Читаем без скачивания Путь хитреца - Владимир Саньков

— Мудак! Ты куда смотришь?!

Ее ярость была вполне оправдана, если учесть стоимость блузки, а также факт напрочь испорченного вечера. Она грубо толкнула его и повернула к гардеробной, но почему-то передумала. Подбежавший официант тщетно пытался помочь ей справиться с пятном. Наконец, вдвоем с подружкой они все-таки сели за столик.

— Это он! Это он! — медленно приходя в себя, Ева вдруг разобрала, что Катя — так звали ее подружку — что-то говорит.

— Что? Кто «он»?

— Ну, помнишь, я тебе рассказывала про парня… гада, который испортил наши отношения с Карпасовым? В школе.

— Ну.

— Это он. Артем Берестага.

Ева посмотрела на парня внимательней. Ей показалось, что она уже видела где-то его лицо. Но это было не важно. Она на некоторое время даже забыла про блузку. Катя Ярославцева — ее единственная настоящая подруга на протяжении уже многих лет. Вывод прост: уходить нельзя. Этот засранец должен быть наказан!

— Он тебя видел?

— Нет.

Ева улыбнулась подбежавшему Савельеву и с невинной ужимкой показала на пятно. Управляющий все понял:

— Сейчас что-нибудь придумаем.

И, конечно, придумал. Отправил администратора за новой блузкой в круглосуточный магазин. А затем подозвал вышибалу и показал взглядом на виновника евиной трагедии. А Силинская поманила вышибалу пальцем и, когда тот наклонился, добавила от себя:

— От меня передай приветик!

Тот, усмехнувшись, кивнул. Девушки наблюдали, как вышибала подошел к столику, за которым расположилась компания из трех человек: герой предстоящей разборки, черноволосая девица и еще один рослый парень. А когда выдворяемый встал из-за стола и отправился впереди здоровяка-охранника к выходу, оставшиеся чему-то заухмылялись. Подруги не придали этому значения.

— Так проще всего, — прокомментировала Ева.

Хотя было видно, что она не удовлетворена.

Заработав пару очков в глазах красавицы, Николай Савельев размышлял, как это можно использовать. Он даже придумал слова, с которыми можно подкатить к ней, но решил оставить попытку до появления помощника с новой блузкой. Он проконтролировал, чтобы официантка приняла у них заказ, и отправился к себе в каморку.

Поднимаясь по лестнице, он вдруг снова увидел отмеченного шрамом. Савельев не поверил глазам, видя, как тот вернулся и спокойно садится за покинутый пятью минутами ранее столик. Вышибалы нигде не было видно. В обстановке полной неясности начальник «кратера» принял логичное решение. Вбежав в администраторскую, он приник к мониторам и начал нервно переключать внешние камеры. Вышибала нашелся. Он неподвижно стоял на парковке, глядя в ночное небо.

— Чушь какая-то, — выругался Савельев.

Он перемотал запись на несколько минут назад. Вот они выходят, охранник что-то говорит, затем проводит резкий удар, потом еще и еще. Но все выпады лишь протыкают воздух! Ничего не понимая, управляющий клубом еще раз прокрутил эпизод. Противник ничего не делает, кажется, чуть поворачивается и все! Что за акробат? Этот охранник — лучший боец в клубе с приличной реакцией и хорошо поставленным ударом. Но тот делает какие-то еле уловимые движения, и крепкие кулаки вышибалы лишь колышут воздух.

— Что он говорит? — пробормотал про себя недоумевающий Николай Владимирович.

Действительно, меченый все время что-то говорит, точнее, оба разговаривают. Теперь они как будто толкаются или борются.

— Охренеть! Они что, обнимаются?! — обалдел от увиденного Савельев.

Он переключил монитор на камеру: вышибалы на улице уже не было. Впрочем, найти его не составило труда. Охранник с мокрыми от слез глазами сам шел навстречу начальнику.

— Что это было? — завопил управляющий клубом, осматривая вышибалу в поисках крови. Но тот был чист.

— Что это было — я спрашиваю?!

Но и в этот раз он не получил ответа. Здоровяк был в глубокой прострации. Савельев оттолкнул его и вышел на помост. Обладатель шрама, как и раньше, сидел за столиком, о чем-то оживленно разговаривая со своими друзьями. Решив собрать всю свою стражу и разобраться с непонятным посетителем, Николай Владимирович направился к выходу, где расположились охранники.

