деревянная конструкция явно давно оставалась без внимания и ухода, это было заметно по плесени на опорах и подгнившим доскам. Река Гиора в этом месте была на удивление спокойна и мелковата, как будто специально просила устроить тут переправу. Охраны на мосту не было, да и это не удивительно, желающих пересечь мост обычно не наблюдалось. Юноша вступил вступил на мост и уверенным шагом пошёл по его середине, медленно входя в густой туман. Постепенно белое облако полностью обволокло его, а шум речной воды становился всё тише и тише. Он шёл вперёд, помня указания из доставшегося ему дневника древнего человека — пересекая мост, идти прямо, около трёх сотен шагов, не отвлекаясь на звуки, видения и всё остальное, что можно услышать или увидеть в этом густом тумане.
— Генри, куда ты собрался без меня? — послышался где-то сбоку голос старика. Генрих знал этот голос, это был учитель Мейрах, что умер пару дней назад, но ученик чародея не обернулся и не ответил, а упорно продолжил идти прямо в густой туман.
— Вот так ты благодаришь меня за все труды? Даже не обернёшься, чтобы вытащить меня из мерзкого тумана?
Голос как будто приближался и становился громче, увереннее. Парень знал, что если он остановится, отвлечётся или ответит, скорее всего, выйти из тумана у него не получится, в дневнике этот эффект обуславливался специфичным газом, что выходил из-под земли, сливался с туманом и дурманил людей, заставляя их сбиваться с пути и блуждать в этом тумане вечно.
— Что бы ты делал, если бы не я, Генрих! Помоги мне, мальчик, ты должен мне! Я взял тебя к себе с улицы, ты — сиротский выродок!
Голос перешёл в крик, юноша ускорил шаг, по его подсчётам, он уже должен приближаться к выходу из этой чертовщины.
— БЕГИ, ГЕНРИХ, БЕГИ, НО ОТ СУДЬБЫ НЕ УЙДЁШЬ, ОНА ДОСТАНЕТ ТЕБЯ, ДАЖЕ ВНУТРИ КРУГА!
Наконец, туман резко пропал, и молодой чародей также резко закашлялся, свежий воздух прочищал лёгкие, выводя из них галлюциногенный газ, казалось, задержись он в этом облаке ещё хотя бы пару минут, он бы остался там навечно.
Чуть отдышавшись, он осмотрелся. Всё небо затянуло низкими облаками, солнца из-под них видно не было, далее его взору открылась огромный луг, уходящий вдаль, вся эта часть острова по краям была усеяна горами, уходящими за облака, они окружали луг со всех сторон, у подножья гор были густые заросли деревьев и диких кустарников. Генри достал флягу и выпил воды. Его путь лежал через весь огромный луг, прямо к самой дальней горе, самая отдалённая точка из всех возможных. Судя по дневнику, древний человек когда-то основал там свой лагерь, конечно, молодой чародей и не надеялся, что лагерь ещё там, но, вполне возможно, какие-то артефакты и книги могли уцелеть.
Подходя к лугу, Генри замер, оказалось, вся равнина перед ним была покрыта огромным количеством цветов, начиная от роз, заканчивая ромашками. Молодой чародей начал осторожно наступать меж них, продвигаясь всё глубже в «Гиблые земли».
— И как тебя зовут? — раздался голос за спиной у Генри.
Резко обернувшись, он увидел девушку его роста, с длинными белыми волосами, одетую в шкуры животных. Лицо её было скрыто под капюшоном, но Генри отчётливо видел зрачки, которые больше походили на кошачьи, чем на человеческие.
— Меня зовут Генри, а ты кто?
Девушка сняла капюшон, и чародей невольно замер, девушка была очень красивой, а кошачьи глаза лишь дополняли образ лесной девы.
— Я Тея, лесная эльфийка, я и мои предки присматривали за этими местами много-много лун, но мы уже давно не видели людей. Последний из Вас состарился и умер здесь пару десятков тысяч лун назад.
Проговорив это, эльфийка двинулась к чародею, начав его обнюхивать, как это делают кошки при встрече.
— Эльфийка?! А где же твои длинные уши?!
Тея чуть отошла и, по-кошачьи улыбнувшись, сказала:
— Ну, я только наполовину эльфийка, а наполовину я ещё и человек. Видишь ли, хоть твои предки и жили тут много лун назад, это не помешало им смешать кровь с нашей, к тому же, это привело к интересным мутациям, иногда довольно полезным, а иногда и опасным, и я — одна из них, — сказала она и хищно улыбнулась.
— И как ты сюда попал, чужеземец?
Генрих, немного отойдя от удивления и сев посреди поля прямо на цветы, положив ноги под себя, кратко рассказал ей причину своего визита.
— Хм-м, так ты пришел сюда за знаниями и вещами своих предков?
Тея села напротив него в такой же позе. Только сейчас Генри понял, что она так же, как и всё вокруг, пахнет цветами.
— Можно сказать и так, мне нужны записи их исследований, артефакты, что угодно, что может пригодиться!
Эльфийка хитро улыбнулась.
— Ну допустим, у меня кое-что для тебя найдётся, а ты что дашь взамен? Или у Вас людей пропало понимание торговли?
Генри нахмурился.
— Нет, не пропало, а что тебе нужно? Я могу научить тебя нескольким заклинаниям людей, которые могут быть тебе полезны.
Тея засмеялась, долго и как-то истерически, что ли.
— Ты думаешь, Ваша людская магия может сравниться с нашей, эльфийской? Глупый мальчик, если бы ты прожил столько же лун, сколько и я, ты бы знал, как смешно ты сейчас говоришь.
Она продолжила смеяться, а Генри продолжил хмуриться.
— Тогда скажи, чего ты хочешь?
Эльфийка перестала смеяться и внимательно посмотрела ему прямо в глаза:
— Хм-м, если поможешь мне в одном деле, так уж и быть я отдам тебе все вещи людей, которые были тут до тебя.
Генрих обрадовался.
— И что за дело?!
— Нужно поймать ящерку.
Тея внимательно смотрела на юного чародея и ждала вопроса, с минуту помолчав, тот произнёс:
— А что за ящерка и почему ты не можешь справиться сама или попросить других эльфов?
— Я прошу тебя, значит, не могу, причины узнаешь по дороге, согласен?
Генрих пожал плечами.
— Выбора у меня все равно особо нет, обратно в этот туман я не хочу.
Тея опять засмеялась.
— А что такое? Страшно было? Наш древний эльфийский маг наложил охранное заклинание, которое действует до сих пор, не пуская злые силы на наши земли. А ты либо слишком добр, либо слишком глуп и удачлив, раз тебе удалось его преодолеть.
Сказав это, она встала и пошла в сторону холмов. Генри тоже подскочил и поспешил за ней.
— Возможно, я и глуп, но зато удача пока на моей стороне, как минимум потому, что я встретил тебя.
Эльфийка посмотрела на него так,
