А хорошо все-таки, когда никто тебя не торопит, никто не кричит: «Золушка, подай! Золушка, принеси! Золушка, унеси!» Сама я себе хозяйка по крайней мере на полчаса или даже на целый час. (Оглядывается по сторонам.) Делать мне как будто больше нечего — вот только метлу поставить в угол да последить, чтобы утюг не перекалился. А комнаты уже прибраны. Нигде ни соринки. Хоть гостей принимай! А что, если бы вдруг на самом деле ко мне хоть когда-нибудь пришли какие-нибудь гости? (Смеется.) Нет, этого и быть не может. Разве в такую игру поиграть, будто ко мне пришли гости… (Поворачивает метлу щетиной вверх.)
Вот и тетушка МетлаВ гости к Золушке пришла!
Ах, какая у вас пышная прическа, сударыня! Даже пышнее, чем у моей сестрицы Жавотты. А какая у вас тонкая талия — тоньше, чем у моей сестрицы Гортензии. Садитесь, пожалуйста, в это кресло перед камином и поставьте ногу на скамеечку, как моя мачеха. Вот так. Надеюсь, вы у нас не соскучитесь. Вы со всеми здесь знакомы? Позвольте вам представить:
Вот это — наша кочерга,Вся черная и ржавая.У кочерги одна нога,По-видимому — правая.
Кочерга в руках у Золушки кланяется метле. Метла отвечает ей.
А это — наш старинный другГорячий, вспыльчивый утюг.
Прикладывает ко рту палец, а потом касается утюга. Утюг шипит.
А вот каминные щипцы —Серебряные шпоры.Они лихие храбрецыИ славные танцоры.
Щипцы звонко щелкают шпорами.
Ах, мои дорогие гости, я так рада вам всем, так рада! Ведь мне некому и слова сказать. Ну, расскажите мне, какие на свете новости. Что слышно при дворе, госпожа Метла? (Меняя голос, говорит басом.) «При дворе, дитя мое? Я нынче подмела там все полы. Во дворце скоро будет бал». Да, да, я слышала. Весь город про это говорит… Ах, как мне хотелось бы хоть раз побывать на балу! Не поехать ли нам туда с вами, госпожа Кочерга, господин Утюг и господа Каминные Щипцы? Что вы скажете на это, тетушка Кочерга? (Снова басом.) «Я бы с удовольствием поехала, дружок, но ведь я вся черная от золы, от копоти. Да и ты, милая Золушка, не лучше меня. Погляди на свои руки, на свой передник. Тебя, чего доброго, примут за трубочиста». (Своим голосом.) Но ведь мы можем умыться и приодеться! (Опять басом.) «Нет, Кочергу, сколько ни мой, не отмоешь. Поезжай со Щипцами и с Утюгом». (Щелкает щипцами и говорит за них звонко и быстро.) «Нет, что вы! Что вы! Что вы! Нам нечего надеть. У нас есть ноги, но нет штанов. А во дворце нужны штаны определенной ширины. Да и тебе, Золушка, не в чем ехать. Где твое бальное платье? У тебя его нет, нет, нет!» (Своим голосом.) А если мы с Утюгом выгладим это, старенькое? Как вы думаете, дорогой Утюг? (Опять меняя голос.) «Нет, Золушка, я не беруессь! Не берусссь гладить такое платье. Нас с тобой во дворце засмеют». (Своим голосом.) За-сме-ют? Засмеют! (Тяжело вздыхает. Потом — решительно тряхнув головой.) Ну, так знаете что, дорогие мои? Останемся лучше дома и постараемся провести время как можно веселей. Щипцы и Утюг сыграют нам что-нибудь хорошенькое, а мы с тетушкой Метлой потанцуем. Ах, что вы говорите, сударыня? Вы не умеете танцевать? Ну, это не беда! Мы с госпожой Кочергой научим вас. Смотрите на наши ноги и старайтесь запомнить. Раз-два-три! Раз-два-три!.. (Танцует с кочергой.)
Дверь открывается, и в комнату входят одна за другой Гортензия, Жавотта и мачеха.
Жавотта. Ты что тут делаешь? Пляшешь, кажется?
Гортензия. С ума сошла!
Золушка. Нет, нет, сестрицы! Я убираю комнату…
Мачеха. Хороша уборка! Грязная метла лежит у меня на кресле, а она прыгает по комнате с кочергой!..
Золушка. Простите, матушка, простите, сестрицы! (Переворачивает метлу, ставит кочергу и щипцы в угол, утюг — на огонь). Вот всё и на месте.
Гортензия. Ас кем ты разговаривала?
Золушка. Сама с собой.
Жавотта. Значит, ты разговаривала с дурочкой!
Золушка. Больше мне не с кем было разговаривать. Умных не было дома.
