ее крошечной дверкой на дневном свету переливался прозрачный камушек. Но только в этой безделушке была вся соль. По команде Яги флюгерок наверху избушки повернулся на девяносто градусов, против часовой стрелки. А в камушке блеснул зеленый огонек.
В окно вместо балкона вдруг уткнулись еловые лапы. Мощные и здоровые. А за елями дальше, в тумане — растворились болота. И пол заходил ходуном, закрутился вокруг собственной оси. Первый этаж канул вниз.
Повернувшись, флюгер превращал балконную дверь в портал. И комнатка Яги в съемной квартире вдруг становилась внутренностью избушки на курьих ножках.
Флюгер этот попал к ней совершенно случайно энное время тому назад, и в его прочих способностях Яга так и не разобралась.
— Избушка, избушка! — снова прокричали, на сей раз куда слышнее, прямо под дверью на болота. — Повернись к лесу задом, а ко мне передом!
Яга тяжко вздохнула.
— И не надоело ведь... Всем надо, чтобы кто-нибудь решил их проблемы, — Яга причмокнула губами, оставаясь довольна собственным отражением старухи редкой степени безобразия. — Так в каждом королевстве, знаешь ли: в Тридевятом ли, в перевернутом, как называет его Кики, всюду перед и за Горизонтом. О мужчинах я вообще молчу. Одни дураки да царевичи. Ладно, Мег, довольно болтать — принимаем гостей.
И старуха отвратительной наружности с ноги распахнула балконную дверь наружу.
— Здравствуй, бабушка!
Ну, так и есть — не то дурак, не то царевич. По одежке — дурак. По выправке — царевич.
— Здравствуй, Иван, с чем пожаловал?
Тут любого Иваном назови — не ошибешься. Есть в Тридевятом и хорошего много, конечно, но идиотизм тут имеет тенденцию доходить до высшей точки. Так что больше выходных Яга тут и не проводит.
— А... — Иван не стал спорить насчет имени да почесал затылок. Весело рассмеялся. — Шел я по долам да по лесам, бабушка, ночь на болотах меня застала. Пусти погреться.
Яга закатила глаза. Везение просто сказочное — впрочем, а какому в Тридевятом-то царстве быть?
Охотники за собственным счастьем еще хуже тех, кто с проблемами. Проблемники хоть знают, чего им надо (даже если как рыбе зонтик, но получили свое и отстали), а развеселые путнички — люди непредсказуемые, а потому потенциально опасные, еще и в основном шумные экстраверты.
— Далеко до ночи-то еще, день едва занялся, — возразила старуха сварливо.
И подумала: "Я еще кофе утренний даже не выпила".
— Ноги у тебя молодые, Иванушка, сильные. Ступай-ка на север, там жар-птица живет.
— Жар-птица? — вытаращил Иван глаза.
Ну, например. Держит ее некто царь Долмат, в клетке золотой.
— Она самая, — с готовностью подтвердила Яга. — Желания твои исполнит, коли ей понравиться сумеешь.
— Желания я и сам как-нибудь, да и нечего желать мне пока, — пожал Иван плечами. — А вот твоя избушка — больно хороша!
И с восхищением присвистнул, осматривая ее от бревнышка до бревнышка.
Так свою построй и радуйся. Делом займись, а не людей от позднего завтрака по ерунде отвлекай...
— Интересно, что за убранство внутри... А чего это ты, бабуль, такая негостеприимная? Или скрываешь чего?
Иван-дурак озорно прищурился.
Яга свела клеенные в кустик брови и покосилась на кошку Мег. Кошка Мег знай себе спинку вылизывала и почвакивала. Отвратные ее манеры.
— Нет там ничего интересного, — брякнула баба Яга и едва на месте не подскочила: дурак Иван уже на порог подтягивался.
А взгляд такой с таким огоньком восторга, полный предвкушения приключений на свою голову и прочие части тела. Тоже свои и еще каждого имевшего несчастье ему на дороге встретиться.
Яга не раздумывала — она вообще была барышней решительной: наступила ему по пальцам как бы невзначай, Иван-дурак взвыл и отвалился. Прямо под ножки курьи.
— А будешь лезть без дела — поджарю, съем и на косточках твоих покатаюсь, — плюнула она вниз погрознее. И солгала благородно: — Судьбу благодари, Иван-дурак, что я не голодна. Убирайся подобру-поздорову.
И скомандовала избушке:
— Пли!
Только Ивана-дурака и видели.
Кошка с интересом проследила траекторию шумного полета гостя.
— Плакал мой обед, — заунывным мявом прокомментировала она, вперив укоризненный взгляд узких зрачков в «старуху».
Яга пожала плечами и размяла шею.
— Можешь сбегать посмотреть — вдруг повезло и Иван расшибся. Только удостоверься, что у тебя аллергии на человечину нет перед тем, как его останки лопать. Опорожнять желудок только на болотах, пожалуйста. Сор в избу не неси. Да, и лапы не простуди, мышек не лови, медведю не попадись, в лесу не заблудись... Я ни о чем не забыла?
Кошка Мег прищурила один глаз.
— Я тебе ничего плохого не сделала, а ты меня обижаешь!
Яга подняла брови, насколько позволил клей. Кажется, она случайно пару складок на лбу склеила.
— Это у тебя аллергия, - продолжила кошка Мег. - На человечину. На котов. На жизнь!
Яга хмыкнула и развела руками виновато. Шумно втянула фальшивыми ноздрями влажный воздух.
— А хорошо сегодня в Тридевятом... Пойду подогрею свой кофе. Если решишь сбежать, попомни: никто
