— Офигеть.
— Только никому, поняла?
— Конечно — конечно, — забормотала одногруппница. — Мне идти нужно, ты не обидишься?
— Конечно, иди, — улыбнулась. — Спасибо, что выслушала.
— Мне было не сложно, главное, что легче стало, — добродушно сказала Марина.
Ты даже не представляешь насколько.
Стоило Марине исчезнуть, как на моих губах появилась гаденькая улыбка. Вся соль не в том, что у паренька резко сократится очередь желающих побывать в его постели. Все не так поверхностно. Егоров покажет фотку своего стручка, и девчонки быстренько всё забудут, не забыв поплеваться в мою сторону. Но на это всё уйдёт немало времени, которого у мистера популярность нет.
Дело в том, что по слухам той самой жёлтой прессы, два самых популярных парня поспорили на свои тачки. Спор заключается в том, что у каждого за год в постели должно побывать минимум сто девушек. Самоуверенный Егоров не торопился, и в его списке имён пятьдесят от силы. Да, успела заглянуть, грешна, но этот гад тогда выкрутился, что это все бред, только вот сейчас я уже в это не верю.
В общем, до конца спора остался месяц. Судя по довольной моське Ивлева, он свою норму выполнил. А вот Егоров благодаря моей скромной персоне, не успеет. И лишится самого дорого, своей несравненной малышки, уж в ней-то он точно души не чает. Приятный бонус для моей обидчивой натуры, и хорошее начало для тайной операции ”Испортить гаду жизнь!”
Мне вот интересно, как у такой доброй, милой мамы родилась злобная, мстительная язва? Могла быть добрее к парню, войти в его положения, принять слабенькие оправдания… Фух, хорошо, что я не добренькая, аж радостно на душе.
— Хватит лыбиться, Синицына, шевели булками, на пару опаздываем, — шлёпнув по заднице, прооралась на ухо стервозина, и к моему счастью и общему сожалению, моя лучшая подруга, Ира.
Гроза местных мажоров и очень хороший человек, между прочим!
— Задницу отбила, — пожаловалась.
— Че там Егоров? Кастрируем с анестезией или без? — уточнила подруга.
Я говорила, что я люблю её? Нет, так вот я её обожаю.
* * *
Обговорить кастрацию Егорова, нам помешал звонок и строгий препод. Мы хоть с Ириной Сергеевной хара́ктерные девчули, но учимся старательно и обычно на парах милые зайки. Поэтому если маман решит навести справки о своей дочери, будет шокировано выслушивать, какая я милая, добрая, старательная. А потом за ужином с опаской интересоваться, не страдаю ли я случаем раздвоением личности.
Эх, что-то я соскучилась по маме, хотя только сегодня утром нацеловывала её спящую и усталую, после ночной смены.
“Какой план?”, - настрочила мне записку Иришка
“Дядя Паша”, - написала в ответ.
Лень было заморачиваться и объяснять доходчиво.
“Ты что, ку-ку? Причём здесь ОН?»
“У Егорова долги по его предмету”
“И-и-и?”
“Тупишь?”
“Это ты, Штирлиц недоделанный! Мне хотелось бы по-русски и желательно с пояснениями”
“Отстань, недалёкая”
“Сейчас кому-то по черепушке настучу!”
— Синицына, у вас там что-то интересное, может, поделитесь? — рявкнул препод, что я чуть ручку и листик в разные стороны от себя не откинула.
— Извините, Евгений Николаевич, что отвлеклась, больше не буду честно-пречестно, — глазками хлоп-хлоп и ногу Ирке отдавить.
— Ай! — громко простонала подруга.
— Долбенко, что с вами? — нахмурился Евгений Николаевич.
Ы-ы-ы-ы! Как же я люблю её фамилию, атас просто.
Подруга краснеет от злости, кто-то свою фамилию не очень любит, а зря. Шикарная фамилия!
— Все в порядке, — бурчит подруга, обидчиво сопя в мою сторону.
Ой, да ладно, как будто я знала, что он спросит… Вру, знала и ждала.
После звонка Ирэн щеки надула, и со мной не разговаривает.
— Куплю пироженко, прости, — подлизываюсь.
— Три, — изрекает Ира, глаза то заблестели.
Моя сладкоежечка.
— Два, — торгуюсь.
— Три, и ты больше никогда не проворачиваешь свои фокусы со мной! — тыкает в грудь.
