Бросив бумагу на стол, Кавелли резко поднялся из-за стола.
— Вы отвезете меня в тюрьму. Сейчас же, — приказал он.
Лили Морган пребывала в отчаянии. Она собиралась провести в Монтебьянко не более двух дней, а уже подходил к концу третий. От нервного напряжения сердце ее так учащенно билось, что стук отдавался в ушах. Так и до сердечного приступа недалеко! Ей необходимо срочно вернуться домой к сыну. Однако время шло, но никто не появлялся, чтобы выпустить ее из камеры. И ясное дело: просьба о встрече с американским консулом в Монтебьянко была попросту проигнорирована. Скоро будет уже четыре часа, как ее поместили в камеру и ушли. Хорошо, что у нее не забрали часы, по крайней мере, можно следить за временем. На каком основании они арестовали ее, забрали телефон и ноутбук?
— Эй! — закричала Лили. — Здесь есть кто-нибудь?
Никакого ответа! Она могла лишь слышать эхо собственного голоса под каменными сводами старинной крепости.
Девушка со вздохом опустилась на куцый матрас в темном углу камеры и устало провела рукой по лицу. Не плакать! Ради сына ей нужно быть сильной. Наверняка он уже соскучился по ней. Раньше они с ним никогда не расставались. Она бы и сейчас не уехала от него, но, к сожалению, начальник не оставил ей выбора.
— Джули заболела, — сказал он ей несколько дней назад, когда журналистка, ответственная за колонку о путешествиях, не появилась на работе. — Придется тебе съездить в Монтебьянко и закончить за нее сбор материалов для статьи. Юбилейный выпуск уже на носу.
Ошарашенная неожиданным заданием, Лили сначала только удивленно раскрыла глаза:
— Но я никогда не писала статей о путешествиях.
И не только о путешествиях! За три месяца работы в газете Лили накропала один только некролог. По правде говоря, она не была журналисткой, хотя и мечтала стать ею со временем. Ее взяли на работу в отдел рекламы. Однако поскольку газета была маленькая, то ей иногда приходилось подменять других сотрудников и выполнять чужую работу.
Единственная причина, почему в «Порт-Пьер реджистер» имелась колонка о путешествиях, заключалась в том, что Джули была племянницей главного редактора, а ее родителям принадлежало единственное в городе туристическое агентство. Если готовилась статья о Монтебьянко, значит, намечались скидки на турпакет в этом направлении.
Предложение поехать в Монтебьянко вызвала у Лили панику. Как отправиться в королевство, зная, что там находится Нико Кавелли?!
Однако босс был непреклонен:
— Тебе не нужно писать статью, дорогая моя. Джули почти все закончила. Ну, отщелкаешь несколько фотографий, ну, добавишь пару строчек о своих впечатлениях. Командировка будет недолгой: всего два дня. А когда вернешься, поможешь Джули доработать статью.
Лили попыталась протестовать, но начальник и слышать не хотел никаких возражений.
— Времена нынче нелегкие, Лили. Если я не буду уверен в том, что ты сумеешь справиться с любым моим заданием, то мне придется подыскать кого-то другого на твое место. Это твой шанс показать себя. Тем более что ты же подумываешь о том, чтобы стать журналисткой?
Лили никак не могла потерять работу в газете. Порт-Пьер — небольшой город, тут свободными вакансиями особо не пахнет, а ведь ей нужно платить за аренду квартиры, за медицинскую страховку да еще маленький ребенок на руках. Где гарантии, что ей удастся быстро подыскать новое место?
Когда Лили забеременела, ей пришлось бросить учебу в колледже. За последнюю пару лет она сменила уже несколько работ, но все они были низкооплачиваемыми. Получение должности в отделе рекламы местной газеты стало для нее огромным успехом. Она могла больше денег тратить на ребенка, а со временем договориться о возобновлении учебы в колледже.
Поставить своим отказом под угрозу их с Денни будущее Лили не имела права. Ее сын никогда не будет ни в чем нуждаться! Кому как не ей знать, что такое несчастливое детство, поскольку мать большую часть времени сидела без работы и все накопления отдавала мужу, когда тот возвращался домой после очередного загула.
Лили ничего не оставалось, как согласиться заменить Джули и поехать в Монтебьянко. Она попыталась успокоить себя тем, что вероятность того, что их с принцем дороги пересекутся, ничтожно мала. А Денни взяла к себе на время ее лучшая подруга. Всего два дня в Кастелло-дель-Бьянко, и она вернется домой. Ничего страшного!
Ну, кто мог представить, что она окажется в тюрьме? Хватились ли ее в Порт-Пьере, поняв, что она задержалась в Монтебьянко? Может быть, уже кто-нибудь забеспокоился и связался с властями? Это ее единственная надежда. Если друзья сообщат куда надо о том, что она пропала в Кастелло-дель-Бьянко и не выходит с ними на связь, американский консул потребует предоставить ему информацию о ее передвижениях по королевству и местонахождении.
Отдаленный стук задвижки заставил Лили вскочить на ноги. Сердце забилось еще сильнее. Неужели кто-то шел, чтобы поговорить с ней? Может быть, они решили отпустить ее? Или привели новую заключенную?
Лили приникла к решетке, напряженно всматриваясь в темноту. Из глубины коридора до нее доносилось эхо шагов, но разглядеть что-либо было невозможно. Раздался звук голосов, но потом все опять стихло. Лили нервно сглотнула. Ей оставалось только ждать. Казалось, прошла вечность, прежде чем в узкой полоске света появилась фигура мужчины.
Несколько мгновений он, похоже, молча изучал ее, а потом шагнул по направлению к ней. Сердце Лили замерло, а на глаза навернулись слезы. Боже! Ну не может быть судьба такой жестокой! Перед ней стоял принц Монтебьянко! Он выглядел так же потрясающе, как на фотографиях в журналах. И почти так же, как в ее воспоминаниях. Вот только черные волосы были подстрижены чуть короче.
Как она могла решить, что, перед ней обычный выпускник Тулейнского университета, когда они встретились в Новом Орлеане? Поразительная наивность! Непонятно, как можно было сразу не догадаться, что этот человек из богатой привилегированной семьи. И что между ними — пропасть!
— Оставьте нас вдвоем, — приказал Кавелли сопровождавшему его человеку.
— Но, ваше высочество, я не думаю...
— Vattene via[1]!
— Si, Mio Principe.
Мужчина поклонился принцу и поспешил по темному коридору к выходу.
У Лили от волнения перехватило дыхание.
— Вы обвиняетесь в попытке вывоза из страны культурных ценностей Монтебьянко, — холодно произнес Кавелли, когда в коридоре затих звук шагов.
От удивления и неожиданности у Лили расширились глаза.
