказался жив, и смерть от удушья спасшимся не грозило. Только у него не хватало одной ноги: один из демонов отхватил её, до того, как аргосец столкнул бесполезного мага в безопасный центр кольца. Означало ли это, что твари выбрали в качестве цели именно имевших доступ к Силе? Вполне возможно.
Когда кровотечение у мага остановили, Эмилио повел отряд дальше, вынув из неподвижных пальцев Рузеса проклятую карту. Пятеро воинов так и двигались кольцом, в центре которого находились раненный маг и шемит, тащивший мешок с золотом. Оставшуюся часть найденного Эмилио велел бросить, догадываясь, что демоны просто так не отстанут и в бою понадобятся все умеющие обращаться с мечом. Занимать воинов перетаскиванием мешков не стоит. К тому же аргосец допускал, что охотиться могут не только за магами, но и за ворами. Если в следующем схватке шемита убьют, то придется оставить всё золото, что есть у них. Жаль, но жизнь дороже.
Но нападения всё не было и не было. Надежда выбраться и выбраться богатыми становилась всё ощутимей. Некоторые воины даже начали шутить. Эмилио это не понравилась, но прикрикнуть на них он не нашел в себе сил. Слишком хотелось, чтобы спало напряжение. Мысли о грядущей смерти в забытой богами норе пугали. Постепенно свечение становилось глуше, а это значило, что магия пещер слабеет. Когда они минули большую часть пути наверх, тьма стала полной. Продвигались на ощупь, но это не мешало наемникам радоваться, предвкушая скорое спасение.
Эмилио хотел даже попросить мага осветить путь, когда со всех сторон начал доноситься топот. Это могло означать только одно. И аргосец принял единственно верное решение. Он побежал. В темноте у них не было шансов. Он не знал, последовали ли остальные его примеру. Судя по звукам, да. Эмилио бежал так, как не бегал никогда в жизни, пытаясь по памяти найти путь. Сзади доносились звуки схватки. Раздавались крики товарищей. Рядом с ним мелькнула пара зеленых глаз, и он почувствовал, как лапа твари рассекает воздух рядом с его ухом. Были потом и другие, но ни одна не подошла столь близко. Внезапно стало тяжело дышать. Значит, маг уже мертв. Вскоре звуки вокруг стихли, но Эмилио не останавливался до тех пор, пока не потерял сознание, ударившись головой об одну из стен.
Очнувшись, он увидел, что стены снова испускают привычное тусклое свечение. А рядом с Эмилио, к невероятному удивлению аргоссца, сидел один из воинов, выходец из Черных Королевств по имени Алой. На командира он смотрел без злобы, что позволило Эмилио сделать вывод, о том, что Алой тоже бежал от схватки. Странно, правда, что направление совпало. Карту видели только он, Рузес и их наниматель.
— Очнулись, командир? — участливо поинтересовался Алой. Эмилио пришла мысль, что с учетом цвета кожи воина, демоны вполне могли бы принять его за своего.
— Да, вроде всё в порядке, — ответил аргосец.
— Сильно вы головой приложились, — сказал Алой. — Но всё лучше, чем там с остальными валяться.
— Это точно, — согласился Эмилио. — Только как ты сюда добрался то? У тебя же нет карты.
— Какой? Этой? — рассмеялся воин, продемонстрировав идеальные белые зубы. В руке он вертел карту, изъятую у бессознательного агросца. — Она мне вообще то не нужна. Я из любой норы выход найду. У нас это семейное. Чувство пространства!
Эмилио только раскрыл рот от удивления.
— А карту я всё-таки у себя оставлю, — продолжал Алой. — Не доверяю я вам. Вы уж простите, командир. Может, вернусь сюда когда-нибудь. Она мне и сгодится!
«Вот, ублюдок!» — пронеслось в голове у Эмилио. Он подумывал не прикончить ли мерзавца, когда перед ними возник один из демонов. Тварь переводила взгляд со шпиона на воина, словно выбирая. И в итоге выбрала: когтистая лапа вонзилась в живот Алою. Предсмертный крик несчастного, казалось, был в состоянии сотрясти пещеры. Демон поднял воина в воздух, словно пушинку, и скрылся также быстро и беззвучно, как и возник.
Когда Эмилио отошел от шока, то осознал, что теперь у него нет карты. Хотя может это и к лучшему. Аргосцу казалось, что именно из-за неё выбор пал на Алоя. Теперь уже ему придется выбираться, ориентируясь на то самое “чувство пространство”. Решив не терять времени, он встал и двинулся в том направлении, которое считал верным. Спустя пять часов страха, молитв и проклятий перед Эмилио забрезжил дневной свет.
Сейчас у него не было ни друзей, ни денег, ничего. Только жизнь и ярая жажда мести.
* * *
«Вестрел» покачивался на волнах у небольшой пристани в городке с названием Сартос, располагавшемся на побережье Стигии. До пустынь было три дня ходу через полосу джунглей. Благодаря ним эта часть страны обладала определенной долей независимости. Население подобных поселений, раскиданных по побережью, составляли выходцы из множества стран, терпевшие здесь кораблекрушения и за долгие годы, основательно перемешавшие кровь с местными аборигенами. Язык являл собой смесь стигийского, зингарского и аргоского.
Маги, заправлявшие в Стигии, несколько веков тому назад предприняли несколько попыток подчинить эти места централизованному управления. Их войска без труда заняли всю местную территорию. Затем в течение двух лет солдаты бесследно пропадали в джунглях, тонули в океане и гибли в бесчисленных кабачных драках. Целителей, чтобы лечить их раны никогда не оказывалось рядом, поставщики провианта подвергались нападению диких животных, а пираты и контрабандисты неизменно угадывали места очередных засад.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
