на деньги мне плевать. Где ты это дерьмо хочешь набить?
- На всю спину… - голос опять изменил Роби, став тихим и сиплым.
- Дура, бля… - пробормотал мастер.
И Роби даже не стала спрашивать, о ком это он. И так понятно. И еще понятно, что он грубиян, хам и сволочь.
И что зря она сюда пришла.
- Послушайте, - разозлилась она окончательно, желая уже только одного - поставить на место зарвавшегося нахала, - я, может, и не особенно разбираюсь в искусстве, но я клиент. И я хочу татуировку. И мне вас порекомендовали, как самого лучшего мастера. Мне просто нужна была помощь, консультация. А вы ведете себя, как законченный грубиян. Я удивляюсь, откуда у вас столько клиентов при таком дурном характере!
Роби развернулась к выходу, но была остановлена все тем же грубым голосом.
- Короче, если хочешь татуху от меня на всю спину, то я сам рисунок выберу. Только так. И паспорт принеси, что тебе двадцать один есть.
- Хорошо, - Роби повернулась, не веря своим ушам.
Он согласился, согласился! Она не смогла сдержать улыбки.
- Завтра с утра приходи, - Коул тоже чуть улыбнулся в ответ, мгновенно преображая лицо с мрачного-притягательного до невероятно-притягательного.
- Но я… - Роби вспомнила про расписание, - у меня лекции…
- Девочка, - Коул встал и подошел к ней, нависая своей массивной фигурой и обволакивая терпким мужским запахом, - работа займет несколько недель.
- Так долго… - пробормотала Роби, не в силах оторваться от его глаз, ставших, кажется, еще чернее, прерывисто втягивая дрожащими ноздрями его аромат, - почему…
- Тебе всю технологию объяснять? - Усмехнулся Коул, - сначала бьется контур, потом он заживает. Потом заливается цвет. Тоже заживает. Потом делаются детали. Один сеанс длится часов семь-восемь примерно. Впрочем, - подмигнул он ей, - не хочешь, не надо.
- Нет, - Роби упрямо мотнула головой, - хочу. Завтра я приду с утра.
- Хорошо. - Коул постоял еще немного рядом с ней, словно что-то решая для себя, затем отошел в сторону, - ты на машине?
- Нет, - удивленно ответила Роби.
- Где живешь? - он уже вовсю копался в телефоне.
- Зачем вам?
- Такси тебе вызову, дура, здесь нельзя ходить одной так поздно…
2
Девчонка в самом деле пришла с утра. Коул и не ждал. Думал, испугается.
Но нет. Стоит, упрямо подняв подбородок. В глазах вызов.
Коул почувствовал, что опять заводится. Как вчера. Блядь.
Нахера согласился?
Ну пошла бы девка к другому мастеру, ну набила бы себе это дерьмо на всю спину…
Коул вспомнил нелепую картинку в замками, розами и драконами, что она ему показывала и поморщился.
Да уж, бездна вкуса… Впрочем, как и у любого неопытного человека.
Мог бы отпустить…
Не мог.
Никак не мог.
Чем-то зацепила его девчонка. Непонятно, чем.
Может своими глазами, с ореховой зеленцой, может смешной прической из трех пучков, может упрямством своим. Ведь боялась, он видел, что боялась, а настаивала.
Пришла, вся такая чистенькая, хорошенькая, сама невинность, блядь.
Глазки такие удивленные, широко распахнутые.
На него смотрела, как на монстра какого-то.
Словно набросится сейчас и покусает.
Ну, так-то она от истины недалеко ушла.
Покусать ее очень хотелось.
Очень много у нее мест было, привлекательных для кусания.
Коул усилием воли заставил себя не зацикливаться на губах, шейке и прочих дико кусабельных частях тела девчонки и с умным видом посмотрел в предъявленный паспорт.
Роби Ниима. Двадцать один. Неделю назад исполнилось.
- Роби, значит? - Коул кивнул на кушетку. - Раздевайся там. Ложись на живот.
И отвернулся, чтоб не смущать.
Успеет, насмотрится.
Когда повернулся, девчонка уже лежала на кресле, оголившись до пояса.
Коул подошел, сел в кресло.
Легко провел пальцами по золотистой нежной коже.
Кайф. Боже, какой кайф. Чистое удовольствие.
Роби слегка дрогнула под его пальцами. Чуть слышно выдохнула.
Коул прищурился, оглядывая фронт работ. Он уже знал, что бить будет. Идея возникла еще вчера, после ухода этой маленькой, такой упрямой девочки.
Не удержался, огладил тонкие лопатки, беспомощно дрогнувшие под его широкими ладонями. Как крылышки ангела.
- Ты первый раз это делаешь? Ты же знаешь, что будет больно? - голос предательски хрипнул.
- Да, - тихо выдохнула девочка, непроизвольно чуть напрягаясь.
- Расслабься, - он опять огладил тонкую спину, делая легкий успокаивающий массаж, - если будешь напрягаться, будет больнее…
- Да, хорошо, - опять так же тихо проговорила Роби.
Коул нагнулся к ее ушку, еле перебарывая дикое желание ухватить прозрачную мочку зубами, сдавить, так, чтоб девчонка выгнулась и застонала, и предупредил:
- Только уговор - пока работа не доделана - не смотреть. Обещаешь?
- Да, - в третий раз, еще тише, практически шепотом ответила Роби.
Коул позволил себе еще разок провести ладонями от тонкой шеи девочки до ямочек ниже поясницы, и приказал себе абстрагироваться.
Сосредоточиться на работе.
Хотя уже понимал, что сил ему на это потребуется больше, чем обычно.
Гораздо больше.
От первого удара иглы девчонка дрогнула так, словно не татуху делала, а сексом первый раз занималась.
Это сравнение завело опять, вышвырнуло за грань профессионализма в водоворот похоти.
В голове прямо сразу представилось, как он берет ее в первый раз, как она смотрит на него испуганно и доверчиво, как стонет, прикусив пухлую сочную губку, как напрягается от боли. Неминуемой боли. И как он ей, точно так же , как и сейчас, говорит о том, что надо расслабиться. Или будет больнее.
