Читаем без скачивания Магический турнир. Начало - Элла Рэйн

– Мелкая сводня! – прошептал Северус и пихнул меня в бок, – твоя работа? Это ты свела Эльзи с сыном леди Муниры?

– Угу, магистр Йодик потребовал кандидатуру будущей невестки и такие озвучил требования, что я от осознания собственной недостойности едва дар речи не потеряла, – прошептала я в ответ, наклонившись к свитку и делая вид, что пишу, – кулинарку, рукодельницу и вообще добрую и мягкую девушку.

– Ну так, на леди Муниру посмотри, с нее все требования и срисованы, – хмыкнул он, – ты с ней и рядом не стояла, вояка в юбке.

Эльзи с адептом Йодиком мы познакомили, сами того не ожидая. Целой толпой, возвращаясь из конференц-зала, где нам читал лекцию приглашенный профессор из Академии Радогона Северного, мы устроили затор в коридоре учебного корпуса, что рядом с раздевалкой. И молчаливую Эльзи Гуили прижали в углу, да так что она не могла выбраться из него. В этот момент адепты шестого курса боевого факультета покидали раздевалку, и Брут Йодик, увидев растерянную адептку, которая застыла как изваяние с умоляющим выражением лица, спросил у меня:

– Виданка, а кто это в углу стоит с глазами, полными слез?

– Брут, это Эльзи, освободи девушку. Нам к ней не пробиться, а ваши сегодня что-то больно вредничают, – попросила я, что он и сделал.

Раскидывая адептов в разные стороны, Брут как таран расчистил путь и, ухватив за руку Эльзи, выдернул ее из угла, мгновение, и она оказалась рядом с нами. А вечером адептов Йодика и Гуили мелкая шпионка Элиза Брекноуг заметила в библиотеке, где они сидели и мило общались. И вот сейчас леди Мунира начала планомерную проверку адептки Гуили, а та, бледнея и краснея, стояла у стола и молчала, опустив глаза.

– Садитесь Эльзи, – улыбаясь, разрешила леди, – уверена, когда мы начнем изучать магию Воздуха и Воды, Вы найдете родные характеристики.

– Леди Мунира, насколько сильна магия Земли? – начал Северус, – когда делал домашнее задание, обратил внимание, что во всех сказках, которые я читал в детстве, указывается на такой момент, что когда зло ударяется о землю, оно превращается в прах и тлен.

– Адепт Дейдрис, мне нравится Ваша наблюдательность. Это действительно так и есть, магия Земли такова, что возвращает все элементы в исходное состояние, потому и называют ее Матушка Земля, Мать сыра земля.

– Мда, действительно, – раздался голос Карла Барнауса, – леди Мунира, что с группой-то происходит? Учатся, выступают, я даже и слова вставить не успеваю.

– Адепт Барнаус, я предлагаю Вам зачитать свою работу о служении магов земной стихии, – предложила преподаватель.

– Ну, конечно, Вы же давно определили, что я к ней отношусь, – пробурчал себе под нос Карл, однако свиток развернул и, откашлявшись, чего за ним ранее не наблюдалось, начал читать. – Служение магов земной стихии связано с их определенными чертами: надежностью и нацеленностью на результат, из них получаются прекрасные наставники.

Учебный процесс шел полным ходом, когда распахнулась дверь и на пороге появилась куратор леди Карвелия. Поздоровавшись и оглядев нас, она что-то уточнила у леди Муниры и, прежде чем покинуть кабинет, заметила как бы между прочим:

– Адептка Тримеер, по окончании занятий пройдите в кабинет ректора.

Я кивнула, и за куратором закрылась дверь.

В обеденный перерыв мы с Тамилой сидели за столом нашего курсаи, помешивая густой суп из овощей, обменивались впечатлениями, наблюдая за младшими группами. Адепты сидели за столами, кто-то улыбался, кто-то, пригорюнившись и подперев рукой голову, чертил ложкой по столу.

– Какие они еще глупенькие, – с улыбкой заметила сестра, – им не нужно готовиться к турниру, живут себе, учатся, а вид у некоторых такой, как будто семеро по лавкам дома ждут, и как жить им далее, непонятно.

– А мы не такими же были что ли? – спросила я у нее, – тоже смотрели на старшекурсников и думали, они такие счастливые, взрослые. Вот кто бы только объяснил, что станем старше, и проблем прибавится.

– А вы знаете, почему они нерадостные? – хмыкнул Северус, – малышей напрягли, объявили, что для них олимпиаду через месяц проведут, вот они и сникли, весна на носу: отучился – и бегай на улице, тепло, солнышко светит, а их хотят заставить за книжками сидеть.

После занятий я, как и было велено, отправилась в кабинет ректора. Секретарь, увидев меня, поднялся и, оглядев с ног до головы, исчез за дверью, а затем, вернувшись, кивнул в сторону кабинета.

