Потом бардак самоорганизовался, беженцы потянулись обратно. Удравшее было правительство материализовалось на взлетно-посадочной полосе Домодедова и начало спешно делить власть с хапнувшим управление страной 'Советом спасения Отечества', забитым генеральскими лампасами под завязку. Убедившись, что инопланетянам до местных реалий - как зайцу до стоп-сигнала, вычеркнули огороженные земли из состава столицы, отстреляли часть особо обиженных потерей жилплощади, да и зажили как прежде. Официальный ответ имперцев Думе 'пошли на хуй!' перевели для телепузиков как 'приветствуем добрососедские отношения'. Потом с восторгом построили пропускные пункты в карантинной зоне рядом с проходами и начали эшелонами сливать в зону своих 'властью помеченных', разгрузив большую часть тюрем и лагерей от наиболее шустрого контингента. Раз уж поставили напичканный оружием стометровой высоты забор, чего зря территории пропадать. Пусть на общее благо послужит...
Так же фатальная цифра прогремела в первые три месяца существования Периметра кровавыми бунтами. С огороженной территории ушло почти все население, оставив в брошенных домах лишь слабых и больных. Потом бетонные коробки оккупировали скамы, прикладами автоматов согнанные с родных земель. Через месяц оравшие от зависти европейцы с янки разобрались, что за 'гуманитарный подарок' от инопланетян заполучили 'факин рашн', и, пригрозив экспроприацией зарубежных счетов, мигом продавили новый закон о международном статусе каторжной зоны. К эшелонам из Сибири и Магадана добавились экспрессы от демократических лидеров. Заодно разгрузили от негров большую часть тюрем в 'самой свободной стране' шарика, припугнув и без того смирных мексов нелицеприятной перспективой тотальной депортации. Одним словом, та еще получилась клоака за 'забором'. Которая не могла дать местному населению других методов решения проблем, кроме как радикальных. Но закон трех чисел сработал без осечек: сначала Россия получила ультиматум о поставках 'неблагонадежных' из Европы, потом из Штатов, и напоследок - от объединенной Азиатской комиссии, где верховодил Китай.
Первый бунт столкнул между собой скамов и людей, уполовинив популяцию инопланетных каторжан и выбив почти всех хуманов. Бетонные джунгли зажили по своим диким законам, пожирая слабых и скармливая миллионы погибших пылающим пастям конвертеров на чадящих заводах. Чужому производству нужно было топливо, и груды трупов вполне неплохо позволяли экономить на расходах редкоземельных элементов. По итогам первой заварухи хвостатые зэки окопались рядом с чумазыми корпусами, волею судеб сброшенных с орбиты в южной части анклава. Середину и север отвоевали для себя земляне, использовав по ходу боев почте все найденное на территориях оружие. Границу провели по перемолотым в щебенку кварталам рядом с улицей Обручева.
Второй бунт прогремел, когда спешно за Периметр загнали сначала без счета китайцев, а сверху добавили 'цивилизованных' негров, арабов, албанцев и кого-попало с переполненного взаимной ненавистью Евросоюза. Государственную установку на захват перспективных инопланетных технологий узкоглазые восприняли буквально и положили без счету боевиков, штурмуя заводы. Дело дошло до того, что с подвешенной суб-орбитальной базы шваркнули чем-то объемно-обжигающим, повышибав все окна внутри зоны и на пару километров за ее пределами. В огненном шторме сгорели почти все заключенные, но на освободившиеся места не скупясь сунули новых.
Третий бунт полыхнул, когда очередную партию уголовников попытались сожрать уже обжившиеся на закопченных развалинах. Посчитав, что столь беспокойное сообщество быстрее сдохнет, чем выдаст хоть какую-нибудь продукцию, хозяева зоны скрепя сердце организовали раздачу пайков - гранулированной массы, по вкусу напоминавшей пластмассу. Десять-пятнадцать ложек на обед, завтрак и ужин - и можно существовать без риска протянуть ноги. Подрищешь неделю с непривычки, пихая локтями хвостатых соседей в сортире, и только. Человек - существо паскудное, к любым неприятностям приспосабливается. Не любит, когда напалмом сверху поливают, а в остальном - даже неплохо можно устроиться. Забор далеко, места много, надзирателям до тебя дела нет. Только и успевай поворачиваться. Сходил раз в неделю на раздачу, отоварился по вшитому в позвоночник чипу - и вперед, к росту персонального благополучия...
