— У этого центра очень хорошая репутация, честно. Этот человек…
— Ладно, ладно… Можно мы покончим с этим разговором, если я скажу, что согласна с ним встретиться? — спросила я и манерно вскинула руки, показывая, что сдаюсь.
Томас знал, что победит. Ведь так было всегда.
— Эм, спасибо. Мной руководит лишь любовь к тебе. — Лицо брата стало серьезным. — Я действительно тебя люблю.
— Я знаю. — Это было правдой. И я, хоть и постоянно спорила с братом, тоже его любила. Но свои чувства мне демонстрировать не хотелось, так что я оглянулась в поисках своей невестки. — А жена твоя где?
В своем бизнесе Томас с Дрю были идеальной командой — их знания и навыки дополняли друг друга, как кусочки пазла. Я как-то видела, как Дрю орудовала кувалдой, когда работу надо было сдать побыстрее. В результате у нее даже маникюр не пострадал.
— Она в ресторане, общается с новым шеф-поваром. Он хотел посоветоваться, какое вино сегодня лучше подать.
— Да, это она должна знать… — Дрю отличалась безупречным вкусом.
Запищал мобильник Томаса.
Завидев возможность сбежать, я бросила пустую бутылку из-под воды в ведро:
— Уже поздно. Мне надо душ принять.
Дверь за мной закрылась, и я вдохнула запах краски. Дрю недавно наложила новый слой красной венецианской штукатурки в гостиной. Уютные кожаные кресла с шелковыми коричневатыми подушками в тон паркета. Одна стена была полностью стеклянная, вдоль другой стояли полки с книгами в кожаных и мягких переплетах. Я провела пальцем по корешкам — мне страстно хотелось взять что-нибудь, устроиться поуютнее и почитать. Но не сегодня. Томас с Дрю переделали бывшее здание телеграфа в шикарный ресторан и решили не продавать его, а оставить себе. И через несколько часов должно было состояться торжественное открытие. Они настояли на том, чтобы я на нем присутствовала, вроде как заново хотели ввести меня в общество нашего городка.
У моего брата был особый талант — он мог заставить старые сломанные вещи сверкать. И я была более чем уверена, он надеялся, что сегодня этот фокус сработает и со мной.
Мы с Томасом сблизились, потеряв родителей четыре года назад, хотя, когда я росла, мы особо не дружили. Я вообще появилась неожиданно, почти через двадцать лет после него. Он не был готов нести ответственность за младшую сестру, и я изо всех сил старалась скрывать от него своих тараканов. Бог откликнулся на мои молитвы и дал мне стипендию. Я мечтала уехать из родного городка, подальше ото всех связанных с ним воспоминаний и старых зданий, которые реставрировал мой брат. И мне не очень нравилось положение, в котором я оказалась, оставшись без стипендии. В основном из-за «моих сложностей».
— Здравствуй.
Незнакомый голос застал меня врасплох. Я резко развернулась и увидела, что у стеклянной стены стоит какой-то мужчина — он, похоже, чувствовал себя крайне уверенно и в то же время выглядел как-то не к месту. Он был невероятно красив, высокий и худой, в безупречном черном костюме. На лицо спадал локон светлых волос, но он не скрывал тонких черт лица незнакомца. Спрятав в карман брюк серебряные часы на цепочке, он убрал руки за спину.
— Я могу вам помочь? — Я изо всех сил старалась скрыть свою тревогу, но она все равно слышалась в голосе. Секунду назад этого человека еще не было.
— Меня зовут Джек.
Мужчина стоял на месте, оценивая меня взглядом ярких синих глаз. Я вздрогнула. И с ног до головы покрылась мурашками. Я изо всех сил надеялась, что это не новый специалист, которого нашел Томас. На мой взгляд, он производил довольно жуткое впечатление.
— Вы к моему брату?
— Нет, с твоим братом я не знаком. — Уголки губ незнакомца приподнялись в легкой улыбке, и у меня на миг замерло сердце. — Я пришел к тебе, Эмерсон.
Его костюм и часы, вероятно, не из нашего времени. Прическу же сложно отнести к какой-либо конкретной эпохе. Возможно, он — очередная галлюцинация, но если это так…
Откуда он знает, как меня зовут?
Глава вторая
— Томас! — вскрикнула я, задыхаясь от волнения.
Я повернула голову, услышав, что на кухне упал стул. Грохот, казалось, длился целую вечность. Когда я снова повернулась к окну, Джек исчез. В комнату влетел обеспокоенный Томас.
— Почему, почему, почему? — спрашивала я, рухнув возле боковой стенки книжного шкафа и ударяясь о нее головой с каждым «почему?». — Почему ты только реконструируешь старые здания? Ты не можешь построить новое?
У Томаса от неожиданности отвисла челюсть.
— Это опять произошло? Прямо здесь?
Этот вопрос касался моей способности видеть тех… кого уже не было в живых.
Назвать их мертвецами было бы неверно. Я не совсем понимала, что именно я вижу, но ни в одном из многочисленных чужих рассказов о привидениях они не лопались как шарики и не исчезали, когда в них ткнешь пальцем. Это началось, когда мне было тринадцать лет, незадолго до того, как погибли родители. Томас реконструировал старый завод по производству стекла — задачей брата было превратить его в офисное здание.
Оказавшись там впервые, я завела приятную беседу с пожилым мужчиной в каске. От него пахло табаком и потом. Его мясистый нос был слегка скособочен, и его красный цвет свидетельствовал о том, что он любил кирнуть. Но старик оказался довольно милым, даже пригласил меня пообедать с ним. Я отказалась, но он настойчиво предлагал попробовать пирог, который жена положила ему в старенький контейнер.
И тут я заметила, что что-то было не так. Старик положил мне в руки какой-то кусок, и я поняла, что его еда не имеет веса. Мой новый знакомый пришел к точно такому же заключению обо мне — он уронил коробку, и пирог и развопился, словно дама, забывшая снять трусики с веревки перед приходом священника. А потом он исчез. Пшик!
Добро пожаловать в мир безумия, Эмерсон. После этого случая я частенько стала видеть людей — мертвых людей, — которые появлялись в самых неожиданных местах и исчезали, только когда я до них дотрагивалась. Я могла встретить их где угодно — и в кабинке туалета в забегаловке «Деннис», и в раздевалке в универмаге «Мэйсис», — но я к ним так и не привыкла.
— Господи, как тебе только удалось уговорить меня поселиться здесь? Я должна была бы подумать о том, что в таком старом здании просто не может быть безопасно. Этот человек знал, как меня зовут.
Такого раньше не бывало.
Томас напрягся:
— Он знал, как тебя зовут?
Я кивнула, закрывая глаза. К тому же Джек сказал, что пришел ко мне. Но Томасу это было знать не обязательно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
