Читаем без скачивания Фабриканты чудес - Владимир Львов

Современная физиология высшей нервной деятельности давно имеет дело с этой областью явлений. В ней нет ничего таинственного. Психогенное (действующее через словесное внушение) влияние на работу внутренних органов человека изучено на обширном клиническом материале. В вышедшей еще в начале этого столетия классической монографии немецкого психиатра Молля приводятся десятки случаев тяжелых заболеваний и даже смерти, вызванных самовнушением на почве страха..[2]

Действие коллективного внушения испытал на себе и сам автор «Свидетеля колдовства». Во время ритуального действа (в тропическом лесу Дагомеи), под бьющие по нервам звуки барабанов, среди одуряющих паров сжигаемой «священной травы» (сильный наркотик), участники оргии начинали «видеть», как люди превращаются в леопардов. «Это был, — пишет Райт, — тот самый древний ритуал, о котором мне приходилось слышать»… И когда сосед Г. Райта шепнул ему, что сейчас он увидит леопардов (до которых, однако, «нельзя дотрагиваться»), он «увидел»… Автор «Свидетеля колдовства» делает вполне правильный вывод о том, что он стал жертвой коллективной галлюцинации и коллективного внушения. Но, очевидно, для пущей таинственности Г. Райт сопровождает описание этого и подобных эпизодов комментариями вроде:

«Возникло странное ощущение, как будто бы я на мгновение приоткрыл покрывало тайного, неведомого…»

Или:

«Осталось странное чувство, словно я стал свидетелем нового и необычного вида знания…»

Странно, на мой взгляд, другое. Странно, что автор предисловия к советскому изданию книги Райта врач-психиатр В. Леви не снял с этих страниц все мистические (а точнее мифические) «покрывала» и не разъяснил читателю что к чему. Ведь психиатрия и этнография располагают опять-таки большим клиническим и историко-научным материалом по этой части. Взять хотя бы так называемые «камланья» чукотских шаманов. Их подробно изучил и описал в свое время наш известный исследователь Сибири В. Г. Тан-Богораз. «Выкурив трубку крепчайшего табака (с примесью других наркотиков) и выпив стакан «сердитой воды» (спирта)», — читаем у Тана-Богораза, — шаман начинает стучать в бубен и звать «духов келе»… Проходит час, другой… Очаг в центре яранги слабо тлеет… И вот духи являются. Шаман кричит: «Это они! Мохнатые! С острыми когтями!» Зрители, сидящие кружком, подтверждают, что они тоже видят духов. С лица шамана льет пот. Наконец, в страшном изнеможении, корчась и глухо стеная, он валится наземь и засыпает…»

Но незачем забираться так далеко — в джунгли Дагомеи и в дореволюционную чукотскую ярангу. Можно убедиться, что «тайны», подобные описанным в «Свидетеле колдовства», наблюдаются подчас среди бела дня в европейских столицах. Знаменитый английский философ и математик Бертран Рассел в своих «Этюдах скептицизма» рассказывает. Уличному прохожему в Лондоне (может быть, он был навеселе) показалось, что каменный лев на фронтоне дворца герцога Нортумберлендского вильнул хвостом. Собралась толпа, явилась полиция, и десятки людей показали под присягой, что они видели, как каменный лев вильнул хвостом! У Рассела же (и в вышедшей у нас в 1972 году книге американского историка Барбары Такман) можно прочесть и другую, похожую историю. В самом начале первой мировой войны, когда решалась судьба Парижа, распространился слух, что в Англии на выручку союзникам высадились «125 000 русских казаков».[3] Один английский офицер из Шотландии «видел» русских казаков в Эдинбурге. «Они были одеты в длинные ярко расшитые шинели и большие меховые шапки». Их лошади «походили на шотландских пони, только костлявее». Как уверял другой английский офицер, он видел, как «русские сбивали снег с сапог на платформе железнодорожной станции» (это в августе-то!). Военная цензура якобы запретила об этом сообщать, но сотни людей клялись, что «своими глазами» смотрели на русские полки, марширующие по Британским островам. Как мы увидим дальше, на «военную тайну» ссылались впоследствии неоднократно и авторы дутых телепатических экспериментов. А также «очевидцы», которые собственными глазами наблюдали «летающие тарелки» и выходящих из них марсиан и венериан…