Так через год после Контакта, как окрестили случившееся любители зеленых чебурашек, жизнь на огороженной территории худо-бедно устаканилась. Стены Периметра не отсекли трубы диаметром до полуметра, что позволило вычислить работающие коммуникации и запитаться от остатков водопровода и газа с Большой Земли.
Осевшие на остатках Битцевского парка белые анархисты вкупе с прочим светлокожим сбродом организовали плантации наркотической дряни, которую сплавляли по налаженным каналам наружу. В ответ скупыми порциями шли оружие и боеприпасы, разбавленные медикаментами и жратвой. Рядом с ними на Варшавке и Каширке разместились иностранцы, периодически смешивая слабо обозначенные внутренние границы и устраивая выяснение отношений, припоминая обиды времен Столетней войны.
Пощипанные китайцы вместе с другими азиатами окопались рядом со скумами, организовав первый стабильный анклав: Чучхе. Тотализатор, грузоперевозки по зоне, дешевая рабочая сила и рэкет любой банды, не способной дать отпор - все шло в дело. Узкоглазые ребята поняли, что доживать придется на этой территории и обратно билет заказан, поэтому обживались всерьез и надолго.
Ближе к центру собралась сборная солянка из русскоговорящих, вобравшая в себя как махровых уголовников, 'слитых' товарняками из мест отдаленных, так и политических, по тихому депортированных во времена последних демократических выборов. Причем количество вторых скоро должно было перевесить первых. Ну, так кто идиотов за язык тянет? Зато - через одного культурные, первый день от слова 'бля' в обморок падают. Хотя на второй день лоск сползает, и загибают похлеще боцманов царского флота.
Первые полгода цээрушники всех мастей упорно добывали продукцию чужеземных предприятий. Наши быстро сообразили, сперев пару вагонов мигающих разными цветами панелей, что это пластиковое барахло сродни бракованным совковым лопатам и брезентовым варежкам, что мастерили в бессчетных колониях по всей России-матушке. Ну в самом деле, кто даст возможность каторжанам производить высокотехнологичную продукцию? Поэтому смекалистые ребята оставили для коллекции никому не нужный инопланетный мусор, а с горящих желанием приобщиться к цивилизации европейских и заатлантических рыцарей плаща и кинжала стали брать деньги: за переброску в зону, встречу у проходной и возврат домой с грузом. Охрана Периметра поначалу реагировала только на своих зеков, давая возможность людям шляться туда-обратно. Но когда вконец обнаглевшие хуманы выгнали наружу целую автоколонну, битком набитую награбленным в полумертвом городе имуществом вперемешку с пиликающими панелями, доходный бизнес прикрыли. Активированные системы безопасности теперь лишь запускали внутрь, выпуская во внешний мир лишь пепел. Спасибо еще, что водопровод с нитками газовых коммуникаций и электричеством не обрубили окончательно. Но лафа закончилась, и теперь ворота Периметра были распахнуты лишь в одну сторону. Во внешний мир вернуться можно было лишь с попутным ветром, побывав во всеядных конвертерах топливных печей: мигнуть яркой вспышкой, и вонючим дымком да на свободу с чистой совестью...
Но, несмотря на все пертурбации и непрерывную борьбу за выживание, люди и нелюди как-то обустраивались, и даже сосуществовали, выработав набор несложных правил. Около четырех миллионов скамов, трубивших на круглосуточном производстве, и в половину меньше людей, размазанных разношерстными бандами и сообществами по неровно огороженной территории. Каторжане режимного объекта 'Специальное поселение Земля - 999'. Мусор, выброшенный цивилизацией в сточную канаву за ненадобностью. Вычеркнутые из списков 'урод добропорядочный, политически пассивный, одна штука'. Твари хвостатые и че-ло-ве-ки. Мы, одним словом...
