Дэвис закончил и сидел, нервно теребя пальцы. Выражение лица Кэннона оставалось жестким и беспристрастным.
— Спасибо, Дэвис. Я уведомлю ФБР и возьму это в свои руки. Отличная работа.
Присен просиял и поднялся с кресла.
— Прошу прощения, что не обнаружил проблему раньше.
— Безопасность — это не ваша область деятельности. Полетят чьи-то головы. Об этом я тоже позабочусь. Большая удача для всех нас, что вы такой проницательный. — Роберт мысленно отметил, что следует повысить зарплату Присену, которая и так не маленькая, и предоставить большие полномочия. Он проявил инициативу и выказал остроту ума, что не должно остаться без награды. — Уверен, ФБР захочет переговорить с вами, так что прошу до конца дня оставаться на связи.
— Да, сэр.
Как только Дэвис ушел, Роберт позвонил в ФБР по личной линии. Бюро имело в городе разветвленную сеть, и в нескольких случаях Кэннон работал с ним. Его немедленно соединили с руководителем, и Роберт потребовал прислать двух лучших агентов в офис как можно скорее. Он сохранял достаточный самоконтроль, чтобы по его голосу не поняли, в каком бешенстве он пребывает. Влияние президента «Кэннон Груп» было таким, что ему без вопросов пообещали прибытие агентов в течение получаса.
Закончив самое срочное, Роберт откинулся в кресле и стал просчитывать возможные варианты. Нельзя позволить ледяной ярости затуманить голову. Поддаваться неконтролируемым эмоциям, чего он себе никогда не позволял, не только бесполезно, но и глупо. То, что служащий компании продавал секретное программное обеспечение и тем самым подрывал его репутацию, президента и руководителя, Роберт воспринял как личное оскорбление. Человек, который идет на предательство ради денег, вызывает только презрение и не заслуживает ничего, кроме тюрьмы. Преступника необходимо остановить и посадить за решетку. Через пятнадцать минут план действий был готов.
Агенты прибыли через двадцать минут. Отвечая на звонок Фелис, Роберт попросил проводить к нему посетителей и не беспокоить его до тех пор, пока джентльмены не уйдут. Как опытный секретарь она не задавала вопросов.
Фелис ввела в кабинет двух консервативно одетых мужчин и плотно закрыла за ними дверь. Роберт поднялся в приветствии, одновременно оценивая их холодным бесстрастным взглядом. Агента помоложе, на вид не старше тридцати, можно было принять за государственного служащего среднего звена. Но в его глазах читалась уверенность в собственных силах, которую Роберт одобрил. У старшего мужчины, перешагнувшего пятидесятилетний рубеж, светло-каштановые волосы почти совсем поседели. Он был ниже среднего роста и коренастого телосложения. Голубые глаза за очками в металлической оправе казались усталыми, но умными и властными. Точно не простой агент.
— Мистер Кэннон? — протянул тот руку Роберту и после подтверждающего кивка продолжил: — Уильям Брент, старший агент Федерального бюро расследований. А это — Ли Мюрей, специальный агент по вопросам контрразведки.
— Контрразведка, — повторил Роберт, холодно блеснув глазами. Прибытие именно этих двух агентов означало, что ФБР уже ведет расследование по «ПауэрНэт». — Точное предположение, джентльмены. Пожалуйста, присаживайтесь.
— Догадаться не трудно, — уныло ответил агент Брент, усаживаясь в предложенное кресло. — Корпорации, подобные вашей, с большим количеством государственных заказов, к сожалению, являются основными объектами шпионажа. У вас имеется собственный опыт в этой области, значит, потребовались, так сказать, особые таланты.
«Хорош! — подумал Роберт. — Вызывающий доверие человек. Хотят узнать, что мне известно, но не собираются открывать карты, если я не упомяну о «ПауэрНэт». Прикидываются невинными овечками. Если расскажу про утечку информации из компании, изобразят удивление и испуг, в противном случае утаят, что обнаружили».
Он не собирался играть по их правилам.
— Вижу, вы уже получили тревожную информацию, — сухо отметил Роберт. — Интересно узнать, почему вы немедленно не связались со мной.
Уильям Брент поморщился. Он слышал, что от Роберта Кэннона ничего не ускользает, но не ожидал подобной прямолинейности. Кэннон смотрел на него, слегка приподняв бровь, приглашая объясниться с таким выражением, которому большинству людей было трудно противиться.
Брент едва не бросился оправдываться, перемешивая факты с извинениями. Он вообще удивился, что испытал подобный порыв. Следовало поближе присмотреться к этому человеку. Агентам уже многое было известно о Роберте Кэнноне, что входило в их обязанности. Кэннон вышел из среды богатых образованных людей, но значительно увеличил свой капитал благодаря собственной деловой хватке. Имеет безупречную репутацию. У него много друзей в Государственном департаменте и Министерстве юстиции, высокопоставленных и влиятельных, которые относятся к Кэннону с большим уважением.
— Послушайте, — сказал им один из них, — если в одной из компаний «Кэннон Груп» происходит что-то противозаконное, то я посчитал бы личным одолжением, если вы предупредите Роберта Кэннона прежде, чем предпримете любые шаги.
— Я не могу этого допустить, — ответил Брент. — Это поставит расследование под угрозу.
— Нисколько, — возразил мужчина. — Я бы доверил Кэннону самые секретные сведения. Более того, я не раз это делал. Он оказывал нам… некоторые услуги.
— Он может быть замешан, — предостерег Брент, все еще отвергая идею вовлечь постороннее гражданское лицо в серьезное дело, которое разворачивается в штате Алабама.
— Нет, только не Роберт Кэннон, — покачал головой мужчина.
После изучения характера и важности «услуг», оказанных Кэнноном, и опасности, которой тот подвергался, Брент неохотно согласился ознакомить его с положением дел, прежде чем начнутся оперативные действия. Этот план полетел под откос, так как Кэннон позвонил первым, а они не знали, что ему известно. Первоначально предполагалось молчать, пока он сам не расскажет о причине звонка. Это не сработало. Он их немедленно раскусил.
Брент привык читать по лицу собеседника, но с Кэнноном это не получалось. Да, у него был вид состоятельного, культурного, искушенного человека, но агент предполагал, что это только верхний слой. Другие слои, какими бы они ни были, оказались настолько хорошо спрятаны, что Брент их едва чувствовал. И то благодаря доступу к секретной информации. Внимательно наблюдая за тонким красивым лицом собеседника, он не улавливал ничего, кроме молниеносно появляющихся и исчезающих выражений. Только в глазах можно было заметить отстраненность и бесконечное терпение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
