Читаем без скачивания Сердце проходчика - Николай Калиниченко

– То есть как доставил? Вот так взял и перенес?

– Именно что перенес! У него был летун!

– Сказки! Летунов не бывает.

– А вот и нет!

– Ни одна сфера не даст усилия на взлет. Это все знают!

– А он и не взлетал. Он… он просто поднялся в воздух. Как по лестнице взошел. Небольшой такой аппарат, красивый, весь в узорах, сиденья мягкие. И вот еще что… тогда я не знал… Но теперь готов поклясться. Машина аппликатора пахла фантом, так, словно была сделана из него.

– А потом вы видели этого… аппликатора?

– Нет. Он помог нам добраться до фабрики, вызвал главу цеха, перекинулся с ним парой слов и ушел.

– Куда ушел?

– Не знаю. У меня отец на руках умирал, понимаешь? И потом, в поселке всегда говорили: «дареному хламу цену не ищут». – Милош неожиданно улыбнулся, не так, как раньше, вызывающе, а мягко, словно вспомнил что-то. – Ты, когда про «сына барахольщицы» сказала, права была.

– Складно врешь, – улыбнулась девушка и вдруг порывисто обняла Милоша. – Прости, я не хотела тебя обидеть, просто ты меня очень разозлил. А вообще я совсем не злая. Правда, Аякс?

Проходчик повернул голову. На молодых людей уставились темные провалы смотровых прорезей. Стальной подбородок медленно пошел вниз: «Правда».

Осенний лес вокруг дышал влагой. Сумрак стремительно сгущался. Над оврагом зародился неяркий синий светоч, медленно поднялся выше и неторопливо поплыл между деревьями. За первым светляком появился другой, третий – и вот уже лес наполнился тысячами блуждающих огней.

– Парящие звезды! Я и не думала, что их может быть так много! – девушка вскочила.

– Что это за огни? – Милош испуганно озирался по сторонам.

– Никто не знает. Такое случается раз в пятнадцать лет. Длится несколько ночей, а потом постепенно сходит на нет. Говорят, там, где опустится звезда, – лежит клад.

Парящие звезды над спящей землей,

Над пажитью росной, над горной грядой.

Увидишь – не медли, бегом за порог,

Иначе проспишь свое счастье, дружок.

– Вот это да! А говоришь: ничего не слышал, лгунишка! – изумилась Клио.

– Я только сейчас вспомнил, – Милош улыбнулся. – Там еще много было куплетов. В поселке каждый ребенок ее знал. И никто не задумывался, о чем она.

– Пойдем к нам на Фабрику, – неожиданно предложила девушка. – Яртан поврежден. Его нужно подлатать.

– Шутишь? Мы же чужаки.

– Что верно, то верно! На Фабрике все строго, – закивала Клио и, взглянув на помрачневшего юношу, громко рассмеялась. – Шучу! Мы же с вами не воюем. К тому же аппликатор Руго – самый добрый человек на свете.

Девушка легко вскочила на ноги, и Аякс, почуяв желание директора, опустился на одно колено. Клио забралась в свое убежище за плечами гиганта.

– Сладких снов, Милош из Шагающей Домны!

Нападение произошло на второй день. Маленький отряд выбрался из леса и шел вдоль путей, по которым двигалась Фабрика. Огромные, в рост проходчика, рельсы уходили за горизонт. На каждом металлическом сегменте стоял символ Фабрики. Это было своего рода предостережение. Человека, решившего украсть имущество Дороги, ждала печальная судьба.

Утро выдалось серым и туманным. Клио и Милош взобрались на плечи к Аяксу. Поврежденный Яртан плелся рядом, едва переставляя ноги. Директор проснулась сегодня удивительно рано, долго ворочалась в своем гнездышке за плечами проходчика. Аякс слышал приглушенные ругательства и восклицания. «Нет! Никуда не годится! А ногти-то, ногти? Ужас!» Зато утром результат был налицо. Клио щеголяла в форменном зеленом плаще директоров, заколотом серебряной фибулой со знаком полиспаста. Волосы расчесала и собрала в аккуратный пучок. Даже вечная грязь на щеке была на время побеждена. Вдоль правого виска спускалась шаловливая тонкая косичка, украшенная бусинами. Еще она что-то сделала со своими глазами. Аякс смутно помнил, что женщины это умеют, но давно забыл, как и для чего. Зато Милош совершенно не изменился за ночь. Разве что его черная шляпа казалась более помятой и пыльной, чем вчера. Он, похоже, не обратил внимания на тяжелую работу, проделанную девушкой. Клио была в бешенстве. Язвила и вредничала. Причем ее остроты и придирки распространялись не только на Милоша, но и на Аякса и вообще на весь мир.

