Люстры ярко сияли, освещая красно-золотой ковер в стиле арт-деко. Широкие изогнутые окна позволяли увидеть застекленную прогулочную палубу, а за ней бескрайние сине-зеленые просторы. Вдоль стен выстроились «однорукие бандиты», безмолвные, как солдаты перед атакой. Немного озабоченная тем, что она как всегда не смогла правильно повязать галстук, Сирина пересекла зал и подошла к управляющему. Как для всех моряков, покачивание палубы под ногами осталось незамеченным.
– Сэр, Сирина МакГрегор к работе готова! – отрапортовала она четко.
Переложив папку в одну руку, управляющий оглядел ее с ног до головы. Дейл Циммерман имел телосложение боксера, выступающего в легком весе, и рост около шести футов. У него было гладкое, красивое лицо, за загаром на котором он следил постоянно, привлекательные морщинки в уголках ярко-голубых глаз, и выгоревшие на солнце кудрявые волосы. Имея репутацию великолепного любовника, Дейл старательно ее поддерживал. После внимательного изучения подчиненной, он раздраженно поглядел на девушку.
– Рина, ты когда-нибудь научишься правильно пользоваться этой штукой? – Засунув папку под мышку, Дейл поправил ее галстук.
– Не хочу оставить тебя без дела.
– Знаешь, любимая, если ты серьезно решила покинуть нас после рейса, то это последний твой шанс побывать в раю. – Потянув за галстук, он поднял глаза и усмехнулся.
Сирина нахмурила брови. То, что со стороны Дейла началось год назад как страстное преследование, постепенно превратилось в объект шуток из-за постоянных отказов Сирины разделить с ним постель. Они стали, больше к его удивлению, чем к ее, хорошими друзьями.
– Я собираюсь ненавидеть то, что упустила, – вздохнула Сирина. – Сделает ли это счастливым рыжеволосого малыша из Северной Дакоты? – спросила она с простодушной улыбкой.
Дейл прищурился:
– Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты слишком много замечаешь?
– Постоянно. Который стол сегодня мой?
– Номер два. – Достав сигарету, Дейл закурил, глядя ей в след. Если бы кто-то год назад сказал, что такая стильная штучка как Сирина МакГрегор не только удержит Дейла на расстоянии, но и заставит испытывать братские чувства, он бы порекомендовал тому человеку поискать хорошего психиатра. Пожав плечами, он снова достал папку. Дейл подумал, что будет сожалеть о ее уходе и не только из-за личной привязанности. Она, черт побери, самый лучший крупье, который у него когда-либо работал.
По залу было расставлено восемь столов, за которыми играли в блэкджек[1]. Сирина и семь остальных крупье, менялись местами в течение дня и вечера, отвлекаясь только во время краткого перерыва на обед. Если играющих было немного, казино работало до двух. В противном случае несколько столов были доступны до трех. Ибо главное правило на корабле – предоставить пассажирам максимум того, что они желают.
Другие одетые во фраки мужчины и женщины прошли на свои рабочие места. За соседним столом работал молодой итальянец, который недавно был повышен в должности до крупье. Сирина улыбнулась ему, не забывая, что Дейл просил присмотреть за итальянцем.
– Удачи, Тони, – произнесла она, наблюдая за толпой ожидающих за стеклянными дверями. – Ночь обещает быть длинной. – И мы проведем ее на ногах, добавила она про себя, когда Дейл подал сигнал к открытию.
Ручеек пассажиров потек в зал. Их было не очень много; в первый день круиза не бывает большого количества играющих. Поток игроков будет редеть в обеденные часы, а затем снова возрастать ближе к полуночи. Одежда произвольная, обычно в дневное время – это шорты и джинсы. Через открытые двери с прогулочной палубы доносились звуки аркадных[2] игровых автоматов. Через несколько минут эти звуки будут заглушены шумом «одноруких бандитов».
Сирина могла отличить игроков от «игрунов» и игрунов от «наблюдателей». В любом путешествии среди пассажиров были представители каждой группы. Определенный процент пассажиров уже знаком с казино. Они сначала осмотрятся, привлеченные шумом и разноцветьем оборудования, прежде чем поменяют деньги на жетоны.
Некоторые придут просто так для смеха, их совершенно не волнует выиграют они или проиграют. Другие придут, чтобы играть. Через короткое время наблюдатели тоже превратятся в игрунов. Они будут громко кричать при каждом выигрыше и стонать при каждом проигрыше; также реагируют фанаты игровых автоматов.
Но игроки есть всегда. Они не оставят в покое казино в течение всей поездки, поворачивая игру на выигрыш или на проигрыш с искусством или одержимостью. У таких игроков нет отличительных черт, нет определенного стиля в одежде. Бесконтрольная тяга к игре может быть и у скромной бабушки из Пеории[3] и у дельца с Мэдисон-авеню[4].
Столы начали заполняться, и Сирина разделила посетителей на категории. Она улыбнулась пятерым пассажирам, выбравшим ее стол, и распечатала четыре колоды карт. – Добро пожаловать на борт, – поприветствовала Сирина играющих и начала тасовать карты.
Всего через час азарт начал возрастать. Он пронизывал запах дыма и легкого беспокойства, которые распространялись по казино. Это был запах безрассудства и искушения. Сирину всегда изумляла эта тяга людей, чаще мужчин, к ярким огням и зеленому сукну, их наслаждение особым запахом и металлическим звуком падающих жетонов при выигрыше в автоматах. Сирина никогда не играла на автоматах, может быть потому что она распознала в себе черты игрока. Давным-давно она решила не рисковать понапрасну.
В течение первой части смены она меняла столы каждые тридцать минут, медленно передвигаясь по залу. После перерыва на обед все повторилось. После захода солнца казино стало наполняться. Все столы были заняты и рулетки вращались безостановочно. Одежда посетителей стала более элегантной, словно игра вечером требовала большего шарма.
Так как карты и люди все время менялись, Сирине никогда не было скучно. Она выбрала эту работу, чтобы встречаться с самыми разными людьми, а не только с рафинированными личностями, с которыми училась в колледже. И этой цели она достигла. В данный момент за столом Сирины играли два жителя Нью-Йорка, кореец и житель Джорджии, которых она распознала по акцентам. Очень интересно было следить за картами, которые появлялись на столе. Девушка никогда не уставала это делать.
Сирина раздала всем по второй карте, быстро глянула на свою закрытую и решила остановиться на восемнадцати очках.
Один из ньюйоркцев поднял карту, подсчитал результат и издал стон разочарования. Покачав головой, он показал, что останавливается на этом. Кореец набрал двадцать два очка и с ворчанием покинул стол. Второй ньюйоркец, полный блондин в вечернем черном костюме, имел на руках даму и девятку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
