— Луи, ты хочешь бросить бедняжку тут, в грязи и болоте?
«Пожалуйста, — беззвучно взмолилась я. — Не бросайте… помогите».
— Не хочу, но брошу. Из-за неё будут проблемы. Как мы объясним властям, что делали ночью на чужой территории? Да посмотри, она уже не жилец, — моей груди коснулась рука. — Я не чувствую биения сердца.
— Луи, ты же добрый гном. А если она богатая наследница? Посмотри, сколько у неё жемчуга. Ты сможешь получить денежное вознаграждение в десять раз больше, если сумеешь спасти девицу.
— А если она — беглая преступница? Совершила злодеяние, мужа, например, убила? А мы потом будем доказывать, что не скрывали её, а спасали. Бросай её тут и уходим. Нам и жемчуга хватит.
— Господин Луи Огамо Сглазгербах, или вы благородный гном и помогаете несчастной, или я сейчас же собираю вещи и покидаю ваш дом, — поставил ультиматум мой защитник.
— Я не буду тратить последний кристалл, чтобы влить в неё чуточку магических сил. Может, она и не маг вовсе, а если не маг, то тут же и умрёт, а я потрачу кристалл, — меня подхватили под мышки сильные руки.
— Она стонет, Луи, аккуратнее… Травами вылечим. Я знаю, какие помогут от переломов и жара. И ещё есть такие, что могут магический резерв восполнить…
— Не болтай ерунду. Если ты про ночную василянку, то всё это бабушкины сказки. Я её жевал в детстве, ни капли магических сил не прибавилось.
— Ты был здоров, поэтому и не заметил, — парировал Джаспер.
— Джас, подведи поближе к берегу мухотравку. Я не смогу долго нести девицу, она тяжёлая.
— Луи, миленький, сейчас приведу нашу девочку, нашу помощницу. Неси пострадавшую аккуратно.
Через некоторое время я почувствовала, как меня бережно уложили на дно телеги.
— Но, милая, цокай домой, Мушенька, — тихий свист отправил неизвестное мне животное в путь.
— Если её никто не будет искать, то половину жемчуга себе оставлю, — пробормотал Луи, накидывая какую-то ткань мне на плечи.
Глава 3. Лечение
Я то приходила в себя, то вновь проваливалась в темноту.
— Аккуратнее, Луи…
— Я стараюсь, но она тяжёлая… Убери с кровати простынь, чтобы не замарать.
Кажется, меня подняли и куда-то понесли.
Через время вновь вынырнула из забытья, попыталась открыть глаза, не смогла.
— Луи! — зашипел тот, кого звали Джаспер. — Потрать на девушку кристалл. Ты же видишь, что травы только поддерживают жизнь.
— Да ты что, в своём уме? Ты сам понимаешь, что в нём светлая магия! Где я ещё такой достану? Ты слышал, что все светлые артефакторы снялись со своих мест и, сверкая пятками, убегают из нашей империи.
— Потрать! — мне показалось, что в голосе Джаспера послышалась угроза. — Продадим жемчуг и купим кристалл. Пожалуйста, Луи.
— Сдалась тебе эта девка, — пробурчал Луи.
— Я не могу понять, но что-то в ней есть. Если она уйдёт за грань, то мир потеряет что-то очень важное. А может, она — фея? — я почувствовала, как кто-то склонился надо мной.
— Джас, какая фея?! Хотя… Да нет, она — человек, возможно, магик. Феи, говорят, излучают свет и у них есть крылья, а у этой девицы нет крыльев.
— Луи, а ты хоть раз видел фею? — я почувствовала, как к моим губам поднесли кружку. Чей-то палец нажал на подбородок, тёплая пахучая жидкость полилась мне в рот.
— Откуда? Говорят, что ни одной феи не получилось заманить тёмному императору в наше государство. Они же очень нежные, могут жить только у светлых эльфов. Не терпят тёмной магии. Она их губит.
— Какие познания, Луи. Мне ещё бабушка Мия рассказывала, что во времена, когда и тёмные, и светлые жили в мире, фей было намного больше. Так вот, она даже видела семьи, где муж был тёмным, а жена — феей.
— Врёшь ты всё, — Луи куда-то отошёл.
— Вот и не вру! — разозлился Джаспер. — Моя бабушка прожила долгую жизнь и многое повидала на своём веку! О, давай сюда кристалл.
Послышался хруст, затем прохладное прикосновение к груди. Неожиданно боль отступила, дышать стало легче и, наконец, у меня получилось открыть глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Слава богам, помогло, — два лица склонились надо мной.
