сердцам и, что немаловажно, ночлегу в тепле под крышей.
На этой мысли Питер сардонически хмыкнул, убрал подальше в сумку свинчатку и ножны с клинком, и отправился к деревне; на площади, возле мобиля эвакуаторов, как раз собирался народ, и молодой человек решил, что ему тоже интересно, каким именно образом проходит эвакуация сокровищ древних.
А может, удастся увидеть и ещё чего любопытного, кто знает.
2
Он спустился с пригорка, прошёл узкой кривой улочкой и вышел на площадь. Это была настоящая площадь, хоть и маленькая; на ней стояла часовня с башенкой и колоколом, сложенная из камня и вросшая своим тылом прямо в холм позади.
Рядом с мобилем были поставлены скамейки и стол, за которым по разные стороны сидели парень в эвакуаторской форме, усердно пишущий что-то, и бородатый мрачный тип, без особой охоты отвечавший на его вопросы. За типом выстроилось некое подобие очереди из его односельчан. Остальные жители деревни скромно расположились вдоль заборов прилегающих домов, образуя этакую живую рамку происходящего. В центре площади стояли два эвакуатора и беседовали с весьма представительного вида стариком с острой головой и зачесанными назад седыми волосами; старик, одетый не по-летнему тепло – в редингот и высокие сапоги – опирался на суковатую трость, а его собеседники почтительно внимали ему, почти синхронно кивая головами. Питер, поколебавшись, направился к ним.
Один из эвакуаторов, повыше, что-то сказал второму, тот повернулся, и здесь Питер чуть не сел на землю от неожиданности: на него, не выказывая никаких эмоций, смотрел Аслан аль-Джазия, приятель, друг и однокашник Питера по Эколь Нормаль. Какое-то время они жили в одной комнате в студенческом пансионе на улице Сен-Жан, все трое – Питер, Аслан и Жак Делакруа. С тех пор прошло четыре года, и настоящим учителем, с некоторой натяжкой, стал только Питер; Жак, бросивший учёбу за год до окончания ради лицензии уличного писаря, теперь ворочает делами на королевских контрактах, а Аслан вот – эвакуатор.
Мусульманин зашагал к Питеру и, уже подходя, на мгновение прижал палец к губам, и молодой ученый принял невозмутимый вид, будто бы и не знает его вовсе. Пока Аслан доставал карандаш и листал планшет, ища чистые страницы, Питер произнёс негромко:
– Поздравляю.
– С чем это? – осведомился Аслан вполголоса.
– С успешной эвакуацией тайника, конечно, – в голосе Питера прорезалась горечь. Аслан неопределённо покивал, пожевал губами, затем совершенно официальным голосом заговорил:
– Лейтенант-стажёр королевской эвакуации аль-Джазия, к вашим услугам. Кто вы, и с какой целью здесь находитесь?
– Питер Кэтфорд, доктор наук, Королевская Академия, – ответил Питер спокойно, протягивая документы и подорожную. – Здесь нахожусь с целью исследования тай….
– Понятно, – перебил его Аслан. – А с какой целью здесь находитесь?
Питер недоумённо уставился на своего однокашника.
– Я же говорю, тайник дре…
– Я уже понял, кто вы, – нетерпеливо и снова чуть громче, чем следовало бы, произнёс Аслан. – С какой целью прибыли в Малый Лакон?
До Питера дошло.
– Так вы не знаете про тайник, – быстро прошипел он. Аслан кивнул, вернул бумаги и произнёс, будто записывая его слова:
– «Сельскохозяйственные ис-сле-довани-я»… Какого рода исследования?
– Всхожесть зерновых, – с энтузиазмом, громко сказал Питер. – И её эллиптическая зависимость от фаз луны. Понимаете, лейтенант…
– Лейтенант-стажёр, – строго поправил его Аслан.