В не меньшем недоумении оказались и подруги, увидев, как неудавшаяся жертва вышибалы вернулась без единой царапины за столик. Через некоторое время неуверенной походкой в администраторскую прошел охранник. Но более всего впечатлило то, как был остановлен выскочивший оттуда Савельев каким-то дедом в дорогом костюме. Тот что-то резко сказал управляющему и хлопнул его рукой по лбу. Вместо ответа Савельев ретировался назад в каморку.

Ева поняла, что простой план провалился. И если Катя зачем-то шифровалась, прячась в тени интерьерных декораций, ее подруга в упор смотрела на своего обидчика, сидящего к ней боком в пяти метрах. Ева Силинская понимала: следующий ход за ней.

Она подняла глаза на каморку администратора, в которой спрятался давно облизывающийся на нее Савельев. Пересеклась на мгновение взглядом со старым знакомым — тот отвел взгляд. Они «поиграли» в прошлый раз, когда она отмечала в клубе свое двадцатисемилетие. Тот рисовался перед компанией, и она, разыграв легкую партию, выставила его полным придурком, заставив к тому же вымаливать у нее прощение. А потом еще и подставила под удар влюбленного в нее вышибалы, делая при этом невинное личико. Здесь нет уже уволившегося из-за нее охранника, который пытался «что-то изобразить», но она «развела» его, доведя до каления, и презрительно «размазала» на глазах у своих. Это было похоже на избиение младенца. Ну, что ж, раз без нее не обойтись, пришло время отпустить с цепи демона в юбке.

Расстегивая на ходу запачканную блузку, сногсшибательная Ева уверенными шагами направилась к своей новой жертве. Катя лишь хлопала ресницами, видя, как ее подруга резко развернула своего обидчика на стуле. Перекинув ногу, она устроилась на его коленях! Лицом к лицу. Стащила с себя мокрую блузку и, оставшись во флуоресцентно-белом лифчике, бросила ее на колени оторопевшему соседу Берестаги. Роскошная грудь Евы Силинской раскачивалась прямо перед глазами парня. Чаровница обаятельно улыбнулась:

— Как настоящий джентльмен, ты должен дать свою рубашку — мне холодно!

Катя как будто заново открывала подругу. Она имела представление об увлечениях Евы и не одобряла их. Но воочию, зная Евину цель, наблюдала такое впервые. Раздираемая смешанными чувствами, она смотрела, как парочка игриво общается. Сквозь рев захватившего абсолютную власть модного хауса расслышать слова было невозможно. Но отчетливо видно, как ее подруга вдруг залепила парню пощечину и, вырвав из рук его приятеля блузку, стремительно покинула их компанию. Видимо, план не сработал.

— Урод! — раздраженно сказала Ева, бухнувшись на стул рядом с подругой, и, чуть отдышавшись, добавила: Наивный. Это только начало. Сейчас сам прибежит!

Но прибежал Савельев с новой блузкой. Он вел себя странно, пряча глаза. Ева в благодарность ему вынужденно улыбнулась — блузка была, конечно, полный отстой — но ничего не сказала. Когда управляющий отошел, Ева более критично осмотрела себя в маленькое зеркальце, затем сняла блузку и, не колеблясь, оторвала оба рукава и воротник. Она натянула на себя новый наряд, улыбнувшись открывшей от восхищения рот подруге.

— Пошли, оторвемся, — показала она Кате на кипящую массу извивающихся тел. Стараясь не поворачиваться к Берестаге лицом, Катя последовала за подругой.

Похоже, Ева знала свое дело. Берестага действительно вскоре подошел, выруливая между танцующими. Катя поспешила раствориться в толпе. По пути она задержалась перед официантом, перегородившим проход. Тот переставлял принесенные напитки с подноса на столик, за которым сидели два мужчины в возрасте — один старше другого. Один из них недавно завернул Савельева.

«Что они-то тут делают?» — подумала девушка и в наступившей между композициями относительной тишине услышала обрывок их разговора. Она не поняла, кто говорил:

— …тебе не выиграть этот спор. Он мой!

— Вряд ли, — ответил второй и со смешком добавил:

— У меня меньше кругов…

Окончание фразы заглушили звуки накатившего музыкального хаоса. Ей показалось, что оба, усмехаясь, смотрят на Берестагу. Проход освободился. Девушка прошла к своему столику и продолжила наблюдение.

Ева и ее обидчик, несмотря на энергичную музыку, обнялись в медленном танце и о чем-то кокетливо болтали. Катя пыталась разобраться в себе. Ей не нравилась сама идея игры, но было очень интересно смотреть. Тревожило и еще какое-то неясное чувство. Катя заметила, что, несмотря на появление на вулканических глыбах полуобнаженных танцовщиц, многие посетители предпочли наблюдать за развивающейся драмой.