– Адепт, Вы правы, такие культы существуют, и они основываются именно на поклонении злу, а за основу были взяты самые низменные качества человека, потеря стыда и разнузданность у них в приоритете. А все делается для того, чтобы сломать привычную картину мира, увидеть окружающее другими глазами и получить ответы на свои вопросы. Таких сект немало по всему миру. Скорее всего, достигнуть измененного состояния сознания проще именно таким образом, чем годами медитаций, тренировок, контроля за своими мыслями и многими другими вещами, которые делают из человека мага.
– То есть человеческие жертвоприношения не имеют отношения к магии как такой? – уточнил адепт Барнаус, — а как тогда быть с черной, белой и серой магией?
– Имеют, но здесь тот самый вариант, как и с ножом. Им можно как хлеб нарезать и маслом намазать, так и человека убить, вот только виноват ли нож, что его использовали для того, чтобы отнять чужую жизнь? – спросил профессор и сам продолжил, — нет, конечно, все дело в человеке, взявшем нож в руки. Так и магия, она одна, все градации — белая, серая, черная, а некоторые еще говорят о наличии зеленой и красной, — словоблудие человеческое, уводящее мага от самого главного – ответственности за свои поступки.
– Так именно по этой причине нам запрещено использовать магию на территории Академии? – спросил Северус.
– Конечно, достаточно того, что вы занимаетесь магическими практиками в аудиториях под руководством преподавателей, а в своих комнатах вам никто не мешает практиковаться в медитациях, физических упражнениях, позволяющих накапливать силу. Но вот использовать магию для того, чтобы нанести ущерб другому адепту, на которого вы обиделись, не позволено. Как и заниматься различными приворотами в надежде привлечь внимание понравившегося объекта, — скупо улыбнулся профессор, – научитесь вначале быть людьми ответственными, осознающими последствия применения магии направо и налево.
– Но профессор, — руку вытянул Локидс, — согласитесь, в мире зла предостаточно, и если нам не позволено использовать магию…
– Адепт, Вы еще юны, и многое скрыто от Вашего взгляда, но становясь старше, вы все, — оглядел он нас, — поймете: вселенная не терпит перекосов, она требует золотой середины, и тогда станет понятно, почему заведомое зло неожиданно оборачивается добром. В то же время, изначально добрый поступок оказывается медвежьей услугой и в результате – злом.
– Пример, профессор, пожалуйста, нам нужен хороший внятный пример, — занудству адепта Дейдриса, как выяснилось, завидовали даже адепты-финансисты.
– Северус, а ты точно на тот факультет попал? Мне кажется, ты должен был оказаться с нами с первого курса, — насмешливо пояснил адепт Карно, – с твоим требованием доказательств и занудством отличные оценки были бы обеспечены.
– Не переживай, Флавий, — посоветовал наш староста, — это мне в будущей службе лишним не будет. Но твой совет я услышал, выберу специализацию на стыке финансовых и криминальных преступлений, и да, вас, ребята, — повернулся Северус к финансистам, — всех запомню.
– Хм, какой ты добрый, однако, — рассмеялся Локидс, — намекаешь, что маленькие невинные слабости адептов нашего факультета тебе известны?
– Да, назвать, кого из вас уже сейчас можно подцепить на страсти к къярдам, а кого к кизлярке, а кто от белокурых леди из столицы голову теряет? – мягко так начал адепт Дейдрис, по его лицу поплыла обаятельная улыбка.
А у меня создалось впечатление, что по аудитории идет крупный котяра, он ступает аккуратно и тихонько, вот только из-за его больших пушистых подушечеклап выглядывают стальные коготочки, которыми он готов мгновенно вцепиться в противника, а глаза при этом такие невинные и ласковые, что я, не выдержав столь явной картины, расхохоталась и, закрыв лицо руками, уткнулась в стол.
– А что такого смешного сказал Северус, что адептка Тримеер захлебывается от смеха? – задал недоуменный вопрос Барнаус, когда мой смех затих, и смахнув слезы с ресниц, я подняла голову.
