здание бункером не было, но бронестёкла повыбивало, даже пластобетон частично разрушился… В общем, куча мусора, ржавые диагностические стенды и перемешанная с землей и грязью мешанина трухи в подвале. В общем-то, в первый час было всё ясно, но я продолжал шататься по зданию, надеясь хоть что-то найти.
И, несмотря на маловероятность, дурацкая надежда оправдалась. В дальнем, оставленным напоследок корпусе было две двери в подвал. Одна — в общий для всего комплекса, а вот вторая полуподвальная, обнаружилась фактически в самом конце осмотра.
— Вот даже не знаю, я чертовски везучий или чертовски невезучий, — произнес я, разглядывая пластиковую дверь. — Вот ведь окажется, по закону подлости, что там тоже гниль и труха. Так что не будем радоваться раньше времени.
Радоваться я и не стал, но нос за дверь засунул. И увидел небольшую комнатушку-склад, заставленную частично обвалившимися стеллажами. Пыльную запредельно, с чуть ли не пылевыми сталагмитами из вентиляционного отверстия. И толстым слоем пыли, покрывающим стеллажи и стоящие на них баллоны на три литра. И на полу, очевидно, под слоем пыли они же валялись.
Подошёл я, не дыша, ухватил баллон и, не дыша, выскочил от кучи пылюки. Отряхнул баллон и любовался чеканкой на баллоне:
МетПлаАТСА — 8
МеталлПластовая Аварийно-Техническая Синтоплоть Андроида № 8
2,5 л
После вскрытия подлежит использованию или утилизации! Хранение, после вскрытия контейнера — запрещено!
Упаковано 13.10.201 °Cрок годности — 240 лет в запечатанном контейнере, 24 часа после вскрытия.
ГОСТ: 5284-2007
Это нам чертовски повезло, повеселел совсем было заскучавший я. Не манипулятор, конечно. Да и не полноценная синтоплоть, но временная тоже неплохо. И не фонит почти — пыль герметизировала вентиляцию, а стены и пластиковая облицовка дали неплохую защиту.
Так, не будем терять времени, заключил я, шмыгнул на склад, ухватил второй баллон и поковылял к Автобусу. Больше просто бы не поднял, прям инвалидная команда, а не Георгий Верхазов со всеми его многочисленными улучшениями, с иронией думал я.
— Жор, почему… — встретила меня Света, прерванная звяком баллонов об пол Автобуса.
— Всё что там сохранилось. Проверь, Свет, может и вскрыть имеет смысл — там их много, сотни две. Если подойдёт — говори, сколько притащить, — шмякнулся я на пол рядом с баллонами и прикрыл глаза, отдыхая.
Светка закопошилась, затихла, после чего послышался скрип — видимо, и вправду проверяла.
— Это временная синтоплоть, Жорик, — взволнованным голосом оповестила она. — Слегка фонит, но пригодная к установке в сервисном центре. А… — замолчала она, но что хотела спросить — понятно.
— Ничего больше, к сожалению, Свет, — не открывая глаз покачал головой я. — Я всё обошёл и везде заглянул. На складе с этими баллонами образовалась фактически герметичная атмосфера. А всё остальное там ржа и хлам.
— Да и, скорее всего, ничего больше и не было, — явно взяв себя в руки отметила Светка, — Всё же не сервисный центр, а центр диагностики. Временное решение при повреждениях, до направления в полноценный сервисный центр.
— Аптечка.
— Ну да, можно сказать и так. Их много?
— Не меньше пары сотен банок. Все?
— Да нет, Жор, куда мне столько! Даже с запасом четырёх десятков хватит точно. Я с тобой…
— Сиди в Автобусе, Свет. Только я у тебя маску химзы утащу, — приоткрыл я глаза.
— Тиран и деспот, — пробормотала Светка, явно “для порядка”, не собираясь спорить. — А шлем зачем? — заинтересовалась она.
— А там пылюки просто тьма, — ответил я, поднимаясь. — Ладно, я пошёл, скоро буду, — заключил я, надевая протянутую маску.
И приобняла меня Светка «на посошок», насколько получилось. За полчаса я полсотни (лишний запас — не лишний, а много места эти баллоны не занимают) баллонов в Автобус перетаскал.
Заодно проверил: ну мало ли, один раз повезло, может, и второй раз повезёт? Но нет, только временная синтоплоть, ничего другого не было.
— Всё равно, Жор, это уже замечательно! — с жаром заявила Светка. — И жаль, что с энергоконвертором…
— Ерунда, Свет. Найдём. В худшем случае — поедем без него, будем пробиваться к лифту, — устало растёкся я на водительском кресле. — Вариант не лучший, но всё, что могло с восемнадцатым случиться от времени — так это сгореть обмотка. Это на один пуск решается медной проволокой. На второй, конечно, такой обмотки не хватит. Но в Нитронске этих конверторов на складах куча. Да их и сделать можно, есть линии сборки, — уточнил я. — И нормальную плоть тебе найдём. И руку… — задрёмывал я.
А проснулся, сидя на коленях у Светки. Она меня приподняла, уложила на себя и отогнала Автобус на шоссе.
— Мутанты? — бегло уточнил я, оглядываясь.
— Даже не пикнули, вообще не видела, Жор. Мы же не меньше половины их… ну, точнее, ты большей…
— За подобными достижениями не гонюсь, — отрезал я, — Ладно, хорошо, что всё хорошо. Давай я быстро перекушу, с БАППХ пообщаюсь, ну и направимся в Собинку.
— А в центр… — начала было Светка, но сама себя остановила, — Сезонное нашествие мутантов, а у нас для огнемёта и пулемёта — боезапаса почти нет.
— Угу, — кивнул я, грызя синюю репу.
Догрыз, получил отчёт от ассистента — цел, жив, здоров. Вот только понудел, зануда бионический:
Напоминание носителю: в условиях отсутствия АСАП-14 и следующего из этого энергетического дефицита НАСТОЯТЕЛЬНО рекомендуется после использования “боевого форсажа” пребывать в покое, обильно питаясь.
— Ты сам, блин, анализируешь окружение! — возмутился я, — И когда, скажи на милость, мне было спать и жрать?!
Подобная возможность у носителя наблюдалась не менее восьми раз в условной безопасности, и не менее тридцати девяти раз — в условно-опасной, но не критической ситуации.
— Зануда бионическая!
Вынужден напомнить, товарищ Верхазов, что достижения советской кибернетики, нейробионики…
— Ой всё! — скорбно взвыл я, ожидая четвертьчасовую нудную лекцию, на тему как нельзя БАППХА посылать, а как его не посылать надо.
Принято. Завершаю коммуникацию с носителем.
Это… Чё-та я не понял! Это что, этот бионический злоехид надо мной зловредно издевался, что ли?!
Так, а если без эмоций. Бегло подумав, я пришёл к выводу, что, скорее всего, протокол “уважения советского гражданина к достижениям советской кибернетики” у ассистента не настолько ультимативен, как у прочих ВМ. Что и логично — он, всё-таки, в голове и как начнёт эту нудятину толкать в критической ситуации, так и помрёт носитель дурацкой смертью зануденных.
Ну и развивается он, что даже в инструкции написано. Так что, видимо, дорос до понимания, что клевать в мозг не по делу — глупо. Лучше вообще не клевать, но до этого ещё не дорос.
Хотя, несмотря на эти выводы, подозрение, что паразит издевался, на краю сознания было.
В
