Судя по услышанному, в данном случае счёт был на одну персону, женскую (не на двоих), а деньги заливал исключительно жених.
Неудавшийся, как только что выяснилось.
— Мне действительно неловко. — Такахаси ровно смотрела перед собой.
— Видимо, тут надо на пальцах, — фыркнул в сторону голубоглазый. — Следи за мыслью. Денег нет, так?
— Да. И объяснить сейчас я тоже не смогу! — Такахаси напряглась.
— Ну, не «не можешь», а «не хочешь», — заметил Решетников. — Но я и не прошу тебя что-либо объяснять, раз, — он загнул мизинец. — Я тебе прямо говорю, забыли и проехали, — безымянный. — Не ругаемся, не скандалим, отношения вроде выяснили. — Средний. — Мы расстаёмся и нас больше ничто не связывает, — указательный. — В чём проблема?
Девица опустила взгляд.
Хаяси-младшая внутри кожаного салона поморщилась. Теперь уже хоть бы айтишники задержались подольше; выбираться из машины в подобный момент явно некомильфо.
— Ты какой-то не такой. — Несостоявшаяся невеста, видимо, решила напоследок выступить. — Я ожидала другой реакции.
— Зачем ты мне это говоришь? — удивился русоволосый. — Да — да, нет — нет. Раз мы чужие друг другу люди — разбегаемся. Предлагаю не тянуть кота за хвост, тем более ты всё для себя решила. Насильно мил не будешь… Хорошего дня, иди первой.
Тика Такахаси развернулась и, не говоря больше ни слова, поцокала каблуками в направлении здания.
Хонока упёрла локоть в руль и положила подбородок на ладонь: похоже, тип к началу рабочего дня в офис не торопится.
Странно. Личные драмы личными драмами, но дисциплины никто не отменял, особенно на его невеликой должности.
Второй рукой Хаяси-младшая пролистывала профайл хитрозадой фемины. Работает на три этажа выше Решетникова, получила повышение вчера вечером, открылись кое-какие перспективы, которых раньше не было.
Причём повысили её по представлению холостого начальника управления по фамилии Номура.
Поня-я-ятно.
Русоволосый, похоже, был не только не силён на карьерном поприще, но и в людях разбирался не особенно хорошо. Хотя надо отдать должное: держался для этой ситуации более чем пристойно, Хоноке было с кем сравнивать.
Её собственные отношения с ухажёрами периодически заходили за ту грань, когда схожие беседы тоже рано или поздно случались. И ей приходилось ставить точку в отношениях не там, где ожидали мужчины.
Далеко не все её бывшие при подобном, к-хм, «подведении итогов» были столь же лаконичными и сдержанными. Это ещё если не вспоминать развода на деньги (мужика Такахаси банально обчистила, будем называть вещи своими именами).
Не то чтоб Хаяси-младшая собиралась вникать в чужие проблемы, боже упаси, однако подсмотренная сцена отчего-то доставила.
Хотя-я, парочка — с нижних этажей, напомнила она себе. Плюнуть и забыть. Правда, судя по оформленному повышению, эта Тика буквально на неделе с просто нижних уровней успешно переместится уже на нижние уровни средних этажей.
Тем временем неординарный местами тип прикрыл веки, потёр виски и с рассеянным видом сделал несколько шагов с закрытыми глазами.
В следующую секунду он не придумал ничего лучшего чем облокотиться задом о багажник машины Хоноки — в этом месте Хаяси-младшая возмутилась.
Продолжая зачем-то полировать голову кончиками пальцев, хафу бросил самому себе пару фраз на непонятном языке. Видимо, на том, из которого происходила его непроизносимая фамилия.
И что делать? Выйти и прочистить ему мозги? Или уже не дёргаться без необходимости, тем более, его только что бросили?
Японка решила начать с сочувствия и осталась на месте: пусть всё идёт как идёт. Явятся айтишники — она выберется из салона, тем более что ещё и дождь накрапывает.
А если Решетников свалит раньше, то и бог с ним.
* * *
Ух ты. Я думал, такое бывает только в книгах.
— … буду краткой. Мы с тобой больше не встречаемся. Извини. Не хотела этого говорить наверху, — сообщает женский голос в тот момент, когда я пытаюсь проморгаться и сориентироваться.
