— А как же жертвы?! — вскрикиваю я, осознавая, что это нападение может подтолкнуть вампиров к началу ритуала, что прямо сейчас может пролиться кровь...
Золотой огненный вихрь вырывает нас из Столицы, закручивает, пытается переломать кости. Встряхивает так, что кажется, все внутренности вылетели. Выворачивает наизнанку. Арен обхватывает меня, окутывает крыльями.
Снарядом мы вылетаем в жаркий, вонючий воздух. Арен распахивает крылья, взмахивает ими, поднимая нас над пылью.
Рев тысяч глоток и грохот оружия оглушает.
«Ну ничего себе!» — Рассекающая вибрирует в перевязи, а за ней и Пронзающий.
Армия Культа похожа на черную волну, накатившую на светлые песчинки и холмы объединенной армии Эерана, и эта черная гигантская неуемная волна рвется к городу големов, спрятанному под побитым, истерзанным куполом. Рьяно работают катапульты культистов, метая в Пат Турин пылающие камни, те рассыпаются в воздухе, высвечивая ячейки щита.
Паника, на несколько мгновений затмившая разум Арена, отступает. Он оценивает, просчитывает, крепко обнимая меня, работая золотыми крыльями, и я не мешаю — не сейчас, когда нам надо понять, как действовать.
Вестники Культа перекатываются через поднятый кем-то огромный земляной вал, их встречают эльфийские деревья, размахивают ветвями. Эльфы обстреливают врагов с грифонов.
«Нам надо уничтожить армию Культа, — Арен крепче сжимает меня. — Если они откроют проход, одновременно с ними и Безымянным ужасом мы не справимся, надо их уничтожить, ослабить до того, как из-за всплесков магии и атак печать разрушится...»
Сквозь визг катапульт и грохот прорывается холодный, убийственный гул. Земля содрогается от удара, роняя наших и чужих. В армии Культа не только вестники, среди них — живые существа и зомби, и некоторые вестники... слишком похожи на драконов, пусть и трехглазых.
«Лину требуется время для активации гномьего оружия, — сообщает Арен. — Он сделает это прямо в полете, как только приземлятся, сразу откроют огонь... Готова?»
К бою? Нет, но сейчас не до того, готова я или нет, надо сражаться.Включаю зрение Видящей. Армия Культа окутана черной демонической силой, почти скрывающей ее ряды, но в этой тьме разноцветными искрами сверкает вполне обычная магия — обманутые демонами существа рвутся в бой, чтобы уничтожить собственный мир.
Пылает всеми цветами радуги щит над Пат Турином, и в некоторых местах он тоньше, чем в других — его магию тоже затягивает в печать между мирами. К счастью, Видящих среди культистов нет, и они бьют по более плотной части.
Нарастает гул, Эеран вновь вздрагивает от удара Безымянного ужаса. Слишком часто! Похоже, тварь чувствует спешащую к нему помощь. В третий раз за две минуты он с грохотом и ревом сотрясает землю, и по степи с треском пробегает километровая трещина.
Среди войск союзников, бросившихся наперерез врагам, особенно ярко и густо наполнено магией одно место. Ее покровы срывает, уносит в недра Пат Турина, но даже так скрытые в ней фигуры не рассмотреть.
— Там все! — указываю в ту сторону, заглушая дар, позволяя сознанию отдохнуть от слишком ярких пятен.
Арен устремляется туда, резко тормозит. Перед нами проносится ядро катапульты, врезается в опустевшие палатки озаранского лагеря.
Следом за ядром в нашу сторону выстреливают сотни заклинаний, яркие огоньки наполняют воздух. Мы с Ареном одновременно вливаем магию в воздух и формируем сдвоенный щит. Его магию тут же начинает высасывать, но он держится, и мы летим дальше, летим в штаб.
С грохотом и дрожью земли перед армией Культа вырастает новая стена. Отряд из нескольких десятков магов под охраной гвардейцев и драконов в едином порыве поднимает руки, приопускает и поднимает, в такт этим движениям из земли рывками выползают камни, складываясь в стену, тут же разрушаемую вестниками, но это не останавливает попыток магов, и прорыв тут же латается новыми каменными наростами. Среди поднятых рук вспыхивает призванный браслет профессора Имораны, ее темные волосы аккуратно уложены в прическу. Она аккуратна и собрана, словно собралась на урок, а не на войну.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Почему не отступить в Пат Турин?» — спрашиваю я.
