классах, освещалось в документах. Много делалось выводов. Из числа оставшихся в живых на «Металлисте» самое пристальное внимание, для объяснения той обстановки, приковывает к себе мичман
Василий Семенович Нижний. Знал я его, как и многие другие, по соединению подводных лодок как человека легендарной судьбы, а о подробностях его подвига на «Металлисте» младшему поколению мало что было известно. И естественно, когда стал вопрос о написании в 1942 году истории «А-5», то для меня важно было познакомиться вплотную с Василием Нижним. Это не составляло никакого труда, так как наши экипажи лодок находились вместе в порту потийской базы во время войны, и порой они встречались на некоторых мероприятиях. Когда я поставил в известность комиссара дивизиона батальонного комиссара И.Солоха, что собираюсь после политических занятий предоставить слово о событиях в 1931 году на нашей лодке Василию Нижнему, то он мне примерно так заявил: «Ты с ним поосторожнее, он наговорит вам таких страстей, что некоторые и в море побоятся идти». И вот уже Василий Нижний перед большой группой краснофлотцев и старшин. Все знали, что не мастерством своей речи привлечет Василий Нижний их внимание, и ждали рассказ о загадочной его судьбе на «Металлисте». Он встал перед собравшимися, немного выдержал паузу и в спокойном тоне произнес: «Не имею я права все передавать, что произошло тогда на «АГ-16», а теперь она «А-5», а о себе скажу. Если бы я потерял веру в жизнь, я бы определенно перед вами не стоял, мне и в голову не приходило, что я погибну, хотя на моих руках и перед моими глазами у подволока отсека умирали и тонули люди. Откуда у меня была такая уверенность? Сам не знаю, все казалось, что это учение и обязательно останусь живой, а когда уже услышал работу водолазов у корпуса лодки, то тогда совсем стал героем. Через два дня мы были подняты, когда осталось нас в живых только трое. Сам открывал лодочный люк, вышел на палубу и пытался по всей форме докладывать. Вот и все, и больше подробностей от меня не ждите». Он как бы изменился внешне: взгляд стал тверже, суровее. «Металлист» овладел его чувствами. На присутствующих не страхом повеяло от сказанного мичманом, все увидели в этом человеке образец стойкости и мужества. Василий Нижний стал живым документом тех трагических событий в 1931 году на «Металлисте». Только от него одного можно узнать самые подробные сведения, к нему шли и идут и теперь многие за советом. Широкая и добрая душа у Василия Нижнего. Завоевал он у моряков- подводников всеобщее уважение и признательность. 10 июля 1931 года лодка была поднята и поставлена в завод им. Серго Орджоникидзе. Произведена модернизация – из первого отсека сделали два отсека. Лодка была переименована в «А-5». В 1933 году вступила в строй действующих лодок. И до дней Великой Отечественной войны на ней отрабатываются целые поколения специалистов-подводников для бурно строящегося подводного флота на Черном море. Незадолго до войны дивизион «агешек» из четырех лодок (пятая – «АГ-1» оставалась на ремонте в Севастополе) под командой капитана 3 ранга Боброва был передислоцирован из Севастополя на Кавказ, в подчинение потийской военно-морской базы. Отсюда осенью 1941 года и начались первые боевые пробы «агешек» с разведывательной и дозорной службой под Трабзоном, Ризе, Синопом. Осенние и зимние штормы, непогода, боевые приказы, с которыми шли экипажи в дозор и разведку, готовили их к сложным позициям и боевым поединкам. С этого времени начал свою службу комиссаром на «А-5» и автор предстоящего очерка – тогда старший лейтенант Сколота Яков Куприянович. До этого служил политруком береговой базы 2-й БПЛ, прибыл из Севастополя в Поти в начале ноября 1941 г. на плавбазе «Волга» и был назначен на лодку. Здесь же представлю штатный поименный список личного состава «А-
«. 1. Кукуй Григорий Аронович, старший лейтенант, командир лодки. 2. Сколота Яков Куприянович, старший лейтенант, комиссар лодки.