Гнома я узнала сразу, а вот второго не могла распознать, возможно, никогда не видела домовых?
— Какой необычный цвет глаз, — выдохнул Луи, заворожённо смотря на меня. — Фиолетовые… Ой, Джас, что происходит? Они теряют свою магическую притягательность, стали обычными серыми.
— Ты влил магию в девицу, вот глаза на время и стали несвойственного для них цвета, — хмыкнул Джаспер. — Значит, она — человек, магик, раз так легко приняла магическое лечение.
— Воды, — получилось разомкнуть губы.
— Рано, — улыбнулся домовой. — Спи, набирайся сил, выздоравливай.
Стоило ему произнести последнее слово, как я тут же провалилась в лечебный сон.
На следующий день я уже могла сидеть. С помощью всё того же домового, который обладал магией, я смогла стащить с себя грязное платье, больше походившее на половую тряпку, а не на богатое белое платье невесты.
Ещё через день у меня получилось сделать несколько шагов. Ноги и руки ныли, но не сильно. Джаспер убеждал, что это скоро пройдёт, и я вновь смогу бегать, как раньше. Я лишь улыбалась в ответ.
Гном, что приютил меня у себя, был коренастым немолодым и хмурым мужчиной с длинной до пояса чёрной бородой. Волосы на голове собирал в хвост. По утрам маленькой расчёской причёсывал не только бороду и волосы, но и густые длинные брови. Довольный своим видом хмыкал и отходил от зеркала.
Одевался просто: тёмно-коричневые штаны и серая рубаха. На боку висел небольшой топорик, с которым он никогда не расставался. Подозреваю, что, ложась спать, гном запихивал его под подушку.
На пятый день утром Луи засобирался и куда-то ушёл.
— Джаспер, а куда он? — спросила я, укутываясь в тёплую шаль, стоило двери закрыться за гномом.
— Сегодня в соседнем городке Лапервиль — ярмарка. Будет очень много народа. Луи потолкается среди люда, попробует узнать новости, происшествия. Вдруг тебя кто-то разыскивает. Ты не обижайся, но нам нужно на что-то жить. И если ты попала в беду, а тебя ищут родные, то они не откажутся выплатить вознаграждение.
Голова резко заболела, стоило подумать о родных.
— Не выдавайте, — тихо попросила, смотря на домового, который перебирал крупу на столе. Он собирался варить кашу. — Продайте жемчуг, который был со мной.
— Ты чего, милая? Луи — неплохой человек, и если ты совершила преступление, то сначала со мной посоветуется. Подожди, так ты что-то всё же помнишь, раз предлагаешь жемчуг?
— Нет, когда вы меня нашли, я на мгновение пришла в себя и слышала ваш разговор про жемчужины.
— Да, они принадлежали тебе, но теперь они наши, за лечение, кров и за то, что мы тебя не выдадим.
— Согласна. Я поправлюсь и уйду.
— Куда? Ты даже не помнишь, как тебя зовут. Ты — светлая, да ещё такая красивая женщина. И до ближайшего города не доберёшься, как тебя сцапают бандиты. И лучше тебе не знать, что с такими красотками они делают. Самое безобидное: продадут старику, который на тебе женится. Про остальные варианты помолчу.
Выпив травяного чая, есть я всё ещё не хотела, прилегла на свою постель. Проснулась оттого, что громко стукнула входная дверь и на кухонный стол с грохотом что-то поставили.
Глава 4. Луи и зёрна
Как только пропели петухи, мы начали собирать Луи в путь.
Джаспер запрягал Мушеньку в телегу. Эти магические флегматичные животные могли развивать очень хорошую скорость, но могли заартачиться, встать и никуда не пойти.
Вот именно это и произошло в тот злополучный день, когда Луи несколько месяцев назад собрался на ярмарку, чтобы продать жемчуг.
Мухотравка быстро бежала по дороге, но в какой-то момент встала столбом и не сдвинулась с места. Луи и уговаривал, и свежей травки ей нарвал — ни в какую. Стоит и смотрит в сторону. Гном пробежался по ближайшему лугу, но так и не смог найти то, чем заинтересовалась вредная животинка. Он принял решение отпустить Мушеньку на луг в надежде, что она найдёт то, что ей нужно, и они наконец-то двинутся по направлению к городу. Вначале всё шло хорошо, она целый час что-то выискивала, вынюхивала, жевала, но в один прекрасный момент взбрыкнула задними ногами и понеслась прочь.
