пришествии древних магов практически никто так и не узнал, но причиной войны были именно они. Точнее, их действия.
Тогда никто не понял, что они сделали.
И даже великому клану не удалось докопаться до сути, слишком многие жизни унесла та война и слишком быстро она превратилась во всеобщую свалку, в которой уже никому ни до чего не было дела.
Война искорежила весь континент, и тех чужаков она тоже смела бесследно.
Нынешние пришельцы поступили умнее. Они сначала вжились в этот мир, закрепились в нем и только потом начали действовать. Более того, они объявили о себе во всеуслышание и даже предприняли первые шаги по возвращению в эту эпоху своей магии.
Эти бесследно не пропадут.
Вот только их действия от этого не стали более безопасными.
Местным жителям, начиная с нее, еще только предстоит узнать, чего именно добиваются чужаки. А заодно, и какую цену за их действия придется заплатить всем остальным.
* * *
— Боюсь, все не так просто, коллеги, — произнес Чопра. — Как ни странно, включить в работу одновременно два объекта будет менее рискованно, чем один. По крайней мере, в данном конкретном случае.
— Чтобы, в случае чего, и разрушились сразу два? — хмыкнул Аргус.
— Как раз шанс на разрушение и будет минимальный, — ответил Чопра. — Смотрите на карту. Объект госпожи Магади находится практически на южной границе сектора, да еще и довольно близко к его западной линии-границе. Второй объект около Аргы расположен в противоположной части сектора, практически у северной границы этого сектора. А почти все объекты между ними имеют якоря кровной привязки. Причем, как и я говорил, привязка к разной крови делает этот сектор предельно устойчивым.
— Вы это к чему? — перебил явно увлекшегося Чопра я.
— На болотах бывали? — неожиданно спросил он. — Если кинуть доску поверх колышащейся топкой поверхности и наступить только на один ее край…
— Этот край и погрузится в трясину, — подхватила Шанкара.
Чужаки других стран не вмешивались. Пусть система, вроде как, и общая, но сектор, судьба которого решается сейчас, наш. Уверен, даже Чопра не вмешался бы, если бы ему нечего было нам предложить как хранителю знаний.
— А если встать одновременно на два конца доски… — многозначительно намекнул Чопра.
— Аналогия понятна, — сказал я. — Но риск разрушения все равно остается, я правильно вас понял, господин Чопра?
— Минимальный, — напомнил Чопра.
— Но он есть, — надавил я.
— Есть, — признал Чопра.
Минимальный риск — но сразу два объекта, или риск побольше — но на один.
Тоже тот еще выбор.
И если поначалу идея использовать объект Шанкары показалась мне интересной, то теперь я склонялся к схеме с двумя объектами, а значит, отключать производство еще на одном объекте не имеет смысла.
Чем больше кровных привязок — тем более устойчива система.
И что-то мне подсказывает, что большее количество работающих производств играет ту же роль.
— А что с риском использования заемной силы у родов-хозяев объектов? — спросил я.
— Этот риск тоже меньше при двух объектах, — обрадовался Чопра.
— Поясните? — попросил я.
— Пик использования силы будет коротким, — начал Чопра. — В первый момент сила потребуется на включение производства, и она хлынет в объект сразу, как в огромную пустую емкость. Эта емкость… как бы резко потяжелеет и начнет тонуть. Если связей системы не хватит, чтобы удержать ее, потребуется дополнительная сила. На самом деле, аналогия с болотом очень удачная. Нам нужно только поддержать включенные объекты в первый момент, чтобы они не прорвали «ковер» и не погрузились слишком глубоко в измененное пространство. А когда система восстановит все связи с этими производствами, сила вновь распределится равномерно, и держать объекты уже будет сама система. Принцип равновесных сосудов, по сути.
Немного заумно, но общий посыл я понял.
Если в первый момент включения производств сила системы хлынет сразу в два объекта, то, по сути, каждому из них достанется только половина от максимально возможной нагрузки. И поэтому удержать их «на поверхности» будет легче.
— А не проще нам тогда включать все производства одновременно? — спросила Шанкара.
Ну да, мысли сходятся. Если включаемых объектов будет не два, а шесть-восемь, то их вообще «держать» не придется, они и сами не «утонут».
— А вы знаете нынешний предел силы системы? — вкрадчиво поинтересовался Чопра. — Я вам сразу скажу, что на пять объектов одновременно включение не сработает. Слишком мало силы в первый момент достанется каждому из них.
— А на сколько сработает? — уточнила Шанкара.
— Не знаю, — вздохнул Чопра.
— Тогда предлагаю проверять сразу на четырех объектах, — сказал я. — Если не сработает, никаких последствий ведь не будет?
— Не должно, — подтвердил Чопра.
— Не сработает на четыре, сработает на три, — продолжил я. — Зато последствия и для системы, и для местных аристократов мы минимизируем. Так?
— Ну, по идее, да, — как-то неуверенно отозвался Чопра.
Не нравится мне его неуверенность, но, в принципе, я могу его понять. Меня тоже идея проверять гипотезу сразу на нескольких объектах коробит. Это у любого исследователя в крови: минимальные дозы воздействия и минимально возможные риски. Хотя бы количественно.
Но если аналогия Чопра с болотом действительно точна, то как раз количество нас сейчас и спасет.
Да, мы рискуем аж четырьмя объектами.
Зато люди, — местные аристократы из родов-хозяев объектов, — точно выживут.
И меня это касается напрямую. Магади, Мохини — это ведь довольно малочисленные роды. Да что далеко ходить, мой род — тоже не гигант. И ладно дядя, — хотя и его я не хочу терять, — но рисковать своим еще нерожденным ребенком я точно не готов.
Черт с ними, с объектами. Добавится еще четыре к тому десятку, что уже разрушен? Плевать. Рано или поздно мы найдем способ восстановить их все.
А вот людей, если что, уже не вернуть.
— В секторе Лакхнау мы задействуем объекты Дамаяти и императорского рода, — сообщил я. — И нам нужно еще два. Кто готов их предоставить? Решайтесь, коллеги, у вас всех в подконтрольных секторах есть недействующие производства.
Глава 2
* * *
— Пожалуй, я рискну, — неожиданно раздался голос Нерея Лакшти.
Ого!
Вот уж от кого я не ожидал подобной готовности, так это от
