провожу тебя и сам сообщу лорду Дельсийе о нашей помолвке.
— Спасибо, — Риа чуть смущенно улыбнулась, — но не думаю, что меня стали бы наказывать. Отец предпочитает молчание, мать истерики, а брат… Брат в любое время меня тихо ненавидит, но я не могу его винить. Он рос в бесконечных сравнениях.
Замолчав, Рианет грустно улыбнулась и куснула яблоко. Иларий был назван в честь основателя рода, и от него по умолчанию ожидался сильный магический дар. Балдред Дельсийе искренне полагал, что раз уж у «слабой девки» проснулась магия, то у его сына точно разгорится. Но нет. Первый магический выброс у Риа случился в пять лет. Потом в семь. Затем в одиннадцать, и, наконец, в пятнадцать лет отец был вынужден отдать Рианет учиться. Увы, наемные учителя не справлялись с даром девушки.
Если бы только не ее изъян… Если бы она только не была так слаба телом! Она ведь с Рованом подружилась в момент, когда решилась тайно изучать боевую магию.
— Ты с нами? — Дея пощелкала пальцами перед лицом подруги. — Будем перезаклинать тепловой контур или разойдемся?
— Разойдемся, — чуть виновато проговорила леди Дельсийе. — Не могу перестать думать о том, что меня ждет дома.
— Нас, — поправил ее Рован. — Мы же теперь помолвлены.
— Фиктивно, — напряженно напомнила Деорис.
— Магически, — поправил ее Талборд.
Он изогнулся в шутливом поклоне и подставил Рианет локоть.
— Проводим Дею, — негромко проговорила Рианет. — До развилки.
Дом госпожи Брихт стоял на углу Цветочной и Златодельной улиц. А парк, разбитый в честь открытия острова Драгари, находился через улицу.
— До завтра, — шепнула леди Дельсийе и крепко обняла подругу.
Даже если отец решит наказать ее и посадит под домашний арест… Что ж, не стоит экономить на охранной системе: Рианет уже не раз и не два сбегала из дома. И этот секрет был прекрасно известен Деорис, но не был известен Ровану.
Иногда Рианет думала, что она плохой друг: слишком уж много секретов ее окружало.
«А еще плохая дочь, ужасная старшая сестра и так себе внучка: побеспокоила стариков, удалившихся на покой», — хмыкнула про себя Риа.
Но если бы нее слабость, если бы не ее изъян — она бы пошла по пути подруги. Да, боевой факультет не арифмантический, но… Библиотека одна на всех. Что-то она бы почерпнула там, что-то на факультативах. А после, расплатившись и накопив, она бы могла вернуться в академию. У колдуньи жизнь длинная, на все факультеты хватит — и еще останется!
— Ты притихла.
— Думаю. — Рианет убрала пальцы с локтя Рована.
Но Талборд, перехватив ее ладонь, вернул все назад.
— О чем?
— Об арифмантике и составлении заклинаний, — легко соврала Риа и снова отняла у него руку. — Ты не слишком вжился в роль?
На что Рован делано равнодушно спросил:
— А что, я тебе в роли жениха совсем неприятен?
— Я зацепила твое мужское эго? — удивилась Рианет. — Ты же ждешь истинную, как и я. Но я не так чтобы жду, просто жизнь хочу прожить со своей предназначенной половинкой.
— Хм.
До самого дома Рован не проронил больше ни слова. А Риа, замедляя шаг, старательно усмиряла дыхание. Если она продолжит нервничать, если не успокоит бешеное биение сердца, то ее ждет очередной приступ.
«Только не сейчас, только не сейчас, — твердила она про себя. — Не на улице».
И не дома: лорд Дельсийе терпеть не мог, когда с ней приключалась «отвратительная слабость». В дни приступов к ней приходила только леди Дельсийе, да и то ненадолго. Она приносила жидкий бульон, сухарики и сразу уходила.
— Откройся, — коротко произнесла Рианет, и узорная калитка распахнулась. — Ничего, что через боковой вход? Не хочу обходить.
— Приступ приближается? — обеспокоенно спросил Рован.
Но на дне его глаз Риа ясно разглядела не заботу, а любопытство. И это уже давно не удивляло. Иногда леди Дельсийе думала, что он и дружит-то с ней из-за этого изъяна.
— Леди Рианет, ваш отец просит вас подняться в кабинет. — Едва они вошли в дом, как из сплетения коридоров выскользнул личный помощник Балдреда. — Леди Диноя с ним.
— Мать и отец вместе, в одном кабинете, — Риа покачала головой, — знатный будет разнос. Они же не выносят друг друга.
— Истинные?
— Нет, семейное соглашение. Истинная моего отца случайно утопла, а истинный моей матушки был затоптан лошадьми, — Рианет криво усмехнулась, — как… удачно для Дельсийе.
Иногда Риа истово молилась о встрече с истинным. А иногда вспоминала череду случайностей, приведших к браку ее родителей, и так же страстно молилась о том, чтобы ее предназначенный не нашелся никогда. А то вдруг табун лошадей промчится по столице?
Поднявшись по лестнице, Риа на мгновение замешкалась, а вот Рован уверенно пошел вперед и остановился лишь у дверей в кабинет лорда Дельсийе.
— Как ты догадался? — удивилась Рианет. — Ты же не был на этаже отца.
Талборд чуть замешкался, а после пожал плечами:
— Не знаю, просто почувствовал. Так нам сюда?
Рианет кивнула и решительно постучала.
— Входи, — громкий сердитый голос отца заставил Рианет съежиться.
Подняв взгляд на Рована, она тихо сказала:
— Мне кажется, сегодня не лучшее время для…
— Лучшее, — усмехнулся он и практически втолкнул ее в кабинет. — Добрый день, милорд Дельсийе.
— Рован! — ахнула Риа. — Отец, мама, вы хотели меня видеть?
Произнося все это, юная леди Дельсийе смотрела строго в пол. Сложный орнамент ковра немного отвлекал ее и помогал выдерживать и критику отца, и равнодушие матери. Правда, нельзя сказать, что старшая леди Дельсийе была равнодушна только к своей дочери. Она в принципе была холодным, бесконечно усталым человеком. Улыбка на ее губах играла лишь во время приемов и званых ужинов.
— Подними голову, — приказал отец.
Рианет посмотрела на него и ахнула, увидев, что над столом отца парит объятый золотым светом свиток. Неужели это магический контракт?!
— Милорд Дельсийе, хочу сообщить вам, что с сегодняшнего дня Рианет Дельсийе моя невеста, мы смешали кровь и скрепили свое намерение магией, — проговорил