– Ну, брат, понимаешь, тут какое дело, у Виданки сильно развито воображение, и она что-то интересное увидела, что удержаться от такой эмоции как смех у нее не получилось, — довольно улыбаясь, заметил виновник моего веселья, — сеструня, поделись картинкой.
– Да ничего особенного просто увидела огромного кота, который рассуждал о дихотомии добра и зла, а его слушатели мучительно думали, как искоренить озвученные слабости, чтобы в дальнейшем их нельзя было вычислить именно по этим следам, — ответила я.
– Вот вам и пример, адепты, — улыбнулся профессор, — адепт Дейдрис, Вы довольны? Лично я – да. Всем спасибо, наше занятие окончено.
После лекции все названные адепты остались в аудитории, и профессор, внимательно посмотрев на нас, протер очки и достал из стола гору свитков.
– Налетай по одному, – ухмыльнулся он, – буду темы предлагать.
И адепты потянулись по одному к столу профессора, наклонившись к которому внимали слушали, а затем делали пометки на своих свитках. Первыми прошли адепты, участвующие в секции по философии, выписав предложенные темы, они садились на свои места и начинали внимательно перечитывать их.
Когда я подошла к столу профессора, он, задумчиво взглянув на меня и вытащив из вороха свитков необходимый, предложил:
– Ты готовишь курс лекций под руководством Селевка Никатора для боевого факультета, может, проанализируешь пару-тройку тайных организаций с точки зрения истории магии? Например, деятельность семейства Зархак? В любом случае, вот список тем для тебя, выбирай, – и протянул мне свиток.
* * *
– Адепты, как я рада вас видеть! – в кабинет, где мы занимались на дисциплине Магии стихий, вошла улыбающаяся леди Мунира и танцующей походкой прошествовала к столу.
– Мы сегодня поработаем интенсивно, попрактикуемся в ритуалах магии огненной и земной стихий и обсудим ваши работы, заданные ранее. Вы не забыли о том, что адептки должны мне работу «Дом магов земной стихии», а адепты – «Служение магов земной стихии»? Нет? Великолепно, наше занятие обещает быть очень содержательным.
– Леди Мунира, – руку тянул АрдерМорель, – а Вам известен ритуал «Огненные доспехи»?
– Адепт Морель, я знаю, а Вы готовы поделиться с коллегами этим ритуалом? – спросила она, – тогда Вам слово, записывайте, адепты.
– Данный ритуал относится к магии Огня, и его предназначение – сжечь негатив, накопленный магом в какой-то момент. Чтобы провести ритуал, берем три свечи, по девять листьев дуба и каштана, горсть сосновых иголок и открытый источник огня, поэтому лучше проводить на улице. Разведя костер, бросаем в него подготовленные ингредиенты, и пока они горят, представляем, как нас окружают плотные огненные доспехи. Когда костер прогорит, пепел нужно залить водой и засыпать землей, – пояснил Ардер.
– Адепт, а Вы не желаете поучаствовать в турнире? – спросила леди Мунира, – снятие негатива возможно различными стихиями, получится очень даже неплохой доклад, особенно если зарисовки сделаете и продемонстрируете участникам.
– Чует мое сердце, – раздался веселый голос адепта Туалена, – у Карла начнется с сегодняшнего дня депрессия, его начинают потихоньку задвигать все адепты в группе. То он один у нас блистал, а то все включились в процесс, и выясняется, что у каждого из нас есть, что рассказать на занятиях.
– Это прекрасно, именно за знаниями вы приходите в Академию и за тем, чтобы научиться применять их на практике, – лучилась от счастья леди Мунира, – магия Стихий настолько интересная дисциплина, что редко кто из адептов не находит в ней что-то свое, родное. Например, адептка Гуили, Вам что ближе? – обратилась леди к Эльзи Гуили. Девушка происходила из рода морских магов, живущих на южных границах империи.
– Мелкая сводня! – прошептал Северус и пихнул меня в бок, – твоя работа? Это ты свела Эльзи с сыном леди Муниры?