— Хорошо, но только сначала забежим к дяде Паше, а потом в буфет, идёт?
— О чём разговор, Принцесса? — раздаётся знакомый голос и тяжёлая конечность ложится ко мне на плечо.
— Устинов! — пытаюсь отстраниться, но этот обнаглевший сильнее прижимает к себе.
— Да, милая? — улыбается, сверкая на весь коридор своими ямочками.
Ещё этот запах мужских крышесносных духов.
— Что ты здесь делаешь? За мной следишь? — бурчу, сама аж глаза прикрываю от удовольствия, и без стеснения утыкаюсь носом в грудь.
Максим
— По делам заходил, — отвечаю Кире.
Пользуясь, случаем обнимаю маленькую вредину, пропускаю через пальцы густые волосы и, как можно незаметней, вдыхаю неповторимый запах сирени Вздох, и сердце замедляет свой ритм, чтобы вскоре пуститься вскачь от близости желанной девушки.
Наслаждаясь, моментом ловлю хитрый взгляд Иры. Смелая девушка и верная подруга, которая не побоялась прийти ко мне в офис и потребовать, чтобы я отстал от Киры. Отправить девушку восвояси было бы большой ошибкой, поэтому у нас состоялся долгий и откровенный разговор, после которого девушка сменила гнев на милость. Подмигнул Ире, в ответ получил фирменное закатывание глаз.
— По каким? — оживилась Принцесса.
С лёгкостью поймав серыми глазами в плен, малышка могла выпытать все что угодно, но ей пока рано знать о такой власти надо мной.
— По личным, — отвечаю с улыбкой, заранее догадываясь, как это заденет любопытную Киру.
Прищурив глаза, красавица отстраняется от меня, делая шаг назад.
Как не хотелось бы сократить между нами расстояние, чтобы вновь ощущать себя целым рядом с ней, остаюсь на месте. Убираю руки в карманы и сжимаю кулаки.
Контроль даётся все тяжелее. С каждой встречей, улыбкой, взглядом. Кира выросла, расцвела, и как самый редкий цветок привлекает внимание слишком многих парней. Меня это, не то чтобы беспокоит, скорее, бесит и злит.
Она моя! Колотит от мыслей, что может быть иначе.
— Очередная барышня, — предполагает Кира, поджимая губы.
— Не очередная, — говорю, смотря в глаза единственной.
— Даже так, — раздражённо говорит Принцесса.
— Что тебе не нравится? — усмехаюсь.
— А то, что мне личную жизнь портишь, а своей наслаждаешься, — вспыхнула Кира.
Если бы я ей наслаждался, мы бы с тобой, малышка, не разговаривали здесь, а занимались чем-то более интересным у меня дома.
Кира
— Как я сказал тебе сегодня по телефону, найдешь нормального парня, вопросов к нему не будет, — подмигнул Макс. — Идите, учитесь, мелочи, а мне на работу нужно, Пашка, наверное, там рвет и мечет.
— Какая я тебе вообще мелочь? — разозлилась ещё сильнее. — Я взрослая и самостоятельная девушка.
— Конечно, как я мог забыть, — усмехнулся Макс.
— Бесишь!
— И я тебя люблю, — Макс чмокнул меня в лоб и вальяжно, с присущей ему ленивой грациозности льва, прошелся по коридору, заставляя сворачивать тонкие шеи местных клуш.
— Молчи! - рявкнула, прежде чем Ирка хоть слово скажет
— Это вообще нормально, так обниматься с парнем, к которому ты НИЧЕГОШЕНЬКИ не чувствуешь? — ага, будет Ира молчать.
— Почему не чувствую? Он меня жутко бесит. Это ведь чувство? Или нет? — задумалась.
— Кир.
— Ой, отстань, я его не обнимала, а нюхала, обалденно пахнет, а вот он руки свои распустил.
— Что-то я не помню, чтобы ты была против объятий?
— Значит, у тебя с памятью проблемы, — отрезала.
— Он тебе нравится, — завела свою шарманку.
— Ага, так нравится, удавила бы от чувств.
— Ты куда, разве мы не к дяде Паше собирались?
— Пошли на пару, все настроение шалить отпало, — пробурчала.
— И с чем это связано? — улыбка во все тридцать два зуба.
Нет, сама себе там что-то придумала, сама радуется. Странная женщина.