3. Кочетков Александр Васильевич, старший лейтенант, помощник командира лодки.
4. Широкий Николай Иванович, лейтенант, командир БЧ-1, штурман.
5. Коваленко Федор Александрович, лейтенант, командир БЧ-3, минер.
6. Глушич Василий Артемович, воентехник 2 ранга, командир БЧ-5, инженер-механик.
7. Новиков Никифор Константинович, военфельдшер.
8. Качурин Иван Васильевич, мичман, стар. группы рулевых-сигнальщиков, боцман.
9. Поляков Сергей, мичман, старшина группы мотористов.
10. Насибулин Зенат, мичман, старшина группы радистов.
11. Кокурин Николай Иванович, старшина 1 статьи старшина группы электриков.
12. Дегтяренко Иван Иванович, ст. 1ст. старшина группы трюмных.
13. Огарков Михаил, ст. 2 ст. командир отделения рулевых-сигнальщиков.
14. Колесниченко Александр, краснофлотец рулевой-сигнальщик.
15. Краснянский Михаил, к/ф – «-
16. Кучма, к/ф – «-
17. Фисунов Василий, ст. 2 ст. штурманский электрик.
18. Папуша Дмитрий Андрианович, ст. 2 ст. к/о мотористов.
19. Прокопенко Василий, к/ф моторист.
20. Поздняков Анатолий Петрович, к/ф моторист.
21. Красильников Тимофей, к/ф – «-
22. Иваненко Владимир, к/ф – «-
23. Литвинов Алексей Федорович, старший к/ф электрик.
24. Ворошилин Алексей Иванович, к/ф электрик.
25. Рудь Алексей, к/ф электрик.
26. Краснобай Владимир Никифорович, ст. 1ст. к/о радистов.
27. Дворецкий, к/ф радист
28. Пепеляев, к/ф трюмный
29. Ежов Иван, к/ф – «-
30. Каменцев Владимир, ст. 1 ст. к/о торпедистов.
31. Лысенко, к/ф торпедист
32. Фуртатов, к/ф шифровальщик
33. Алексеев Александр, к/ф кок
34. Долгов, к/ф вестовой.
До конца 1941 года уже немало подводных лодок успешно провели удары по транспортам, конвоям врага, выполнив задачи по постановке минных заграждений, осуществив ряд разведывательных операций, а экипажи этих подводных кораблей обрели боевой опыт и закалку. Тогда как «А-5» только в конце декабря 1941 года вошла в состав оперативной группы подводных лодок, базирующихся на осажденный Севастополь. С этого времени в числе других лодок и наша «А-5» выходила на боевые задания в район Одессы, в этот крупный коммуникационный узел.
Первые, как и последующие наши выходы в этот район не имели успеха, просто не состоялись встречи с вражеской целью. Однако каждый наш выход не мог оставаться бесследным. Этот район и позиция предъявляли большие требования всему экипажу, этому естественно способствовало и то, что мы, хотя и частично, но базировались на осажденный Севастополь. Каждый наш выход, заход и пребывание в нем служили вдохновляющим боевым зарядом в выполнении поставленных задач.
Под не прекращающимися ни днем ни ночью вражеской бомбежкой, артиллерийским обстрелом города, бухт и предпринимаемых мерах врага замкнуть кольцо блокады с моря, в Южную бухту продолжали заходить и причаливать наши корабли, транспорт и подводные лодки. У причалов разгружались строительные материалы для укреплений, боезапасы, продовольствие, горючее, медикаменты. Экипажи и специальные подразделения заняты были разгрузкой в необычайно трудных и опасных условиях. Корабли, доставив и высадив войска, участвуют в артиллерийском обстреле вражеских позиций, принимают на борт раненых для эвакуации. В эти зимние и весенние