Мачеха. Молчи, дерзкая девчонка!
Гортензия. Чем болтать, сбегай лучше вниз и принеси из кареты наши покупки.
Золушка. Сейчас, сестрица Гортензия.
Жавотта. Только смотри ничего не сомни и не растеряй!
Золушка. Хорошо, сестрица Жавотта.
Мачеха. Да окажи кучеру, чтобы он как следует протер окошки в карете и расчесал лошадям гривы и хвосты. Завтра мы едем во дворец на бал.
Золушка. На бал во дворец?
Гортензия. Да. Мы получили приглашение от самой королевы.
Жавотта. На шелковой бумаге! Золотыми буквами!..
Гортензия. В левом углу корона, в правом — вензель!..
Жавотта. А под короной и вензелем написано: «Король, королева и принц просят вас…»
Мачеха. Это значит — меня.
Жавотта. «…оказать им честь и пожаловать во дворец на королевский бал вместе с вашими прекрасными дочерьми».
Гортензия. Это значит — вместе с нами.
Золушка. Ах, как там, наверно, будет весело! Хоть бы мне одним глазком, в щелочку, посмотреть на этот бал! Столько о нем в городе разговоров!..
Гортензия. Вот еще! Тебя ко дворцу и близко не подпустят, такую замарашку. Ну, беги скорей, беги! Только бы молоть языком!
Жавотта. Да смотри не забудь: тебе еще нужно сегодня ночью выстирать наши воротнички, накрахмалить наши юбки, выгладить наши кружева и почистить мелом наши золотые цепочки. А ты, будто нарочно, ни с места!
Золушка. Иду, сестрицы, иду! (Убегает.)
Жавотта. Знаешь, Гортензия, я надену завтра красное бархатное с золотыми цветами. А ты?
Гортензия. А я лимонное с серебряными пчелками. А вы, матушка?
Мачеха. А я — лиловое с пальмами и райскими птицами. Надеюсь, на балу не будет никого наряднее нас — кроме самой королевы, конечно. Только ложитесь сегодня пораньше, девочки, чтобы завтра у вас были ясные глазки и румяные щечки. Не забудьте, что на этом балу принц хочет выбрать себе невесту.
Жавотта (мечтательно). Невесту!.. (Ходит по комнате, томно напевая вполголоса).
Я так прелестна и добра,Что стану королевой,А старшая моя сестра —Придворной старой девой…
Гортензия (тихо, сквозь зубы). Старой девой? Ну, это мы еще посмотрим! (Громко.) Послушай, милая Жавотта, я еще с утра хотела тебе сказать: на твоем месте я бы, пожалуй, надела не красное с цветами, а знаешь, то — фисташковое, в мушках. Правда, оно немного скромнее, но зато идет тебе гораздо больше.
Жавотта. Ах, вот как! Немного скромнее? Так сама и надевай фисташковое в мушках. В твои годы можно уже перестать наряжаться.
Гортензия. В мои годы? Да ведь я старше тебя всего на один год!
Жавотта. На целый год! Да еще на три месяца, две недели и четыре дня.
Гортензия. Ну и пусть на четыре дня! Зато я не рыжая!
Жавотта. А я не косая и не кривобокая!
Гортензия. Рыжая! Рыжая! Рыжая!
Жавотта. Кривобокая! Кривобокая! Кривобо…
Гортензия бросается на Жавотту и запускает обе руки в ее прическу. Жавотта царапает Гортензии лицо.
Мачеха. Гортензия! Жавотта! Девочки! Что вы делаете? Если вы расцарапаете друг другу носы и вырвете волосы, вы не сможете поехать на бал!
Гортензия. Мне все равно! Пускай я не поеду, да зато и она не поедет.
Жавотта. Ай!
В руках у Гортензии клок рыжих волос Жавотты.
Я ж тебе покажу, кривобокая ведьма!
Сестры бешено дерутся, роняя стулья, вазы с цветами.
Мачеха. Девочки! Девочки! Вы с ума сошли! Да перестаньте же!
Вбегает Золушка с двумя полосатыми картонками.
Золушка (запыхавшись). Там какая-то старушка пришла и спрашивает вас. (Замечает дерущихся сестер.) Ах!.. Сестрицы!..
Мачеха. Нас нет дома! Дома нет!
Золушка. А я уже сказала, что вы дома…
Мачеха. Дура! Ну, скажи, что мы спим. Спим! Да поскорее…
Золушка опять убегает.
А вы, бешеные кошки, сейчас же по своим комнатам! А то, если я рассержусь, это будет похуже вашего. (Растаскивает дочек, вталкивает одну в комнату направо, другую — в комнату налево, а сама, отдуваясь, падает в кресло.)