«Там сильнее выкачивает магию, войскам не развернуться, мы будем в ловушке», — Арен уворачивается от ядра, оно отлетает в группу войск, но их прикрывает щит. За ровной ячеечной структурой мелькает знакомая фигура с рыжими космами — магистр Саториус, за ним бегут парни и девушки с щитами. Они отступают к Пат Турину.
Катапульты продолжают обстреливать паттуринский щит, ядра теперь метят в дальние его части. Наконец одно попадает в подточенную выкачиванием магии зону, проваливается на купольную крышу и опаляет ее огнем. Тут же в эту зону устремляются другие ядра. Культисты просто проверяли щит!
В тот же миг острие атаки раздваивается, сотни вестников и более мелких фигур обтекают армию Эерана по флангам.
Арен ныряет вниз, к сборищу существ в сверкающей кристаллами броне. Эльфийские наместники, драконы, короли, мрачные личи с костяными посохами. Среди них — Огнад, мелкие черепки на его посохе дергаются, звенят друг о друга.
Сверху пикирует сереброкрылый Рингран — главнокомандующий от империи.
— Стихийники не справляются, пора задействовать щитовиков.
— Мы собирались оставить их на крайний случай обороны Пат Турина! — перекрикивает гул Беарион.
Нас приветствуют короткими кивками.
Истошно ревут в атаке вестники.
— Вражеские личи пытаются поднять наших павших, — замогильным голосом произносит Огнад, черепки на его посохе трясутся все неистовее, мигают алыми глазками.
— Всех личей на передовую, — командует Рингран. — Не дайте поднимать нежить в наших рядах!
Неподалеку в воздухе открывается золотая воронка и выплевывает в пыль Элоранарра, Риэль, императора, Ланабет, Эрршама, Дариона, Нику, Бальтара, Вильгетту, Ингара, Иссену, Геринха с лютней. У Риэль на плече висит базука, а на поясе — десяток боеголовок. Откуда у нее базука? Она умеет с ней обращаться? Как?
Подскочив, убедившись, что Ланабет уже встала, император направляется к остальным правителям. Элоранарр не отступает от Риэль. Мои гвардейцы, растерянно оглядываясь, жмутся друг к другу.
Снова взвизгивают катапульты, но на этот раз снаряды летят не в Пат Турин, да и снаряды не ядра, они вытянутые, похожи на баллоны. Один падает неподалеку от нас, шипит.
Горячий воздух наполняется сладким, головокружительным ароматом, таким знакомым, таким... чарующим.
Зажимаю нос рукавом, Арен тоже.
— Осторожно! — император отшатывается. — Суккубьи феромоны.
Значит, Заранея здесь. И она снова пытается подчинить. На этот раз — всю армию Эерана.
Глава 2
Ника удобнее перехватывает сковороду, оглядывается по сторонам, прикидывая, кого ударить. Вспоминает, что начинать надо с себя, и трескается лбом о чугунное дно.
Император пятится, встревоженно смотрит на Ланабет, и я понимаю, какой ужас он испытывает сейчас, понимая, что может снова оказаться рабом Заранеи.
«Лера, — врывается в мысли четкий голос Арена, — я буду собирать газ воронкой ветра, а ты сжигай его, и баллон спали».
«А если взорвется?»
«Это мелочи».
Ураган вдруг закручивается вокруг нас, поднимает пылинки, треплет волосы. Дикий, ревущий ветер то опадает, то вновь поднимается, унося с собой сладкий запах. Я... снова включаю дар Видящей, так проще управлять магией. Золотая магия Арена вырывается из-под его контроля, норовит утечь в печать между мирами, но он держит ее, а я — я золотыми змеями выпускаю свою магию, пусть грызет баллон. Выдыхаю, и золотое сияние обращается пламенем, устремляется к цели.
— Ложитесь! — кричу я.
— Повторяйте за ними! — приказывает император.
С хлопком разрывается баллон. Подчиненный Арену вихрь тянет отравленный воздух в вышину, я наполняю воронку непокорным, стремящимся вырваться огнем. Газ с феромонами невидим, мы даже не знаем, насколько эффективен такой способ борьбы.
