Двадцать первый век
Детство грубого помола,камыши, туман и реки, сад,а в нем родная школа —вы остались в прошлом веке.
Счастье, вкус тоски сердечной,платье легче водных лилий —все исчезли вы навечно:вы в прошедшем веке были.
Все, на чем душа держалась,из чего лепила соты —в прошлом веке все осталосьбез присмотра и заботы.
Кто там сжалится над вами,кто на вас не будет злиться,кто придет и в Божьем храмебудет там за вас молиться?
Ты своей судьбой не правил,не берег себя вовеки:беззащитное оставилза горою, в старом веке.
Вспомни, там мы рядом были,значит, нас хулить, не славить.На твоей простой могилеты велел креста не ставить.
Но сиял в мильон накалановый век, алмазный лапоть.Где тут плакать, я не знала.Да и ты просил не плакать.
Счастье, вкус тоски сердечной,платье легче водных лилий —все исчезли вы навечно:вы в прошедшем веке были.
Все, на чем душа держалась,из чего лепила соты —в прошлом веке все осталосьбез присмотра и заботы.
Кто там сжалится над вами,кто на вас не будет злиться,кто придет и в Божьем храмебудет там за вас молиться?
Ты своей судьбой не правил,не берег себя вовеки:беззащитное оставилза горою, в старом веке.
Вспомни, там мы рядом были,значит, нас хулить, не славить.На твоей простой могилеты велел креста не ставить.
Но сиял в мильон накалановый век, алмазный лапоть.Где тут плакать, я не знала.Да и ты просил не плакать.
2001
Побег поэта
Человек тридцати пяти лет,проживавший похмельно и бедно,потерялся в райцентре поэт —просто сгинул бесследно.
А друзья его, сжав кулаки,все шумели, доносы кропали —дескать, парня убили враги,а потом закопали.
Перерыты все свалки подряд,перекопан пустырь у вокзала.А жена собирала отряди в леса посылала.
Пить за здравие? За упокой?Мужики не находят покоя:эх, талантище был, да какой!Он еще б написал, не такое!
На поэтов во все временане веревка, так пуля готова.Зазевался – придушит жена,как Николу Рубцова.
Может, снятся им вещие сны,может, ангел встает у порога:«Ты поэт? Убегай от жены!Убегай, ради Бога!»
Так у нас глубоки небесаи бездонные реки такие,а вокруг все леса и леса —вологодские, костромские.
И земля не закружится вспять,и где надо лучи просочатся.Можно долго бежать и бежать,задыхаясь от счастья.
Посреди необъятной земливне известности и без печалисбросить имя, чтоб век не нашлии пожить еще дали!
Он бежал, никого не спросив,мир о нем никогда не услышит.Он исчез, и поэтому – жив,и еще не такое напишет.
2001
Зимняя свадьба
Полночь. Деревня. Темно.Стужа – вздохнуть нелегко!Треснет в проулке бревно —гул полетит далеко.
Роща навек замерла,к небу вершины воздев.Жучка – и та, как стрела,с улицы мчится во хлев.
Где-то мерцает огонь,резво скрипят ворота.Там самовар и гармонь,белая чья-то фата.
В эту морозную стыньлюбо мне свадьбу кутить,мимо бездвижных твердыньлихо на тройке катить.
Стой ты, дворец ледяной,мраморный замок любви!Песней да пляской хмельнойбрызнут паркеты твои.
Эх, погуляй, слобода,но не кичися судьбой:русского снега и льдав рай не захватишь с собой!
Долго душе привыкать,как на чужбине, в раю,вечно грустить-вспоминатьзимнюю свадьбу свою.
Из невозвратных краевнемо смотреть с высотына белоснежный покров,на ледяные цветы.
Некому будет спросить:чем ты, душа, смущена?И не успела остыть вровеньс бессмертьем она.
2001
* * *
Зимнее небо бесцветнои неподвижна земля.День пролетит незаметно,падает снег на поля.
Через деревья и крыши онпробирается вброд.Утром из мрака он вышел,вечером в темень уйдет.
Светлого времени сутокснова не хватит ему:бледен и мал промежуток,перемежающий тьму.