На восстановление контроля над телом уходят доли секунды, получается даже не упасть.
Из ментального арсенала навскидку доступны лишь бусты самому себе. Впрочем, спасибо и за это: прямых угроз не видать (слава богу), а с остальным можно разбираться без авралов.
Полный арсенал в ментале остро требуется лишь при очень определённых обстоятельствах, ими здесь не пахнет: офисный планктон, комментарии не нужны.
Неужели всё-таки реальность.
По инерции, доставшейся в наследство от предшественника, мысли норовят сорваться в поток, причём поток этот стремится в сторону происходящего прямо сейчас разрыва с несостоявшейся невестой.
Дурак, что ли? «Мне б ваши проблемы, Марь Иванна». Жив-здоров, это главное. Остальное можно изменить, было бы желание.
Уход конкретной дамы уж точно трагедией не является по целому ряду причин.
— Понял. Принял. Всё? — первым делом отделаться от ненужного общения и лишнего человека.
Слово за слово, девица зачем-то начинает топтаться по свежим мозолям. Она делает типично женские вбросы, будто измеряя температуру отношений, которые только что сама разорвала.
Зачем?
С отношениями исчерпывающе ясно, хватает мимики собеседницы — менталистом быть необязательно.
Минута уходит на дурацкое обсуждение денег (с её подачи), которые я-предыдущий складывал на счёт Тики и которые мне никто не собирается отдавать.
Да и шут с ними. Пусть будут подарком, эту мысль стараюсь донести как можно быстрее.
Попрощавшись, наконец остаюсь в одиночестве и усаживаюсь на багажник ближайшей машины, принимаясь за неотложное. В трудных местах использую голос, жесты, движения.
Первым делом прогоняю самому себе краткий тест на галлюцинации. Слава богу, чисто. Дальше без паузы запускаю буст и на максимальной скорости делаю тест на ИПО, опять самому себе.
Сложновато с этими мозгами, но вытягиваю. Тоже чисто.
В этом месте можно вытереть несуществующий пот со лба и выдохнуть: прочее второстепенно. Если по следующим пунктам проблемы и будут, они поддаются коррекции собственными силами, без внешнего вмешательства.
Тест на депрессию. Тест на тревогу. Тест дисфункциональных отношений. Тест… Тест… Тест…
Идёт нелегко, но я справляюсь. Одна новость хорошая, вторая неясно.
У этой головы нет никаких девиаций несмотря на, это первая, хорошая. Вторая: вокруг — самая что ни на есть реальность, просто в новых реалиях. Здесь пока непонятно, как относиться.
В следующее мгновение благодаря чуть апнувшейся чувствительности организма обнаруживаю, что я не один: за рулём машины, багажник которой пришлось оседлать ввиду отсутствия поблизости лавочек и стульев, сидит человек. И этот кто-то не спит, не пьян, не под наркозом.
Бросить лёгкий фокус за спину, не оборачиваясь, пытаясь определить личность.
В салоне женщина.
Ладно. В принципе, ничего критичного.
Самое большое, чем чревато — прослыть не совсем нормальным на голову (бормотал тарабарщину, странно двигался, корчил дурацкие гримасы).
Стоп. Последнего можно не считать: сидел к ней спиной, моего лица ей было не разглядеть даже в зеркало.
Лишь затылок.
Глава 2
Кажется, хафу то ли что-то почувствовал, то ли просто услышал движение в салоне: он качнулся с пятки на носок, задумчиво посверлил взглядом непрозрачное с его стороны стёкло, даже открыл рот.
В следующую секунду из здания не вышла, а выбежала Ута Уэки, ровесница и заместитель директора айти. Теоретически, вторая в своём департаменте, на практике она была главной: именно её готовят на смену нынешнему без-пяти-минут-пенсионеру.
Что стряслось? Чтоб Уэки лично выскочила под дождь с таким видом, должны быть основания. И где её сотрудники, которые должны нести контейнер?
Хонока подобралась.
Мазнув взглядом по парковке, Ута без паузы рванула к премиальному спорткару Хаяси-младшей. Не глядя по сторонам, не обращая внимания на высокий каблук своих туфлей от Кензо, стоимость которых равна квартальной зарплате среднего айтишника.
