люди. Все как один имели военное прошлое, профессионалы, но всё же немного в другой области. Подружиться ни с кем так и не удалось, да я и не стремился. Всегда вёл себя как-то особняком, отвечал односложно, старался никого не подпускать близко. За что заработал кличку Хмурый.
Но уже начинающая превращаться в привычку жизнь дала трещину. В тот вечер один из наших заработал пулю в живот. Он сопровождал известного певца на его очередной концерт, когда из толпы прогремели выстрелы.
Ревнивый муж не мог больше терпеть яростного поклонения артисту от супруги и не придумал ничего лучше, как прикончить соперника. Идиот, что тут скажешь. К таким делам нужно подходить с холодным разумом.
Начальник настоял на посещении товарища в больнице и пока все дружно хлопали его по плечу и называли героем, я тихо завидовал.
Нет, мне не хотелось лежать с перебинтованным брюхом и видеть эти довольные рожи. Я желал оказаться в гуще событий, побывать в том самом мгновении, ощутить опасность, ледяное дыхание смерти за спиной.
Понятия не имею, как бы отреагировал я, но уж точно не словил бы пулю. Нет в этом ничего геройского, лишь плохая работа. Он обязан был почувствовать опасность ещё задолго до возникновения крайней ситуации, отыскать ублюдка в толпе и…
Домой я добирался в невероятно поганом настроении. Плюс ещё и пешком. Решил не брать машину, так как до клиники, в которую попал коллега, рукой подать.
Нет, я не рыдал и не ощущал себя жалким или уже тем более ненужным. Скорее, злился.
И вроде бы гражданская жизнь сложилась неплохо. Деньги не успевали закончиться, как на телефон приходило сообщение о поступлении очередной зарплаты. Собственное жильё, которое мне досталось в наследство от предыдущего работодателя.
Казалось бы, что ещё нужно? Но я чувствовал себя, словно сжатая пружина, готовая в любой момент распрямиться.
Мне бы выпустить пар, вот только в моём случае для этого придётся кого-нибудь убить.
Выучка – это единственный сдерживающий фактор, который не даёт мне пуститься во все тяжкие. Со стороны я выгляжу вполне нормально, даже самый прожжённый психолог не сможет определить во мне дисбаланс или какие-либо другие отклонения.
И вдруг из кармана прозвучал он. Трель телефонного звонка заставила меня вздрогнуть. Настолько я был поглощён собственными мыслями.
Но, несмотря на это, я контролировал каждый шаг, каждое окно, каждый перекрёсток и проходящего мимо человека. А вот собственный смартфон стал для меня неожиданностью.
Я с удивлением уставился на экран и вначале подумал, что это очередной спам-звонок. Сейчас будут предлагать удачно вложить мои деньги, которые волшебным образом умножатся в несколько раз в самые кратчайшие сроки. Или кто-то из начальства решил сменить задачу на завтрашнее утро. Однако номер входящего, вообще, оказался скрыт, что крайне удивило.
Не знаю, что заставило меня ответить, обычно я просто сбрасывал вызовы с незнакомых номеров.
– Говорите, – сухо произнёс я, поднеся трубку к уху.
– Владислав Сергеевич, добрый вечер, – произнёс вполне вежливый и приятный голос на другом конце. – Вы же сейчас не заняты?
– Будете что-то предлагать? – с тяжёлым вздохом спросил я и уже хотел было отключиться.
– Скорее, наоборот, – удивил меня ответом тот. – Нам бы хотелось воспользоваться вашими услугами.
– Все вопросы по охране решает мой непосредственный начальник, Павел Владимирович…
– Простите, но нам требуются некие другие ваши таланты.
– Ошиблись номером, – ещё более холодным тоном произнёс я и сбросил звонок.
Что в этот момент творилось у меня внутри – невозможно передать словами. Чувства обострились до предела, казалось, весь мир вдруг замедлился, но я прекрасно знал, как выглядит боевой транс, и это был именно он.
Телефон зазвонил вновь, но я даже не подумал отвечать, сбросил звонок и перевёл устройство в беззвучный режим. После чего сунул его в карман и резко свернул за угол.
При этом я чётко фиксировал каждого человека, что в данный момент двигались следом. А затем снова свернул и ещё раз, и так до тех пор, пока не убедился, что хвоста за мной нет.
Само собой, я прекрасно понимал, что в современном мире необязательно физическое присутствие наблюдателя. Меня спокойно могут вести по сотовому трекеру, по камерам видеонаблюдения, коих во всём городе не счесть. Однако если меня собираются устранить, без человека за спиной не обойтись.
Выстрел в голову из винтовки тоже имеет место, но то такое, больше киношное. Профессионал не станет действовать так грубо, уж я знаю об этом как никто другой. Слишком много вопросов вызывают подобные действия. Да и скрыться после такого сейчас…
К дому я подошёл совершенно открыто, без всяких лишних выкрутасов. А смысл, если в подъезд ведёт только одна дверь, но вот в квартиру, можно попасть и другим способом.
О том, что меня ждут, я знал наверняка, достаточно было понаблюдать за своими окнами всего час. Даже как-то обидно стало, когда удалось заметить мелькнувшую тень за тюлевой занавеской. Ну хоть догадались ночную штору не трогать, иначе было бы совсем очевидно.
Что за тупая игра? Либо они понятия не имеют о том, с кем в неё играют, либо всё это делается намеренно. Слишком уж грязно, даже немного нелепо.
Дверь в подвал распахнулась, и я скользнул в его тёмное, пропахшее сыростью нутро. Два поворота и вот я осторожно вхожу в небольшую кладовку, что расположилась прямо под кухонным полом моей квартиры. Здесь, над головой, имеется лаз, но если не знать о его существовании, из квартиры его невозможно обнаружить.
Осторожно, не спеша открываю его и теперь, чтобы оказаться в собственной квартире, мне лишь нужно распахнуть дверцы в тумбе, слева от раковины. Но для начала прислушиваюсь, хочется понять, где именно находится гость.
Дверцы распахнулись, не издав при этом ни единого звука, рука уже сжимает пистолет, оборудованный длинным глушителем. Полностью звук выстрела он не погасит, но в случае необходимости всегда можно замаскировать его падением табурета на пол.
– Владислав Сергеевич, – внезапно прозвучал тот же вкрадчивый, вежливый голос, что совсем недавно я слышал в трубке. – Вы, конечно, можете меня убить, в ваших талантах мы нисколько не сомневаемся, но, может быть,