Полночь огни погасила,но не окончен поход.Гонит небесная сила,путника гонит вперед.
Кружат овраги и спуски,села встают, да не те...Али и сам ты не русский,аль не плутал в темноте!
Черт перепутал округу,до свету тешиться рад.Ходит и ходит по кругучерный, слепой снегопад.
Спи до утра, если сможешь,не просыпайся в избе:темный удел бездорожьянынче сужден не тебе.
Выпадут годы иные —ты обнищаешь, как тать,и на просторах России знаешь,где снегу плутать.
2002
Шиповник
Вдоль дороги пристанища нет,по канавам наметился лед.И краснеет осенний рассветза рекой, где шиповник растет.
Он растет, существует вдали,неподвижен и сумрачно ал.Берега им навскид поросли,только ягод никто не собрал.
Здесь никто не ходил, не бродил,не видать ни чужих, ни своих.Ведь плоды не срывают с могил,не берут их со стен крепостных.
Ржавый лист прошуршит у воды,безнадежно упавший к ногам.Но краснеют на ветках плодыпо великим твоим берегам.
Мы, Россия, еще поживем!Не сломали нас ветер и дождь.В запустении грозном твоеместь ничейная, тайная мощь.
То и славно, что здесь ни следа,то и ладно, что здесь ни тропы.Мы еще не ступали туда,где стена, и плоды, и шипы.
2002
* * *
Выбилось лето из сил,в небе до срока темно.Август к окну подступил,и запотело окно.
И остывания парв келье скопился моей,словно внесли самовардля неизвестных гостей.
Много таких вечеровбудет теперь у меня:маленький замкнутый кров,свет неживого огня.
Все обращается в прах,всюду печаль залегла,и дотлевает в лесахпламя любви и тепла.
Возле багряных калин,возле седых тополейсам ты себя закалилк холоду жизни своей.
И преклонясь головой,стал ты на тополь похож:вместе с травой и листвойсчастье свое отдаешь.
Все потерять заодно,приобретая взаменэто седое окно,сон остывающих стен!
Лед у порога разбитьи на задворках селаснег и свободу любитьбольше любви и тепла.
2003
Противостояние Марса
Над черной пропастью пруда,над темным лесом и над степьювстает кровавая звездаво всем своем великолепье.
Она царит, в сердца несяи восхищенье, и усталость,и перед ней природа всяушла во тьму и тихо сжалась.
И всякий маленький листокмолчал, и птица затаилась.И каждый тихо изнемог,еще не зная, что случилось.
Звезда! Ничтожны пред тобоймои поля, мои дубравы,когда ты луч бросаешь свойдля развлеченья и забавы.
И подойдя, что ближе нет,как злобный дух на голос выпи,ты льешь на нас разящий свет,который днем из нас же выпит.
И мы молчим из нашей тьмы,подняв растерянные лица —затем, что не умеем мыпротивостать, оборониться.
Мы тихо сжались, чтоб пришлиразруха, войны и неволии обескровленной Землисухая судорога боли.
Я не ищу судьбы инойи не гонюсь за легкой славой:не отразить мне свет ночной,насквозь пропитанный отравой.
Но травы, птицы и цветыменя о будущем просили.И молча вышли я и тынавстречу неизвестной силе.
2003
* * *
Под крылом твоимтайные пути.Ты лети, как дым,птица, ты лети!
Пусть ведет тебядревняя стезя.Это ты лети —мне лететь нельзя.
Жизнь у нас одна,ты в ней и лети.Ну а я покабуду взаперти.
Сквозь трамвайный гулне прорвется тишь.Мне бы только знать,верить, что летишь!
По твоим лугам,по равнинам водто трава цветет,то пурга метет.
Там и мой отецпод стальной звездой,там и я всегдабуду молодой.
И оттуда в жизньвеселей смотреть.Как любила я,все, что будет впредь!
Как я в гору шла,тяжело несла,никому ни в чемне хотела зла.
Птица, унесик дальней сторонене людскую молвь —правду обо мне.
И у той горы,у могильных плитдо другой порыправда пусть молчит.
2003
Марийский певец
