Тан грелся на солнышке, сидя на любимом пригорке недалеко от ворот усадьбы – очень сильно ныли его старые кости последнее время. Сказывались годы бесконечных сражений. Уж как пришлось повоевать, когда датчане рвались к власти, а потом их предводитель Кнуд объявил себя королём Англии, перечеркнув одним взмахом меча более чем столетнее правление Уэссекской династии. Слава Создателю, старшему сыну Этельреда Второго Эдуарду удалось вернуть трон своих предков, и вот уже больше двадцати лет он правит страной, успешно лавируя среди подводных камней, во множестве попадающихся на пути любого правителя, и находя сильных союзников.
Неспешное течение мыслей тана было внезапно прервано топотом коней, бряцанием сбруи и громкими мужскими голосами. Он поднялся на ноги, спустился с пригорка и лицом к лицу столкнулся с весьма рассерженным вельможей. Мужчина был далеко не молод, маленького роста и с заметных размеров брюшком, опоясанным богатой перевязью. Но держался он настолько прямо и важно, что казался и выше ростом, и лучше статью.
– Что это за владение, любезный? – заносчиво спросил он. – Я барон Ательстан из Конингбурга. Еду в Лондон. А тут у нас поломка. Мне надо, чтобы починили упряжь, и место для отдыха.
– О, сиятельный господин, – расплылся в улыбке старый Освальд, – это усадьба Фрисби, а я, тан Эбенгард, её хозяин. Прошу вашу милость проследовать в дом. А я сейчас отдам распоряжения.
Тан шагал следом за гостем, чуть ли не мурлыча вслух от удовольствия. Подумать только! Сам владелец старинного замка на севере, один из богатейших людей Нортумбрии! И в его доме. Старый Освальд угодливо поклонился гостю, пропуская его в двери зала. Там вельможа осмотрелся, и лицо его приняло более приветливое выражение. В зале находились жена и все три дочери тана, занятые рукоделием. Они спешно поднялись на ноги и низко присели перед вельможей, сразу оценив и его горделивую осанку, и богатство его одеяния. Сиятельный гость благосклонно осмотрел их, задержав взгляд на старшей из дочерей хозяина. Девушка и вправду была хороша собой – высокая, крепенькая, с налитой грудью и упругими широкими бедрами, светловолосая и голубоглазая. Она одна смотрела на высокородного гостя спокойно, даже безразлично, в то время как остальные женщины преданно пожирали его глазами. Взгляд же приезжего господина снова вернулся к светловолосой красавице, прошёлся по её груди и задержался на бёдрах, выражение глаз стало масленым, язык невольно облизал сухие губы. Желание отчётливо загорелось в его взгляде.
Тан, проследив за выражением лица гостя, более смело выступил вперёд.
– Разрешите, мой господин, представить вам моих женщин, – сказал сладким голосом. – Это моя жена леди Маргарет, старшая дочь Эльгита, средняя Ровена и младшая Эдит. Все мои девочки созрели для замужества и пребывают на выданье.
– Вижу, что созрели, – ухмыльнулся гость, – особенно эта беленькая.
Он подошёл к девушке и бесцеремонно щипнул её за крутой бок, а потом огладил рукой по упругой груди и довольно улыбнулся.
– И ещё я вижу, – добавил, повернувшись к хозяину, – что женихи не ходят табунами по твоему подворью, не так ли, тан?
– Увы, мой господин, – тан скромно потупился. – Дела мои идут не слишком хорошо последнее время, и с тем приданым, что я могу дать за дочерьми, женихи действительно не рвут их из рук друг у друга.
Вельможный гость улыбнулся ещё шире.
– Возможно, я смогу тебе помочь, если ты будешь послушен моей воле, тан.
– Сделаю всё, что пожелаете, господин, – глаза Освальда с надеждой смотрели на гостя.
Супруга тана, леди Маргарет тоже умоляюще сложила руки. Она смотрела на вельможу как на спустившегося с небес ангела, изъявившего готовность помочь их семье. Ну не оставаться же девочкам старыми девами. Особенно она переживала за свою любимицу Ровену. Дочери на днях исполняется семнадцать, куда уж тут тянуть. Да и младшенькую хорошо бы пристроить. Старшую свою дочь леди недолюбливала – та была слишком своевольной, и управлять ею было очень нелегко.
– Хорошо, мы поговорим об этом немного позднее, – согласился гость. – А сейчас я хотел бы перекусить и немного отдохнуть.
– Сию минуту, мой господин, – вскричала хозяйка и птицей вылетела из зала.
Гость же уселся в предложенное ему кресло и продолжал задумчиво рассматривать девушек, всё время возвращаясь глазами к Эльгите.
Когда был накрыт стол, и гость утолил свой голод, выпив при этом три чаши вина из самых драгоценных запасов тана, хозяйка предложила ему для отдыха лучшую комнату на втором этаже с окном в сад.
– Да, хорошо, – не отказался гость, – только подайте туда горячей воды и позовите моего личного слугу. Его зовут Реми. А я пока побеседую с хозяином.
Женщины поспешно покинули помещение, оставив хозяина наедине с вельможным гостем. Когда оба удобно устроились в креслах у очага, гость первым начал беседу.
– Я подумал, тан, и считаю, что нашёл женихов для двух твоих дочерей. Там, в Нортумбрии, разумеется. Приличные семьи, доблестные мужчины, и будут рады выполнить моё желание. Так что если мы сейчас договоримся, в начале осени жди женихов. Моё же условие – ты отдаёшь мне на время свою старшую дочь, чтобы я мог поразвлечься с ней. Давно уже я не встречал женщины, которая вызывала бы во мне такое желание. Я говорю откровенно, тан, что хочу просто получить удовольствие от твоей дочери, не больше. Но то, что я даю взамен, стоит чести одной из дочерей, не так ли?
Тан думал всего минуту.
– Да, мой господин, – сказал угодливо, – вы можете полностью располагать Эльгитой, как пожелаете и сколько пожелаете, коль она пришлась вам по сердцу. Но не забудьте своего обещания для моих младших дочерей.
– Не забывайся, тан, – строго заметил на это гость, – саксонский вельможа слов на ветер не бросает. А сейчас ступай и через два часа приведи ко мне в комнату свою дочь. Да не забудьте её искупать, я люблю чистых женщин.
Когда тан, растерянный и обрадованный одновременно, поднялся в свою опочивальню, он нашёл там супругу, нервно сжимающую руки и беспокойно прохаживающуюся перед окном.
– Ну что? – кинулась она к мужу.
– Ты не поверишь, жена, – тан подошёл к ней и заговорил совсем тихо, – барон обещает приличных мужей двум нашим младшим дочерям у себя на севере. Но взамен он требует – страшно произнести – нашу старшую дочь для временного развлечения. Она вызвала в нём похоть, и вельможа желает уже сегодня удовлетворить её.
– Надеюсь, у тебя хватило ума согласиться? – жена смотрела на него вопросительно. – Не так и велика потеря, всё равно нам для Эльгиты мужа не найти. Так к чему беречь её девственность? Зато девочек пристроим, и, надеюсь, это не будет нам дорого стоить.
