ты мне надоела. Ты мне еще не наскучила.
Я проглотила желчь, подступившую к горлу.
Он обманом заставил меня стать его сексуальной рабыней на неопределенный срок, и я знала, что это моя вина. Следовало составить контракт, записать условия на бумаге, но я так отчаянно хотела получить 120000 долларов на лечение отца.
Когда владелец итальянского ресторана, где я работала, сказал, что у него нет таких денег, чтобы одолжить мне, я попросила его помочь найти ростовщика. Он уверял, что ростовщик — это чистое безумие, так как я никогда не смогу вернуть кредит вовремя. Он предложил узнать у своего друга Сальваторе, который иногда выдавал ссуды и более снисходительно относился к срокам погашения.
Сальваторе, как оказалось, имел в виду другой способ оплаты. Он хотел, чтобы я стала его любовницей на один месяц. На самом деле, он полагал, что, скорее всего, будет пользоваться мной еще меньше времени, так как одна и та же женщина ему быстро приедалась, и он любил менять их чаще, чем рубашки.
Я даже не раздумывала. Согласилась сразу. Жизнь отца висела на волоске, и не было ничего важнее, чем его спасение. И поскольку мой босс сказал, что Сальваторе был его другом, мне и в голову не приходило, что он меня обманет.
Первый месяц я вынесла еле-еле, считая дни, когда все закончится, но теперь, когда конца уже не было видно, я чувствовала физическую боль от мысли, что лягу с ним в постель. Особенно в последнее время, когда я начала замечать, что его сексуальные потребности медленно, но верно принимали неприятный оборот. На днях он шокировал меня, рассказав о том, что хочет заклеймить меня горячим утюгом или вытатуировать свое имя на обеих моих грудях.
От ледяного ночного воздуха у меня по рукам побежали мурашки, я обхватила себя за талию и постаралась говорить ровным голосом.
— Когда ты думаешь, я тебе наскучу, Сальваторе?
Он снова коварно улыбнулся и его рука скользнула вниз по моему телу.
— Не знаю. Я имею в виду, какому мужчине может наскучить вся эта красота? Потому что ты потрясающе горячая красотка, малышка Скай.
Мои руки сжались в кулаки.
— Ты должен назвать дату, Сальваторе. Я не могу продолжать в том же духе вечно.
Он усмехнулся.
— Знаешь, что с тобой не так? Ты слишком напряжена. Тебе нужно выпить.
— Пожалуйста, Сальваторе, — умоляла я, мой голос срывался. — Я просто не могу так больше…
— Эй… что все это значит? Разве я плохо с тобой обращаюсь? Я вожу тебя по хорошим вечеринкам. Я тебя не бью. Покупаю дорогие платья. Черт возьми, я обращаюсь с тобой как с королевой.
Я стиснула зубы.
— Я знаю, что ты хороший человек, и знаю, что ты хорошо со мной обращаешься, очень хорошо, но наша договоренность была рассчитана на один месяц, а сейчас прошло два месяца и пять дней. Мне нужно, чтобы это закончилось.
Он пожал плечами.
— Почему?
— Потому что я хочу снова быть свободной, — страстно воскликнула я.
Сальваторе вскинул руки в жесте непонимания.
— Ты свободна.
— Как я могу быть свободна? Я должна приходить к тебе домой всякий раз, когда ты мне звонишь, а это происходит почти каждую ночь.
— Что в этом плохого? Ты наслаждаешься сексом со мной. Я заставляю тебя кончать. — Его голос был таким мерзким.
Мне казалось, я бьюсь головой о кирпичную стену. И моя голова уже превратилась в кровавое месиво, а он был так уверен в своем праве использовать меня до того дня, когда ему станет скучно. Я перепробовала все. Лесть, гнев (который имел впечатляюще неприятные последствия), нежелание (которым он чрезвычайно наслаждался), холодность (тоже возбуждала его). Единственное, чего я еще не пробовала — суровая правда.
Я посмотрела ему в глаза.
— Мне не нравится секс с тобой. Я никогда с тобой не кончала.
Его глаза изменились. Почернели от ярости. Впервые я увидела, что попала ему в самое больное место, но он быстро оправился.
— Знаешь, что я подумал, когда впервые тебя увидел. Я подумал, что этот рот создан для того, чтобы отсасывать. Ты — шлюха, малышка Скай. Обычная шлюха. Не я искал тебя. Ты пришла ко мне и предложила себя за деньги. И теперь, когда эти деньги у тебя есть, ты пытаешься сбежать. Что ж, мы заключили сделку. Я буду использовать тебя, пока мне не надоест. Мне не надоело. Так что же ты сделаешь? Но прежде чем ответить, подумай хорошенько, потому что я уже однажды рассказывал тебе, что происходит с теми, кто отказывается от обещаний, данных мне. Близкие им люди, которых они любят больше всего, страдают.
Я опустила голову в знак поражения. У меня похолодело внутри. Что бы я ни говорила или ни делала, мы всегда оказывались в этом тупике. Я хотела убежать. Мне хотелось вонзить нож в его черное сердце. Я не знала, что делать. Тихий голосок внутри меня сказал: «Просто держись, Скай. Ему станет скучно. Чем больше ты будешь сопротивляться, тем больше он захочет удержать тебя. Будь холодна. Будь бесстрастна».
— Я помог тебе, когда никто другой этого не сделал. Немного благодарности не повредило бы.
Я знала, что эта ночь будет очень долгой. Меня накажут за мою честность. На этот раз я ранила его, и он не позволит мне выйти сухой из воды. Нужно заглушить надвигающуюся боль. Я подняла голову.
— Да, мне нужно выпить, — медленно сказала я. Мой голос звучал глухо, так же пусто, как я чувствовала себя внутри.
— Хорошо. Выпей немного. Это поможет избавиться от головной боли, потому что сегодня ночью я заставлю тебя насладиться сексом со мной. И не остановлюсь, пока ты не кончишь.
Он открыл французские двери, и я вошла в тепло дома. Как только он закрыл двери, я быстро направилась в главную гостиную, где вечеринка была в самом разгаре. Звуки смеха захлестнули меня, и я почувствовала себя зверем в клетке. Я подошла ко входу в комнату, мой взгляд отчаянно блуждал по сторонам в поисках выпивки. Большая порция крепкого напитка заставила бы меня почувствовать оцепенение и подготовить к предстоящему испытанию.
Я не нашла того, что искала.
Вместо этого мой взгляд столкнулся со взглядом высокого мужчины с волосами цвета воронова крыла. Его глаза были шокирующе светлыми. Несколько секунд я не могла пошевелиться. Застыв, я уставилась в ледяные серые глубины. Все равно, что смотреть в глаза хищнику. Никакой жалости. Никакого чувства добра или зла. Никаких эмоций. Ничего, кроме острого, как бритва, взгляда.
Я узнала