За столом сидели ректор Эрмитас и главный попечитель Академии лорд Тримеер, который, увидев меня, улыбнулся.

– Родная, я сразу после нашего небольшого совещания вернусь в столицу. Меня ждут на службе.

– Как скажите, лорд Тримеер, – ответила адептка, уже убедившаяся, что дел по службе у лорданемерено. И стало понятно, почему прежнее общение было раз в месяц. Обучайся я в столице, это происходило бы намного чаще, но в Фоксвиллидж лорд возвращался поздней ночью.

– На турнир прибудет не менее тридцати адептов с Академии Радогона Северного. – Спокойно начал разговор ректор и посмотрел на меня, – ты обязана участвовать в нем.

– Меня выставили на секцию по Истории магии. Я понимаю, что, может, и не права, но позвольте такой вопрос: на турнир могут прибыть адепты с задачами, отличными от участия в нем?

– Могут, – подтвердил ректор.

– И скорее всего, так и произойдет, – вмешался главный попечитель Академии, – а значит, должны быть приняты усиленные меры безопасности. И конечно, адепты должны быть предупреждены о возможных провокациях.

– Ольгерд, мы усилим магические контуры, задействуем привидений по полной программе, они неплохо справляются с отслеживанием всего и вся, – ухмыльнулся ректор и поделился, – мне тут с утра пораньше доложились, кто из адептов с какими адептками целовался и где именно. А уж по поводу племянницы, – сверкнул он насмешливо глазами, – целый список, с кем посещала музей, кто провожал на лечебный факультет, даже о чем разговоры велись, все докладывается.

– Вот это ты зря, – неожиданно сухо сказал попечитель, – запрети подслушивать, достаточно того, что мы знаем: Видана не одна, всегда рядом есть кто-то из друзей. Все остальное – перебор.

– А я не давал такого распоряжения, это они уже из любви к искусству, – ответил ректор.

– Скорее из неоправданного рвения, пусть в других местах свои таланты применяют. Список прибывающих на турнир уже известен?

– Ольгерд, посмотри на этот запрос, – лорд Эрмитас протянул свиток другу, – поступил час назад.

Лорд Тримеер развернул свиток и углубился в чтение, я наблюдала, как раз за разом он пробегал глазами текст, а затем, отложив в сторону, обвел нас глазами.

– Артур, вызывай Дария Кира, это очень интересная штука, я думаю, не пора ли сделать вид, что мы клюем на приманку? – и, посмотрев на меня, сдержанно улыбнулся, – на турнир рвется команда из Академии Януса Змееносца. Хм, кто следующий?

– Ты на что намекаешь? – удивился ректор, отдав распоряжения своему секретарю, – кто еще может сюда начать проситься?

– Ну, друг мой, ты забываешь об Академии Мерлина – самом закрытом и загадочном заведении нашего мира.

– Ольгерд, это исключено. Они не контактируют ни с одной из Академий, насколько мне известно.

– Ты хотел сказать, не общались до сегодняшнего дня, – поправил его тот, – я уверен, следующий запрос поступит от них. К этой Академии тянутся жадные и загребущие руки многих королевств и империй, и как мне кажется, им не позволят остаться нейтральным заведением в дальнейшем.

Бесшумно распахнулась дверь, и вошел секретарь с кипой свитков, положив которые на стол ректора, он наклонился к нему и что-то сказал.

– Да, конечно, пригласи, – распорядился лорд Эрмитас и мгновенно поднялся.

В кабинет вошел пожилой мужчина в длинном одеянии, которое напомнило мне наряд Пейлина, на голове была небольшая аккуратная суконная шапочка. Длинные седые волосы заплетены в косу и такая же седая борода, спускавшаяся к поясу.

Мы поднялись с лордом Тримеером и, склонив головы, поприветствовали гостя.

– Добрый вечер, лорды и леди! – произнес он тихим голосом, проникающим в самое сердце, – я Макраб, ректор Академии Мерлина.

– Лорд Макраб, пожалуйста, присаживайтесь, – предложил ректор, – мы рады Вас приветствовать в Академии магических искусств.

– Пожалуй, я пойду, не буду мешать, – предложила я.

– Нет, леди Тримеер, останьтесь, – попросил гость, располагаясь в кресле за столом, – Вы не помешаете. Я очень рад, что застал здесь и главного попечителя Академии, лорда Тримеера.

– Я тоже рад Вас увидеть, лорд Макраб, с чем прибыли? – спросил Тримеер.

– А то Вы не знаете? – скупо улыбнулся ректор Академии Мерлина, – наводить мосты и предложить дружбу и сотрудничество между Академиями, лорд Тримеер. У нас с каждым часом возможность остаться нейтральным учебным заведением становится все более и более призрачной. Наступит день, и мы окажемся перед фактом, что находимся в чьих-то руках и не обязательно дружественных нам, скорее, даже наоборот.