– Ага, вот и тоннель! – громко воскликнула Клио. – Сейчас перейдем на внутренние пути. Ты, наверное, про внутренние пути и не слышал в своей шагающей печке?

– Кое-что слышал. – Милош потянулся. – Фабрика по большим рельсам катится, а внутри малые проложены. Для поездов. Говорят, дорога была еще в давние дни. А пути для Фабрики потом построили.

– Умный какой, – удивилась Клио.

Они спустились по бетонному пандусу к самому низу насыпи. Там была устроена небольшая ровная площадка, на краю которой, стиснутый стенками из гранитных блоков, располагался тоннель. Проходчикам пришлось пригнуться, чтобы пройти в портал.

Директоры достали ручные лампы. Милош, шедший впереди, вдруг на что-то натолкнулся, поднял фонарь. Огромные стальные ворота полностью перекрывали проход.

– Что, думал, вот так просто пройдешь? – засмеялась Клио.

– Зачем это? – Милош провел рукой по металлу.

– А чтоб всякие дурни вроде тебя не лазили куда не надо!

– Могла бы сразу сказать, что впереди, – обиделся парень. – И как мы теперь?

– Сейчас увидишь.

Клио вручила юноше фонарь, а сама полезла Аяксу на спину. Скрылась в кабине и вскоре вернулась с большим кожаным кошельком, прошитым плотной белой нитью. Горловину закрывала печать Дороги. Девушка разорвала нитки, сломала печать и достала из кошеля шесть увесистых металлических шариков. Затем приблизилась к воротам, откинула неприметный лючок и принялась один за другим опускать туда шары. Едва последний шар скрылся в отверстии – толща ворот с глухим рокотом треснула пополам.

– Аякс, за дело! – приказала Клио.

Проходчик шагнул вперед. Навалился на тяжелые створки, и те неохотно поддались. Маленький отряд прошел в коридор за воротами. Милош заметил, что великанские створки снабжены металлическими роликами и двигаются по накаточным желобам, расположенным на полу и на потолке тоннеля. Молодой человек замешкался, пытаясь понять, как действует механизм ворот, но Клио велела поторапливаться, и Аякс закрыл створки. Щелкнули замки, возвращая рукотворной преграде несокрушимость монолита.

Они дошли до конца тоннеля. Там обнаружилась лестница с высокими ступенями, рассчитанными на проходчиков. Аякс быстро поднялся наверх и протянул руку Яртану. Поврежденный механоид с трудом преодолел подъем и встал рядом со своим бывшим противником.

Милош с интересом глядел по сторонам. Мощные внешние рельсы, точно крепостные стены, отгораживали от мира несколько ниток железной дороги. Люди и проходчики стояли на широкой платформе. Все здесь выглядело чистым, ухоженным и каким-то слишком правильным, словно вернулись давние дни. В центре платформы имелся навес. Двускатная крыша была покрыта яркой рыжей черепицей. На фасаде под козырьком примостились большие часы. Причудливая кованая стрелка методично делила время на равные отрезки. Милош уже встречал этот тип механизмов и лишь равнодушно скользнул взглядом по циферблату. Пускай девчонка знает, что сын барахольщицы тоже кое-чего стоит. Внизу под часами располагалась деревянная коробка, снабженная смешными кукольными воротцами и красивым резным балкончиком. Вот стрелка достигла числа девять. Раздался мелодичный звон. Воротца отворились. Из темного отверстия на балкон выехала миниатюрная фигурка проходчика, за ней крохотный аппликатор в плаще, потом яркая птица, смерть с косой и, наконец, карликовый зеленый паровоз с высокой трубой.