И один Господь Бог ведает, на что похожи ее волосы.
— Извините, сейчас я не готова к собеседованию!
— Приму в расчет. Вы настаиваете на смене одежды? Хотите поехать в отель?
— О, я в порядке, спасибо, — затараторила девушка. Сердце тяжело ухало в груди. Она не верит своей удаче. Ее собираются допустить к собеседованию! Судьба дарит ей второй шанс!
— Хотите позавтракать?
— Нет, спасибо, мистер Зелл.
— Вы голодны?
— Завтрак — вещь не обязательная, — смело заявила Эми.
— Многие люди считают меня чудовищем, — коротко заметил он. — Вы согласны работать с чудовищем, мисс Уортингтон?
— Нет, мистер Зелл.
— Не волнуйтесь, я не чудовище. Если вы голодны или испытываете жажду, пожалуйста, говорите об этом свободно.
— Ну, на самом деле…
— Тогда вперед.
Властная рука осторожно вытолкнула ее во влажный жаркий воздух утреннего Гонконга. Блестящий черный лимузин медленно двинулся к ним. Шофер в зеленой униформе выскочил из автомобиля, подхватил сумку и принялся укладывать ее в багажник, в то время как Антон Зелл помог Эми влезть внутрь.
Дверца захлопнулась, и мир роскоши принял ее в свои объятия. Салон автомобиля был обтянут кремовой кожей, источавшей приятный аромат. Девушка погрузилась в кресло, молча благословляя Бога за мягко жужжащий кондиционер, разгонявший липкую удушающую жару.
Напротив Антон Зелл разговаривал по телефону.
— Переговорим позже, Лавиния, — отрезал он. — Маленькое, но неизбежное бедствие. Как только смогу, свяжусь с тобой.
Лимузин медленно отъехал от стоянки.
— В офис, мистер Зелл? — через плечо спросил водитель.
— Да, Фредди. По пути остановись в Чой-Фэт.
— Хорошо, сэр. — Стекло поднялось, отделяя кабину водителя от салона.
Зелл захлопнул крышку телефона. Она уже успела заметить его сильные, красивой формы руки.
— Итак, что привело вас в Гонконг? — требовательно спросил он Эми.
— Прошу прощения?
— Почему вы хотите получить эту работу? — Его глубокие синие глаза буравили ее насквозь, а внезапные вопросы выбивали из колеи. Девушка старалась не смотреть на своего визави.
— Собеседование уже началось? — спросила она.
— Оно началось вчера в полдень, — резко заметил он. — Почему вам не нравилось работать на компанию «Маккаллам и Ру»? У вас возникли какие-нибудь проблемы?
— Нет, конечно, нет.
— Конечно, нет? Тогда почему вы проделали такой долгий путь в Гонконг в надежде получить новую работу?
— Потому что я способна на большее, чем занималась в «Маккаллам и Ру», — с вызовом ответила она.
— Значит, вы ожидаете, что платить я буду больше, чем ваши предыдущие боссы?
— Это значит, что мне нужна творческая работа, настоящая, — парировала она. — Мне нравится быстрый темп в работе, и мне необходимо чувствовать, что я работаю на пределе и делаю все на высшем уровне. В конце каждой недели хочется оглядываться назад и видеть, что я совершила нечто значительное, достигла результатов, а не просто грела место.
Пока она говорила, он внимательно изучал ее.
— Вы любите рисковать?
На секунду Эми смутилась.
— Я не люблю необдуманный риск, — медленно заметила она. — Но готова рискнуть, если награда того стоит. Кстати, предпочитаю рисковать своим положением, а не положением людей.
— Вы наслаждаетесь чувством ответственности?
— Да, — искренне призналась она, — наслаждаюсь.
— Можете ли вы доставлять проекты вовремя?
— Да, — решительно заявила она.
— Но себя не смогли доставить вовремя, — вкрадчиво указал Антон. — Вы прибыли, — он сверился с часами, — ровно на девятнадцать часов позднее. Вы выбрали рейс, который давал слишком маленький запас времени для отступления, Уортингтон. Вы пошли на риск и в результате потеряли не свое время, а мое. Мое время. Люди, рискующие моим временем, у меня на работе долго не задерживаются.
— Я поняла, — тихо сказала она, сжавшись от упреков.
— Вы знаете, почему я ищу нового личного секретаря?
— Я слышала, что ваш личный секретарь внезапно заболела.
— У Марси обнаружились шумы в сердце. Она не рассказала мне всю правду. Пыталась работать до конца в обычном режиме до приема нового секретаря, но случился приступ, — продолжал он. — Только вчера ее доставили в госпиталь. И сейчас мне срочно нужен кто-нибудь на подмену.
Эми попыталась изобразить улыбку на лице.
— Итак, я здесь, мистер Зелл.
Ответом стало тихое ворчание.
Лимузин притормозил около обочины напротив причала, где рядом громоздился огромный серовато-коричневый плавучий дом. Улыбающийся мальчик подбежал к машине. Антон Зелл опустил окно и в салон ворвался пряный аромат еды.
— Вареную или жареную с корочкой? — спросил он Эми.
— Прошу прощения?
— Вы хотите позавтракать, — терпеливо объяснил он. — В Гонконге завтрак — это лапша. Вы любите жареную или вареную?
— Жареную, — решительно объявила она.
Зелл отдал распоряжения мальчику, и тот вприпрыжку помчался выполнять заказ.
— Джефри Куксон дал вам отличные рекомендации, — продолжал Антон Зелл, внимательно разглядывая свою пассажирку. — Но он все-таки ваш родной дядя.
— Дядя всегда был очень добр ко мне, — ответила она.
— Кажется так. После смерти родителей, по-видимому, вас воспитывал он?
— Более или менее.
— Итак, нам не следует удивляться, что вы для него целый мир, — сухо резюмировал мужчина. — Правда, хорошие рекомендации дал не только он. Ваши первые работодатели из «Чартерис Индастриес» предоставили блестящий отзыв.
— Рада это слышать, — бесстрастно заметила она.
— А также «Маккаллам и Ру». Но люди с блестящими рекомендациями переходят с работы на работу, потому что иногда сами не знают, чего хотят. Они не способны усидеть на месте.
— Только не в моем случае, — уверила его она. Мальчик вернулся к лимузину с двумя чашками лапши и двумя наборами китайских палочек. Эми осторожно взяла свою порцию. Блюдо оказалось на удивление вкусным.
— Восхитительно! — воскликнула Эми.
— Местные жители — отличные повара. А вы выглядели так, будто думали, что я пытаюсь вас отравить.
— Я думала, что это часть теста на выживание, — невинно сказала она. — Заставить соискателя на должность есть уличную еду и посмотреть, умрет ли она. И признаться, я никогда не встречала мультимиллионера, делящего завтрак с портовыми грузчиками.
— В жизни бывает всякое, — тихо заметил он. — Некоторые очень дешевые вещи бывают самыми лучшими. Здесь и еда хороша, и вид чудесный.
