И вот «Франклин» отправляется в свое первое плавание. Отплытие судна явилось событием для города, ведь торговый дом Эндрю по праву слыл одним из самых респектабельных заведений в Сан-Диего. Такая репутация сложилась у дома не только благодаря его прочным связям и значительным средствам, но и благодаря умелому руководству мистера Уильяма Эндрю. К этому почтенному судовладельцу в городе относились не просто с уважением — его любили. И поэтому назначение капитаном «Франклина» Джона Бреникена единодушно приветствовалось всеми жителями Сан-Диего.
А посему не следует удивляться, что утром пятнадцатого марта многочисленные зрители, иначе говоря, толпа знакомых и незнакомых молодому капитану, но дружески расположенных к нему людей собралась на причалах «Пасифик Кост Стимшип Компани», чтобы в последний раз перед отплытием приветствовать его восторженными криками.
Экипаж «Франклина» состоял из двенадцати человек, включая боцмана[15], — все бывалые моряки, приписанные к порту Сан-Диего и счастливые тем, что служат под командованием Джона Бреникена. Помощник капитана бравый офицер по имени Гарри Фелтон хоть и был старше своего командира, но искренне считал, что молодой капитан свое высокое положение заслужил. Оба уже немало поплавали вместе и знали цену друг другу; в их отношениях не было места ни зависти, ни обидам. И потом, так распорядился мистер Уильям Эндрю, а Гарри Фелтон и его люди были преданы судовладельцу душой и телом. Большинство из них уже ходили на его кораблях. Офицеры и матросы, составлявшие штат моряков торгового дома, были словно одна большая и любящая своих командиров семья, пополняющаяся по мере процветания дома.
В тот день без каких-либо опасений, наоборот, можно даже сказать с воодушевлением, экипаж «Франклина» готовился начать свою новую кампанию. Отцы, матери, прочая родня собрались в порту, чтобы попрощаться со своими близкими, но так, как прощаются с теми, кого скоро увидят вновь: «В добрый путь и до скорого свидания, так ведь?» В самом деле, намечалось путешествие сроком в шесть месяцев, обычное плавание в хорошее время года между Калифорнией и Индией, поездка из Сан-Диего в Калькутту и обратно, а вовсе не одна из тех торговых или исследовательских экспедиций, которые увлекают суда на долгие годы в самые опасные морские уголки обоих полушарий. Моряки с «Франклина» много повидали на своем веку, и их семьи знавали гораздо более волнующие проводы.
Тем временем приготовления близились к концу. «Франклин, стоящий на якоре посреди порта, уже отделился от других кораблей, число которых свидетельствовало о том, что мореплавание играет важную роль в жизни Сан-Диего.
Джон Бреникен не мог желать лучшей погоды и более благоприятного ветра для начала плавания. В это время — а было десять часов утра — вся команда находилась на борту. Никто из матросов не собирался возвращаться на берег: можно сказать, что путешествие для них уже началось. Несколько портовых шлюпок, стоящих возле трапа[16] у правого борта судна, ждали тех, кто пожелал в последний раз обнять своих родных и друзей,— эти лодки доставят их к пристани, как только «Франклин» поднимет передние паруса. И хотя приливы в бассейне Тихого океана слабые, лучше все-таки отправляться в путь с отливом, который ждали с минуты на минуту.
Среди провожавших были глава торгового дома мистер Уильям Эндрю, миссис Бреникен с кормилицей, державшей на руках малютку Уота, мистер Лен Баркер и его жена Джейн Баркер, двоюродная сестра Долли. Гарри Фелтона, помощника капитана, человека бессемейного, никто не провожал. Добрых пожеланий мистера Уильяма Эндрю ему вполне хватит, большего и не нужно, разве что жена капитана Джона, в том он был уверен наперед, присоединит к ним и свои напутствия.
Гарри Фелтон уже находился на баке[17], где шестеро матросов начали выбирать якорь. Послышался металлический звон бьющихся стопоров, заскрежетала проходящая через клюз[18] якорная цепь, и «Франклин» тронулся с места. Брейд-вымпел[19] с инициалами дома Эндрю реял на клотике[20] грот-мачты, а на гафеле[21] бизани развевался полосатый с федеральными звездочками флаг Соединенных Штатов Америки. Отданные паруса готовы были подняться, как только корабль, движимый кливерами и стакселем[22], немного наберет ход.
Стоя в передней части рубки[23] и внимательно наблюдая за приготовлениями к отплытию, Джон Бреникен выслушивал последние указания мистера Уильяма Эндрю относительно декларации, в которой были обозначены товары, составляющие груз «Франклина». Затем судовладелец вручил ее молодому капитану.
— Если обстоятельства вынудят вас изменить маршрут, действуйте так, как сочтете нужным для пользы дела, и шлите известия об этом при первой же возможности. Наверное, «Франклин» сделает остановку у одного из Филиппинских островов, ведь вы, надо полагать, не намерены идти через Торресов пролив?
— Конечно, мистер Эндрю,— ответил капитан,— я вовсе не собираюсь рисковать «Франклином» в столь опасных водах к северу от Австралии. Мой маршрут должен быть таким: Гавайские и Марианские острова, остров Минданао на Филиппинах, остров Целебес[24], Макасарский пролив, а затем через Яванское море в Сингапур. Путь от Сингапура до Калькутты хорошо известен. Не думаю, что из-за ветров, дующих на западе Тихого океана, судно изменит курс. Однако, если вам понадобится дать мне важное распоряжение, телеграфируйте либо на Минданао, куда я, вероятно, зайду, либо в Сингапур, куда я зайду непременно.
— Договорились, Джон. Со своей стороны, как можно скорее сообщите мне котировку[25] товаров в Калькутте. Возможно, цены заставят меня изменить намерения относительно загрузки «Франклина» на обратный путь.
— Обязательно, мистер Эндрю,— ответил Джон Бреникен.
В этот момент к ним подошел Гарри Фелтон:
— Якорь под нами, капитан.
— А как отлив?…
— Начинает ощущаться.
— Так держать.
Затем капитан Джон, преисполненный признательности, повторил, обратившись к Уильяму Эндрю:
— Еще раз, мистер Эндрю, благодарю вас за то, что именно мне поручено командование «Франклином». Надеюсь оправдать ваше доверие…
— Нисколько не сомневаюсь, Джон,— ответил Уильям Эндрю,— я и не мог найти более достойного человека для такого дела!
Судовладелец, крепко пожав руку молодому капитану, направился в заднюю часть рубки.