Поток «колдовской» литературы затопляет в настоящее время американский и западноевропейский книжный рынок. И это связано с общим духовным кризисом и разгулом мистицизма в мире эксплуатации и наживы. Об этом пойдет у нас речь в последующих главах. Возник процветающий шаманский бизнес. Рекорд в этой области, кажется, принадлежит некоему Карлосу Кастанеде из Лос-Анджелеса. Работая вдвоем с мексиканским индейцем Хуаном Матусом, Кастанеда, по сведениям американского журнала «Тайм»,[4] зачислил на свой банковский счет шестизначную сумму долларов. Получено все это продажей книг, разошедшихся в сотнях тысяч экземпляров. В сочинениях, о которых идет речь («Поучения дона Хуана», «Особая реальность», «Путешествие в Икстлан»), читателю предлагается полный и, так сказать, высший курс обучения на чародея. Вы хотите стать колдуном и приоткрыть завесу, скрывающую «особую реальность», непохожую на наш грешный мир? Пожалуйста. Рецепт хотя и требует специальных знаний, но в основном прост. Надо накуриться до одури наркотиками. В ассортименте у Хуана Матуса и у его лос-анджелесского ученика целая аптека. Например порошок «хумито» — смесь из толченых высушенных грибов «псилоцибе» с пятью другими зельями. Затем «трава Джимсона» и, наконец, знаменитый священный кактус «пейотл», применявшийся мексиканскими колдунами еще в доколумбову эпоху. Все эти снадобья относятся современной фармакологией к разряду так называемых «галлюциногенов. Они действуют на центральную нервную систему, вызывая причудливые видения и ощущения. Выделенное химиками из пейотла вещество «мескалин» обладает этим свойством в наибольшей степени. Весьма красочно описал свои переживания, испытанные при вдыхании мескалина, английский писатель Олдос Хаксли. То, о чем рассказал Хаксли, однако, — детская игра по сравнению с сеансами Кастанеды. В той «особой реальности», которую узрел накурившийся до отказа ученик колдуна, перед ним явился ацтекский бог Меокалито (отсюда, кстати, название «мескалин»). Бог менял свои обличья с быстротой эстрадного трансформатора. Сперва это был черный пес, затем «столб поющего света», далее существо «в форме, похожей на крикетную биту — с зеленой, покрытой буграми головкой» и т. д. Кастанеда слышал при этом «ужасный и загадочный грохот» и, в заключение, наблюдал чудовище «в виде комара высотой в сто футов», с пучками торчащих как пики волос и лязгающей челюстью…

Директор отдела этнографии Национального музея в Мехико профессор Очоа, впрочем, высказывает мнение, что Кастанеда вряд ли вообще курил какие-либо травы. И что все рассказанное им (включая встречи с Хуаном Матусом, разыскать которого в Мексике американским газетчикам не удалось!) — продукт литературной фантазии автора.

Так это или не так — не столь уж важно. Существенно то, что успех шаманской литературы и колдовского бизнеса — результат спекуляции на нездоровой тяге к «сверхъестественному».

Можно ли удивляться тогда сообщению радиостанции «Радио-Люксембург» от 28 июня 1973 года? В нем дается «объяснение», почему испанский велогонщик Луис Окана выиграл очередную гонку «Тур де Франс», несмотря на то, что в предыдущих гонках всегда терпел поражения. Оказывается, потому, что его расколдовал от злых чар личный колдун, обслуживающий Луиса Окана!

Такие сообщения не удивляют. Менее понятно просачивание этого рода переводной (и не всегда доброкачественной) литературы на наши книжные прилавки.

О «Свидетеле колдовства» Г. Райта я уже говорил. А вот другая, предложенная массовому советскому читателю книга из той же серии..[5]

Автор ее Лоуренс Грин, несмотря на весь подчеркиваемый им скептицизм и реализм в подходе к «миру таинственного», не удерживается долго на этой позиции. Он всерьез утверждает, например, что столкнулся с «достоверным случаем телепатии» у бушменов в пустыне Калахари. Однажды, рассказывает автор, он увидел на горизонте столб дыма и подумал, что это пожар. Но оказавшийся рядом местный житель объяснил, что дым — знак, посредством которого охотники-бушмены хотят что-то сообщить. И в данном случае они сообщают, что «упустили антилопу, убили двух газелей и набрали кореньев и меду». «Как ты об этом узнал?» — спросил автор книги. «Я это почувствовал», — ответил бушмен. Отсюда Л. Грин делает вывод, что речь идет тут не о дымовой сигнализации по условному коду, а о «чтении мыслей на расстоянии». И к этому эпизоду (который не требует долгих комментариев) автор «Последних тайн» добавляет еще серию услышанных им подобных же историй. Например, об африканском слуге некоего плантатора — дело было в 1912 году, — который (слуга) телепатически установил, что знакомый плантатора «вчера вечером подстрелил отличного льва». Или о том, что зулусский король увидел во сне (в 1881 году), что вождь племени басутов сдался в плен англичанам, хотя считалось, что вождь не будет сдаваться, а он действительно сдался па следующий день после вещего сна и т. д.