допустить с их городом той же участи, что постигла Бейсдон.
Кац всю дорогу молчал, он всё ещё не мог забыть смерть своего друга, Гобол тоже ехал молча, подобная война никому на острове ничего хорошего не предвещала. Добравшись до гномьей заставы и загнав лошадей почти до смерти, они подъехали к воротам.
Через час они уже находились в зале совещаний, где их внимательно слушал гномий совет.
— Итак, вы уверяете, что город кузнецов пал за несколько часов? Хорошо защищенный город, с крепостной стеной, башней магов и гарнизоном в три тысячи человек??? — старейшины внимательно смотрели на спутников.
Гобол показывая на Каца сказал:
— Это городской стражник, думаю, один из немногих, если не единственный из стражи, кому удалось выжить. Нам нужно поднимать ополчение, я не смог сосчитать количество кочевников, но, думаю, их было не меньше десяти тысяч.
— ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ? — воскликнул Шерва, и его глаза увеличились от удивления.
— Не меньше, — спокойно повторил Гобол.
— Как они могли собрать и так быстро переправить такое войско по Риону прямо в город кузнецов??
Шерва был в явном недоумении. Провести такую большую армию по целому континенту и остаться незамеченными было просто-напросто невозможно, но тогда, как им это удалось? Караваны из города кузнецов разбредались в разные стороны, а поля пшеницы вокруг города всегда привлекали большое количество земледельцев, которые не могли не заметить приближение такого большого войска. Да и вопрос, откуда у кочевников столько людей, тоже не давал покоя.
Кочевники жили племенами на востоке Риона за чередой непроходимых гор, отсутствие плодородных земель заставляло их искать свой способ выживания. Со временем они поняли, что их луга, хоть и не подходят для земледелия, но хорошо подходят под пастбища вьючных животных, а в особенности коней, за несколько поколений они научились держаться в седле и орудовать саблями и луками. Что привело к тому, что небольшие отряды, численностью обычно не более пары сотен человек, сплавлялись по реке к центру Риона и устраивали там набеги на проходящие мимо караваны, этим кочевники и жили, довольствуясь награбленным с караванов и угоняя в рабство пленных. Племена кочевников всегда были разрозненны, и, зачастую, у них случались войны между собой. Точной численности кочевников никто не знал, караваны в их земли не ходили, путешественники не возвращались, поэтому информация об их жизни в Рионе оставалась тайной. Редко, но удавалось взять в плен несколько кочевников, только их диалекты не позволяли добыть из них хоть какую-то информацию.
Шерва резко вскочил, как будто его озарила мысль:
— Корабли!!!
Прокричал он.
— Они высадились на западе, на кораблях, и поэтому никто из торговцев или разведчиков не смог их заметить!
Члены совета недоверчиво зашептались и с удивлением поглядывали на Шерву.
— Но, как им удалось построить столько кораблей, чтобы перевезти такое количество лошадей и людей?
Глава гномьего полка призадумался:
— О кочевых племенах ничего не было слышно последние 10 лет, этого времени, думаю, им хватило, чтобы обеспечить свою армию флотом. Вопрос в том, кто смог объединить их в такое большое войско, обычно племена враждовали друг с другом, но никто и подумать не мог, что их оказывается так много, я всегда думал, что за горами живет не более пары тысяч кочевников. К тому же, почему они выбрали для первой атаки город кузнецов? Где в это время был правитель Бейсдона? Король Вальф? — вопросил Шерва требовательно.
Кац, всё это время стоявший молча, подошёл к столу, за которым сидел гномий совет.
— Короля в городе не было, неделю назад он со всей семьей уехал из города по каким-то государственным делам, говорят, хотел выдать младшую дочь за муж и заключить союз со столицей Риона.
Гномы опять зашептались.
— А маги? Куда делась эта шайка обманщиков в тот момент, когда город в них нуждался? — обратились гномы к стражнику.
— Чародеи вели в городе в основном исследовательскую работу, боевых магов в городе не было, возможно, большей части из них удалось сбежать, используя технологию переноса «Круг»
Гномы опять загалдели, начав обсуждать всё происходящее. Каца и Гобола попросили покинуть зал и ждать решения гномьего совета.
Гномы совещались несколько часов и, в конце концов, пригласили путников обратно.
Один седой гном вышел перед всеми в центр зала и начал говорить.
— Мы, гномы, давно уже живём в этих пещерах, и мы никогда не вмешивались в дела на Рионе, формально, единственный договор о мире был подписан только с расой эльфов, поэтому мы не обязаны оказывать помощь жителям города кузнецов или каким-либо другим жителям городов людей. Гномы не будут вмешивать в людские войны и будут торговать с любыми наместниками и владельцами города кузнецов, даже если это будут кочевники. Все беженцы, которые будут прибывать, должны будут работать наравне со всеми или убираться прочь. У гномьего народа нет ресурсов для помощи другим. Также с этой минуты гарнизон крепости приводится в боевую готовность, если потребуется, мы докажем кому угодно, что наши пещеры непреступны! С завтрашнего дня начинается набор в ряды гномьего ополчения, все поступившие будут получать половину жалования гарнизона крепости и будут задействованы исключительно в случае нападения. Запрещается любая преждевременная агрессия в сторону кочевых племён. Гномам не нужна война — гномам нужна торговля, поэтому мы будем ждать прибытия делегации кочевых племён!
На этом выступление закончилось, реакция присутствующих была неоднозначной, но Кац и Гобол выглядели ошарашенно и расстроено. Обоим было понятно, что остаться в гномьем замке не выйдет.