– Понимаете, лейтенант-стажёр, в этой провинции фазы луны особенно влияют на кривую всхожести. Мы с профессором Виннэ считаем, что…
– Понятно, – снова перебил его эвакуатор, слегка покачав головой; Питер понял, что зарываться не стоит. – Вот что, доктор э-э-э… – Аслан заглянул в планшет, – Кафор, здесь для вас небезопасно. Вам надо покинуть деревню в ближайшее время.
– А в чём дело, лейтенант-стажёр? – вполне искренне осведомился учёный.
Аслан обернулся к своему начальнику, продолжавшему беседовать со стариком; тот увидел его движение. Мусульманин кивнул в сторону Питера, в ответ эвакуатор кивнул Аслану.
– Мы здесь по поводу пропажи людей, – сказал Аслан, поворотившись обратно к учёному. – Шесть человек исчезли с начала лета.
– А почему не полиция? – спросил Питер.
– В здешних лесах видели чудовищ, – закончил лейтенант-стажёр. – Поэтому.
И, понизив голос, Аслан произнёс:
– Тебе лучше уехать, побыстрее.
– Лейтенант-стажёр! – окликнул Аслана эвакуатор.
Мусульманин закрыл планшет и добавил ещё тише, но очень явственно:
– Гляди в оба.
И удалился.
Питер, убедившись, что более никому он не интересен, примкнул к небольшой группке зрителей у ближайшего штакетника; он попробовал улыбнуться, но деревенские молча отодвинулись от него. Вскоре к ним подошёл и представительного вида старик, который закончил беседовать с главным эвакуатором. В отличие от остальных, старик кивнул учёному хоть и мрачно, но вполне приветливо. Питер кивнул ему в ответ и, рассеянно наблюдая за разговорами и перемещениями на площади, погрузился в размышления.
Итак, эвакуаторы прибыли не за тайником могущественных наших предков, что ушли из мира почти триста лет назад и оставили после себя многочисленные схроны с артефактами. Некоторые артефакты удавалось понять и использовать (как мобили), но большинство из предметов оставались загадками. Все обнаруженные тайники древних надлежало сдать службе эвакуации, которая свозила найденное на склад в Лютеции; служба выплачивала компенсацию нашедшему по твёрдому тарифу, а тем, кто пытался скрыть сокровища древних, грозило уголовное преследование.
В голове у Питера начал зарождаться смутный план. Он внимательно посмотрел на деревенских, затем на эвакуаторов. Затем снова на деревенских, и опять на эвакуаторов. Похоже, местные не сильно им рады, заключил он про себя. Вот если бы местные решили доверить тайник ему, а уже он выступил бы нашедшим и сдал бы его эвакуации, но чуть попозже, а деньги, конечно же, вернул бы им (минус расходы на транспортировку), то было бы очень даже замечательно.
Питер огляделся и увидел старика, по-прежнему стоявшего неподалёку.
– Простите, уважаемый, – начал молодой человек. – Кто в этой деревне староста?
Старик медленно повернул к нему голову, несколько секунд оглядывал его, будто впервые увидел, затем произнёс увесисто:
– Я староста. Жан Легри, к вашим услугам.
Питер окончательно убедился в том, что провидение по-прежнему на его стороне.
– Я Питер Кэтфорд, учёный, Академия наук, – сказал он, стараясь звучать скромно и достойно. – Мы можем поговорить наедине?
Легри снова секунду-две смотрел на него, затем произнёс:
– Конечно.
И пошёл на площадь. Питер, чуть замешкавшись, направился за ним следом. Перед мобилем все трое эвакуаторов слушали бородатого мужика, который, картавя, махал руками и громко говорил:
– …Поэтому, господин лейтенант Мюко, трактир нам нужен! Нам без трактира никак, префектура наконец дозволила, дело за вами только осталось. А что люди пропали, так где не пропадают? И мы от всей деревни вам обещаемся, что более такого не будет, у нас больше не пропадёт никто. –
