я.
Спина вытянулась как по струне. И я выдержала гнетущий взгляд сидящего передо мной сэйра.
— Вам уже двадцать семь лет, — произнес он таким тоном, будто это должно было что-то для меня прояснить, — Через год, другой, вы выскочите замуж, обзаведетесь детьми и уйдете в декрет. Мне нужен постоянный помощник, а не временное его подобие.
Знал бы сэйр Варнадо, какие у меня планы на ближайшие годы, он бы так беспечно сейчас не рассуждал.
Но он не должен был знать. Никто не должен…
Мне нужна была эта работа, и эта должность. Я шла в правоохранительную деятельность, чтобы подобраться к верхушке правительства нашей страны настолько близко, насколько смогу.
И в шаге от заветной цели я не планировала останавливаться.
* * *
— Я не могу иметь детей, — произнесла я.
Голос не дрогнул. Уже хорошо.
— Эта информация должна быть в моем личном деле, — продолжила, — В заключении от врачебной комиссии о том, что я пригодна к службе. Так что, — кривая усмешка тронула мои губы, — Декрета можете не бояться.
Теперь, когда правящая десятка зажимала в тиски все сильнее и в последние годы все больше и больше ужесточала запреты, врачей обмануть оказалось не так уж и сложно.
Хотя и восемь лет назад мне это удалось. Нужно лишь знать подходящие заклинания и уметь прятать силы, что нынче не в фаворе у правительства.
А быть бесплодной женщиной на государственной службе проще, чем той, от которой из года в год ждут, что она променяет работу на пеленки. Как оказалось, если ты не можешь иметь детей, то и карьера твоя движется куда стремительнее.
Сэйр Варнадо не смутился. И даже извиняться не думал за то, что затронул щепетильную тему.
Лишь кивнул так, будто я поделилась информацией о погоде на вечер, и продолжил свой цепкий допрос.
— Как я уже сказал, это далеко не первая и не единственная причина для отказа…
— Как вы и сказали, — произнесла я, позволив уголку рта едва заметно дернуться, — При моем посредственном образовании и не менее посредственном старте карьеры, я достигла весьма заметных высот в кратчайшие сроки. Я самый молодой старший оперативный сотрудник в столице и за ее пределами.
Министр правопорядка открыл было рот. Очевидно, намереваясь меня перебить. Но я ему этого сделать не позволила.
Если он возьмет меня на эту должность, то простит мне и подобную дерзость. А если нет…
То и черт с ним.
— Разумеется, вы можете взять выпускника самой престижной столичной академии правопорядка. Который сразу после выпуска получил хорошую должность благодаря родительским связям и продолжает быстро продвигаться по карьерной лестнице с помощью отца, деда или кого-нибудь еще. Даже самый молодой старший оперативный сотрудник с такими и рядом не стоял.
Я сделала паузу. Но на этот раз сэйр Варнадо не пытался меня перебить. А, сцепив пальцы в замок, внимательно слушал, слегка щуря глаза.
— Но подумайте вот о чем, уважаемый сэйр Варнадо…
Откровенная дерзость. Если он меня потом за это не убьет, можно считать, что легко отделалась.
— Нужен ли вам такой специалист на должности помощника? Такой, которому все легко доставалось и который не работал упорно, чтобы добиться своих высот? Будет ли от этого толк? Или, все же, вам нужен специалист, способный работать много, долго и упорно, добиваясь нужных результатов? Если вас устраивает первый вариант, то я действительно вам не подхожу, — поджав губы, упрямо закончила я.
Папка с моим личным делом громко захлопнулась.
И я бы обязательно вздрогнула от испуга, если бы не понимала, что сейчас, именно в этот миг, я не могу, просто не имею права, показывать собственный страх.
Все же, я его разозлила.
Но и выбора у меня не оставалось, откровенно говоря. Пришлось идти ва-банк и ставить на кон все, что у меня было.
— Можете быть свободны, тэра Ирис Стэйб, — сквозь зубы прошипел министр правопорядка, — Через неделю вам сообщат о результатах собеседования.
Это провал. Определенно.
И мне повезет, если сэйр Варнадо вместе с отказом не вышвырнет меня из системы, а позволит вернуться к должности старшего оперативного работника.
* * *
Первые волнения в нашем обществе начались задолго до того, как я начала что-либо понимать. Тогда я была подростком. Обычным. Веселым и беззаботным. Мне нравилась учеба в магической школе, друзья и моя жизнь.
Родители не обсуждали дома волнующие общество новости, полностью поддерживая наше правительство — правящую десятку. Десять старых влиятельный сэйров из древних, магически одаренных, знатных семей после революции управляли нашим государством.
И поначалу все шло гладко. А вот потом…
Сначала начали запрещать темные практики. На нарушителей запрета открылись массовые гонения.
И тогда никто не забил тревогу. Хорошо ведь стало. Безопаснее, чтоб его.
Через пару лет список запретов начал расти. Сначала туда попала часть практик из магии крови, часть темных ритуалов, ранее разрешенных правящей десяткой.
Первыми пострадали врачи и частные целители, у которых больше не было доступа к старым, действенным методам лечения.
А потом гайки стали закручиваться…
Я тогда только окончила магическую школу и собиралась поступать в университет магических свойств, когда по стране прокатилась новая волна митингов и волнений, вызванная очередными изменениями в законодательстве.
На этот раз список запретов превосходил всевозможные ожидания.
Магия крови запрещалась полностью. За нарушение — смертная казнь. За попытку спасти жизнь больного с помощью применения магии крови — смертная казнь.
Все темные ритуалы с того дня стали под запретом. Даже самые безобидные, вроде заговора от сглаза и традиционного ритуала поклонения предкам. За нарушение — смертная казнь.
Магия рун — под запретом. За нарушение — смертная казнь.
Ментальная магия — под запретом. За нарушение — смертная казнь.
Боевая магия — под запретом. Исключение — служба в системе правопорядка. За нарушение — смертная казнь.
Стихийная магия выше третьего уровня — под запретом. За нарушение — пожизненная ссылка.
Магия иллюзий — под запретом. За нарушение — пожизненная ссылка.
И список продолжался и продолжался…
А потом началось самое страшное. Темных магов, менталистов, иллюзорников, магистров магии крови, рунологов, сильных стихийников, боевиков высшего порядка стали отлавливать и истреблять.
Тихо, незаметно, без улик. Так, чтобы никто не знал. Просто пропали…
Каждый, в ком была хоть крупица магии, должен был проходить ежегодную проверку и вставать на учет. Любой дар выше третьего уровня блокировался. Исключение — служители правопорядка, врачи и профильные специалисты.
Но и они должны были получать лицензию и всегда находиться под присмотром. Чтобы не колдовали больше положенного.
Остальным оставили крупицы дара, годные лишь для
