Пока они ели, она вела с Эшером легкую беседу, ни разу не вернувшись к теме необходимости доставить ее рассказ в газету Джону Андерсону. Но как только они закончили еду, она встала.
— Думаю, мне следует пойти и разыскать мистера Тайнана, — сказала она рассеянно и направилась по тропинке в сторону реки.
— На вашем месте, Крис, я бы этого не делал. Думаю, если бы этот человек хотел, он был бы здесь, и я совершенно уверен в том, что он способен сам себя прокормить. Вам следует сесть и разделить общество со мной.
Больше всего на свете Крис ненавидела, когда говорили, что ей следует делать. Это служило основным источником всех тех проблем, которые возникали у нее с отцом. Он никогда не пытался договориться с ней, а только говорил, что для нее лучше всего, и ждал слепого повиновения. Она нежно улыбнулась Эшеру.
— Я думаю, мне следует поискать нашего хозяина, — сказала она и быстро пошла вниз по тропинке, не дав ему времени для возражений. Через несколько секунд она услышала, как Эшер пробирается через лес, пытаясь ее отыскать. Мысленно поблагодарив мать и всех предков за свои миниатюрные размеры, она прыгнула за лежащее на земле бревно и спряталась в папоротнике, дожидаясь, пока он пройдет мимо. Когда шаги Эшера затихли, она прошла немного по лесу, но быстро поняла, что дальше ей не пробраться из-за поваленных деревьев и густых завес из мха, которые свисали отовсюду. Она вернулась на тропу и направилась к воде, явно следуя прямо за Эшером. С вершины небольшого утеса у реки она заметила его внизу, хмурого и раздраженного. Улыбнувшись про себя, она продолжила путь вниз по тропе.
Стоило ей пройти несколько футов, как все звуки пропали. Лес Дождей вызывал у человека странное ощущение полного одиночества. Вокруг нее все было зеленым — серо-зеленым, сине-зеленым, зеленым с черным отливом, лимонно-зеленым — сотни оттенков одного цвета. И все было мягким. Она провела рукой по лежащему бревну, покрытому своим собственным лесом в миниатюре, и улыбнулась тому, какое оно было мягкое.
Впереди виднелись причудливые фигуры из сгнивших стволов деревьев и густого мха.
Повернув вслед за тропой, она застыла, увидев лежавшего в нескольких дюймах от тропы Тайнана, который крепко спал. Под ним было смятое одеяло, а рядом с головой валялся мешок. Он спал безмятежным сном ребенка и выглядел очень молодым. Крис снова была очарована удивительной красотой этого мужчины, и у нее возникло непреодолимое желание просто сесть и посмотреть на него — и она подчинилась этому желанию.
Она просидела рядом с ним некоторое время. Но вот он вздрогнул и открыл глаза.
— Крис, — сказал он с улыбкой, а затем снова закрыл глаза. Спустя долю секунды он резко сел, схватил шляпу, надвинул ее на лицо, а затем посмотрел в ее сторону. — Мисс Матисон, я считал, что вы ловите рыбу с Прескоттом.
— Я это и делала, пока не наловила столько рыбы, что Эшер предложил вернуться в лагерь. После этого я сумела сбежать и нашла вас. Хорошо поспали? Вы заслужили хороший сон — ведь вы все время не спали и заботились о нас.
Он протер глаза, напомнив ей заспанного мальчишку, и на этот раз она заметила, что оба его запястья были поранены. Кроме того, на его правой скуле виднелся шрам и наполовину заживший порез над глазом.
— Почему бы вам не вернуться в лагерь и не присоединиться к нам? Рыбы у нас больше чем предостаточно. Вы ели?
— Да, спасибо, но вам следует вернуться в лагерь. Прескотт скорее всего беспокоится о вас. — Тайнан встал. — Кроме того, мне надо заняться делом. Я должен разведать тропу. Уверен, что с тех пор, как я был здесь в последний раз, на нее нападало много деревьев.
— И когда был этот последний раз, мистер Тайнан?
— Просто Тайнан, ничего больше, тем более никакого мистера, — сказал он так, словно повторял это уже сотни раз.
Она поднялась и подошла к нему ближе. Он повернулся к ней спиной, снял шляпу и провел рукой по влажным волосам. Крис предположила, что он купался. Манжеты на его рубашке были расстегнуты, и, когда рукав задрался, она увидела, как на его руке сквозь кожу просвечивали все вены. Он выглядел так, словно долгое время голодал.
— Я не хочу никому причинять беспокойство, потому что знаю, что вы делаете только то, для чего вас нанял мой отец, но… — Она заколебалась, прежде чем произнесла его имя. — Но, Тайнан, мне кажется, что вам не помешает немного хорошей еды, и я настаиваю на том, чтобы вы вернулись со мной. Если вы от этого откажетесь, я обещаю сделать это путешествие малоприятным.
Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но потом закрыл его и усмехнулся, и Крис почувствовала, как у нее подгибаются ноги. Его лицо словно засветилось, и в ее мозгу мелькнула мысль, что он может заставить любую женщину в любом месте делать то, что он захочет.
— От подобного приглашения я отказаться не могу. Я последую за вами.
— Нет, мы пойдем вместе. Скажите, что вы делали в этом лесу раньше? Кто проложил эту тропу?
— Вам понравилась ваша рыбалка с Эшером? Он производил впечатление приятного человека. Всю дорогу сюда он помогал мне во всем, для него не было невыполнимых заданий. Он прекрасно управляется с лошадьми, и он нравился всем, кого мы встречали. Могу предположить, вам — тоже.
— В общем-то да, — сказала девушка с некоторым колебанием. — Как вы познакомились с моим отцом?
— Эш знает вашего отца долгие годы. Удивительно, что вы не встречались раньше. Отец Эша многого добился и заработал много денег на востоке. Уверен, что Эш в этом похож на него.
Крис посмотрела на Тайнана с непониманием. О чем говорит этот человек? Но он только улыбнулся ей, и, на этот раз не поддавшись волшебству улыбки, она подумала о том, часто ли он использует ее, чтобы заставить женщину не говорить того, что он не хочет слышать, или задавать вопросы, на которые он не хочет отвечать.
Она улыбнулась в ответ, но если бы он знал Крис немного лучше, по ее сверкнувшим глазам он бы понял, что она приняла вызов. Она обязательно выяснит, что за человек этот Тайнан — просто имя, даже без фамилии.
Глава 4
— Мне нужно с вами поговорить, — сказала Крис, когда они пришли в лагерь и Тайнан сел и начал есть. Она рассказала ему то же самое, что и Эшеру, об ответственности Ланьера за убийство миссионеров. Во время рассказа Тайнан не произнес ни слова.
Когда она замолчала, он облизал пальцы.
— А теперь расскажите, что вы там оставили, — поинтересовался он.
Она ощутила секундное замешательство.
— Хорошо, — согласилась она, улыбаясь. — Правда заключается в том, что, пока я была в гостях, мистер Ланьер был очень добр ко мне и у него чудесная жена, поэтому я чувствовала некоторые угрызения совести из-за того, что собиралась рассказать всем о том, что он сделал. Конечно, каждое слово здесь — правда, но, когда эта история будет опубликована, боюсь, что жизнь мистера Ланьера может… скажем, измениться.
