Издав разочарованный вздох, она снова прислонилась к нему.
— Если вы хотите овладеть мною силой, предупреждаю, что я окажу вам такое сопротивление, какого вы никогда раньше не встречали. В обмен на то, что вы отнимете у меня, я возьму некоторую часть вашей кожи. — Она попыталась повернуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо, но он не позволил ей сделать это. «Неужели я говорю что-то не то?» — подумала она, гадая, не действуют ли ее слова возбуждающе на… на насильника; она наконец смогла произнести про себя это слово. Несмотря на свои храбрые речи, она задрожала, а его руки обхватили ее так, что, если бы все это происходило при других обстоятельствах, Крис могла подумать, что ее хотят защитить от чего-то.
— Мы прибыли от вашего отца, — сказал мужчина, и она ощутила его дыхание на своей шее. Голос у незнакомца был очень низким и очень красивым. — Нас двое, и мы приехали, чтобы отвезти вас домой.
— Да, я готова ехать домой. Но сначала я обязательно…
— Ш-ш-ш, — прошептал он, прижимая ее к себе так, словно они долгие годы были любовниками и их тела прекрасно знали друг друга. — Вы должны поехать домой сейчас, независимо от того, хотите этого или нет, — сказал он, явно не слушая ее. — Вы можете разбираться со своим отцом позже, но сейчас мы доставим вас к нему домой. Вы понимаете?
— Но у меня рассказ, который я…
— Крис, — сказал он, и, услышав, как мужчина произнес ее имя, она снова попыталась заглянуть ему в лицо, но он опять не позволил ей сделать это. — Крис, вы должны вернуться к отцу. Сейчас я отпущу вас и хочу, чтобы вы оделись, затем я выпущу Прескотта из шкафа. Я буду ждать вас на улице с лошадьми. Возьмите только то, что понадобится во время поездки. Мы поедем через Лес Дождей, а это займет несколько дней, поэтому, если у вас есть накидка от дождя, возьмите ее с собой.
— Через Лес Дождей! Но через него не может проехать никто!
— Там есть дорога, и я ее знаю. Такому чудесному маленькому существу не стоит беспокоиться об этом, нужно только подготовиться к отъезду.
— Я должна отвезти мой рассказ Джону Андерсону, — сказала Крис. Она, похоже, вовсе не торопилась отодвинуться от него, и в какой-то момент их разговора ее руки передвинулись на его талию. Она не обнимала его, но в то же время и не отталкивала.
— Кто такой Джон Андерсон?
— Мой друг и редактор газеты. Именно он первый заподозрил, что Хью продает ружья индейцам.
Незнакомец повернул голову и зарылся лицом в ее волосы; она могла поклясться, что чувствовала прикосновения его губ.
— Поговорим об этом позже, а сейчас нам надо ехать. Мы и так задержались. Вам придется одеться, чтобы мы могли отправиться в путь.
Крис ждала, но он продолжал удерживать ее, нежно поглаживая рукой плечи.
— Вы собираетесь отпустить меня или нет?
— Но вы же замерзли!
— Я нисколько не замерзла. Но меня пытается похитить мужчина, которого, предположительно, прислал мой отец; я, зная его, могу в это поверить и стою здесь в чем мать родила, задыхаясь в объятиях человека, которого раньше в глаза не видела, а тем более не была ему представлена. А теперь не будете ли вы любезны отпустить меня, чтобы я могла что-нибудь на себя надеть?
— Да, — сказал он удивительным голосом, но даже не пошевелился.
Крис издала звук, в котором прозвучали гнев и протест одновременно.
— Тайнан, если вы причините ей какой-нибудь вред, будете иметь дело со мной, — раздался голос мужчины, сидящего в шкафу, который последние несколько минут вел себя на удивление тихо.
Человек, которого назвали Тайнаном, обнимал ее еще несколько секунд, а затем со звуком, похожим на глубокий вздох, отпустил и повернулся, проделав это практически одновременно.
Крис схватилась за угол покрывала, лежащего на кровати, но оно было ей не нужно, так как мужчина стоял, повернувшись к ней спиной, и перебирал предметы, которые лежали на комоде. Завернувшись в покрывало, она подошла к шкафу, открыла левую дверцу и достала чистый костюм для верховой езды.
— Мне нужно взять кое-что из комода, — сказала она его спине. Насколько она могла его рассмотреть, он был высоким и широкоплечим, у него были темные волосы, а одет он был во все совершенно новое. Начиная с сапог и заканчивая пистолетом в кобуре, низко висевшей на его бедре, коричневая кожаная куртка и голубая рубашка — все это было новым. С тех пор как он отпустил ее, он не произнес ни звука, и теперь он просто отступил в сторону, неотрывно глядя на стену, словно она интересовала его больше всего на свете.
Крис достала из ящика белье, все время стараясь рассмотреть его лицо, но так и не смогла этого сделать; а когда она отошла в глубь комнаты, чтобы одеться, он вернулся на прежнее место перед шкафом. Она старалась одеться как можно быстрее и затягивала шнурки корсета с такой скоростью, что запутала их, и ей пришлось потратить несколько лишних минут на распутывание узлов.
— Все в порядке, — сказала она, когда закончила одеваться, и ожидала, что он обернется.
Но он не повернулся к ней, а вместо этого подошел к шкафу и открыл замок на правой дверце. Из шкафа вышел высокий блондин, который не отрываясь смотрел на Крис.
— Помогите ей упаковать вещи. Я буду ждать вас внизу, — сказал Тайнан и, прежде чем Крис поняла, что он делает, выпрыгнул в окно, оставив ее наедине с блондином.
Возникла неловкая пауза, но красивый блондин, улыбаясь, сделал шаг вперед. У него были яркие голубые глаза, которые, похоже, всегда смотрели ласково и улыбаясь, что, скорее всего, подумалось Крис, разбило не одно женское сердце.
— Меня зовут Эшер Прескотт. Я сожалею о том, что здесь произошло, — сказал он, указывая на шкаф, но было что-то не похоже, что он действительно сожалеет о случившемся. На самом деле он выглядел так, словно все, что произошло, доставило ему большое удовольствие. — Мы действительно прибыли от вашего отца, и нам поручено доставить вас обратно, независимо от ваших претензий. Он очень беспокоится о вас.
Крис слабо улыбнулась ему:
— Очень похоже на моего отца. Я поеду сама, я уже собиралась вернуться, но мне действительно необходимо упаковать кое-какие вещи, — сказала она, направляясь к комоду, чтобы собрать лежавшие на нем туалетные принадлежности. Когда она подошла к нему, то увидела, что среди вещей, которыми занимался Тайнан, было ее зеркало на красивой ручке. А посмотрев в него на то место, где она одевалась, она поняла, что все это время он наблюдал за ней.
На мгновение ее охватила ярость, но потом она улыбнулась, опустила зеркало в дорожную сумку, которую достала из шкафа, и подошла к письменному столу, чтобы забрать свои записи, рассказывающие историю Хью Ланьера.
