посмешище?
— Вовсе нет. Он нужен для того, чтобы показать свою мягкую сторону нашим любимым женщинам.
Мак выразительно подчеркнул последнюю часть, отчего Ноа поежился. Явный удар ниже пояса. Друг никогда не упускал возможности поддеть Ноа насчет его сугубо платонических отношений с Алексис Карлайл, да и остальные удивлялись, почему они не переходят в разряд романтических. Ноа уже заколебался растолковывать.
Он раздраженно помял напряженную шею. Пучок на голове растрепался, поэтому Ноа стянул резинку и быстро закрутил его по новой.
— Алексис придет в восторг, — улыбнулся Мак, вскинув бровь. — Сам знаешь.
Этих слов оказалось достаточно, чтобы окончательно пробить его защиту. Поверженный, Ноа опустил руки и выдохнул:
— Что надо делать?
— Просто приходи в субботу на репетицию. Я нанял хореографа.
— О, круто, — сухо отозвался Ноа.
Мак похлопал его по спине.
— Спасибо большущее, приятель. Вот увидишь, будет весело.
Ноа поплелся вслед за Маком обратно к компании и плюхнулся на стул. Соня пододвинула к нему стопку розовых бумажек. Пробормотав благодарность, он вновь сурово уставился на Мака.
— Но, клянусь богом, если придется тверкать, я делаю ноги.
— Пф-ф! Приятель, никому не хочется смотреть, как тверкает Русский! — фыркнул Колтон Уилер, известный исполнитель кантри, который начал карьеру в одном из четырех клубов Мака в Нэшвилле и теперь присоединился к их компании. С недавних пор он также являлся клиентом Ноа. И он был прав насчет Русского — никого не прельстит зрелище дергающего задом огромного волосатого хоккеиста, который, ко всему прочему, временами прилюдно пускал газы.
— Что такое тверкать? — наивно спросил Русский.
Колтон достал телефон и быстро нашел видео с аппетитными красотками, интенсивно трясущими округлыми ягодицами. Бедняга Русский ярко вспыхнул и спешно сосредоточился на бумажных цветах, сдавленно пробурчав:
— Тверкать не будем.
— Кстати, — сказал Мак, хватая с пола пакет и передавая его Ноа через Колтона, — с днем рождения!
Тот заглянул внутрь и застонал при виде книги с заголовком «Возвращение домой». На мягкой обложке подтянутый мужчина одной рукой обнимал красивую женщину, а в другой держал мяч для американского футбола. Ноа вернул пакет Колтону.
— Нет уж, хватит с меня и танцев.
Однако тот подтолкнул подарок обратно.
— Поверь, ты в ней нуждаешься.
— А вот и нет!
— Тебе понравится! Это история о профессиональном футболисте, который возвращается в родной город и встречает свою бывшую девушку, после чего узнает…
— Да начихать! Сколько раз повторять, я никогда не присоединюсь к вашему клубу!
Из присутствующих парней один лишь Ноа не состоял в книжном клубе Bromance — клубе для мужчин, читающих любовные романы. Ребята верили, будто подобные книги помогают наладить общение с женщинами. И хотя положительные результаты клуба нельзя отрицать — Мак был счастливо помолвлен, а остальные благодаря прочитанным книгам спасли отношения со своими вторыми половинками, — Ноа уворачивался от всяких попыток друзей его заарканить.
Мак подался вперед, облокотившись на стол.
— Если присоединишься к нам, нужно будет лишь читать романы и слушать нас и все твои проблемы разрешатся.
Ноа так стиснул челюсти, что зубы жалостливо заскрежетали.
— Мои отношения с Алексис вовсе не проблема, и нечего тут решать. Мы друзья.
— Ну да! — вновь фыркнул Колтон. — Просто друзья. Вы лишь проводите вместе каждую свободную минуту, играете в дурацкую игру в слова на телефоне…
— В «Ворд нерд».
— …а ты бежишь к ней, стоит ей поманить пальчиком, называешь ласковым прозвищем и постоянно у нее зависаешь, хотя у тебя аллергия на кошек. Я ничего не упустил?
— На Мака у меня тоже аллергия, но я же с ним общаюсь.
Названный друг драматично ахнул и вскинул ладонь к груди.
— Вот сейчас было обидно.
Колтон поднял руки, сдаваясь.
— Я просто не понимаю, зачем ты добровольно запираешь себя во френдзоне.
— Отстаньте от него, — раздался спокойный властный голос. Он принадлежал Малколму Джеймсу, профессиональному футболисту и неукротимому феминисту, познавшему дзэн. — Мужчины и женщины могут дружить, не испытывая при этом сексуального влечения.
— Только Ноа-то хочет затащить ее в постель, — возразил Колтон.
Ноа сжал кулаки.
— Следи за языком!
— Верно, приятель, — нахмурился Мак, неодобрительно качая головой. — Мы не выражаемся о женщинах в подобном ключе.
Колтон смущенно передернул плечами и пробормотал извинения.
— Так называемая «френдзона», — продолжил лекцию Малколм, — на самом деле лишь социальный конструкт, который придумали мужчины, чтобы оправдать отсутствие у женщины полового влечения. Но нам всем ясно — это чистой воды хрень. Поэтому не лезьте к Ноа с Алексис. Их отношения — живое доказательство того, что мужчины и женщины могут быть друзьями.
В зале установилась смущенная тишина, как в классе, который только что отчитал любимый учитель; слышно было лишь шуршание бумажек.
Вскоре Мак со вздохом отнял голову от работы.
— Я просто говорю, что, возможно, она готова к чему-то большему. Прошло полтора года с…
— Не продолжай! — резко оборвал его Ноа.
Он и сам знал, как давно они познакомились. Только не время имело значение, а обстоятельства. И друзья ошибались. Она не готова. Возможно, никогда не будет. Эта мысль удручала не меньше, чем перспектива танцев.
Ноа уставился на пакет с подарком. Не надо ему ни дурацких книг, ни помощи. И уж точно ему не нужны любовные романы, напоминающие о его жалкой личной жизни. Безответная любовь не тянет на хеппи-энд.
Тем не менее, уходя час спустя домой, Ноа забрал треклятую книгу с собой. Но только чтобы отвязаться от Мака.
Глава вторая
Алексис Карлайл предчувствовала — сегодня та застенчивая девушка наконец с ней заговорит.
Целую неделю, каждый божий день в кафе Алексис «Кошачьи лапки» приходила девушка с длинными каштановыми волосами и в толстовке — все время разной. Она садилась с книгой в дальнем углу и, поглаживая одного из кошачьих работников кафе, украдкой поглядывала на Алексис.
Однако сегодня она пришла без книги и все вертела головой,
