Тем не менее Хэши не стал избегать шефа Мэндиша. Наоборот, закончив инструктировать Лейн, он всем своим видом показал, что готов к общению.
Шеф Мэндиш тут же воспользовался этой возможностью, пересел в соседнее кресло и пристегнул ремень.
– Директор Лебуол, – без экивоков начал он, – я хотел бы узнать, как вы распознали в том мужчине кадзе.
Синие глаза Хэши зловеще сверкнули за испачканными линзами очков.
– Вам это очень нужно? – с притворным дружелюбием парировал он.
Несомненно, Мэндиш имел в виду другой вопрос. Он должен был спросить: «Каким образом вам удалось просчитать его, если даже мы, специалисты, оказались здесь бессильны?»
– Да, очень, – ответил Мэндиш.
Он был грубым солдафоном, с туповатым и бесстрастным лицом. Однако в его невыразительном взгляде угадывалось упорство питбуля.
– И еще я хотел бы узнать, почему вы не остановили его раньше. Ведь что-то во внешности кадзе вызвало у вас подозрение. Вы встали с кресла, прошли через зал и приблизились к нему. И при этом ничего нам не сказали!
Мэндиш говорил с неприкрытой злостью. Он проклинал себя за свой промах.
– Нам просто повезло, что никто из членов Совета не был убит. Если бы вы предупредили нас, охранник службы безопасности остался бы живым. А лейтенант Крендер по-прежнему имел бы левую руку!
Он презрительно усмехнулся.
– При всем моем уважении к вам, директор Лебуол, я не могу понять, о чем вы думали, когда решили действовать в одиночку.
По телу Хэши пробежала дрожь. Его реакция на опасность и унижения, пережитые им несколько часов назад, начинала проявляться в неподходящее время. Чтобы скрыть нервный трепет, он опустил руки на колени.
– Хорошо. Я отвечу на ваши вопросы – но только после того, как вы ответите на мои! Используя ваши слова, шеф Мэндиш, я хотел бы спросить, о чем вы, черт возьми, думали, когда давали мне в помощники такого безмозглого щенка, как Крендер?
Глаза Мэндиша расширились.
Говоря с тяжелым присвистом, Лебуол направлял свои слова, как осиный рой, прямо в его тупую физиономию:
– Я дал ясные инструкции вашему помощнику Инджу и информировал его, что мне нужны люди, способные в любую секунду выполнить мой приказ. Он ответил, что должен посоветоваться с вами. Я счел это грубейшим нарушением субординации. «Если я высказываю просьбу или даю указание сотрудникам полиции Концерна, то ожидаю от них безоговорочного и незамедлительного исполнения без всяких консультаций, подтверждений и советов». Это мои точные слова! Я ясно сказал вашему помощнику, что не знаю, чего ожидать. Но мне хотелось быть готовым ко всему, что могло случиться.
Хэши прочистил горло.
– Поскольку он не удовлетворил моей просьбы, я сказал ему: «Будьте любезны, сообщите шефу Мэндишу, что я требую закрепить за мной одного из ваших сотрудников, который мог бы выполнять мои приказы». Я вновь повторю вам точную фразу. Директор Хэнниш может подтвердить мои слова.
Лебуол искоса взглянул на Койну и заметил, что ее губы слегка приоткрылись от удивления. Вероятно, за долгие годы их совместной работы она еще никогда не слышала, чтобы его голос звучал так сердито.
Шея Мэндиша покраснела от гнева, на щеках появился румянец. Он открыл было рот для резкого ответа, но с Хэши этот номер не прошел. Он не дал ему возможности заговорить.
– Как же вы отреагировали на мое требование? – хрипло спросил Лебуол. – Вы приставили ко мне мальчишку, настолько неопытного и нерешительного, что его медлительность едва не привела к кровопролитию и гибели людей в зале заседаний Руководящего Совета Земли и Космоса! В конечном счете он преодолел свой страх. Он предпринял необходимые действия и спас многие жизни. За это я отдаю ему честь. Но не удостаиваю честью вас, шеф Мэндиш!
Если бы Хэши не контролировал дрожь в руках, его пальцы впились бы, как жала, в глаза собеседника.
– Я являюсь директором Бюро по сбору информации – одним из главных руководителей полиции Концерна рудных компаний! Вы же отнеслись к моему требованию с халатной несерьезностью и не дали мне в помощь человека, который мог бы проворно выполнить мой приказ. Так стоит ли теперь обсуждать наши мотивации и поступки? Возможно, вы согласитесь подождать, чтобы представить свои объяснения непосредственно директору Диосу?
Хэши раздраженно пожал плечами.
– Лично я склонен подождать.
Шеф Мэндиш закрыл рот. Черты его лица казались распухшими от напора эмоций. Бедный человек! Он был обречен на вечную честность. Это чувство делало его абсолютно беззащитным. Мин Доннер с ходу бы осадила Хэши, требуя ответы на свои вопросы. Но ее заместитель не имел такой твердости духа.
Через некоторое время он тихо произнес сквозь зубы:
– У вас имеется веская причина для недовольства, директор Лебуол. Если вы начнете осуждать меня, то мне уже не отбиться.
Сердито нахмурившись, он отстегнул ремень безопасности и направился к своему прежнему месту.
«Конечно, я буду осуждать тебя, – подумал Хэши, глядя ему вслед. – Иначе мне придется подставить под удар себя. Три атаки кадзе стали нашим общим обвинением. В такой ситуации вина ложится на каждого из нас».
Тем не менее он честно признался себе, что наслаждается поражением Мэндиша. Почувствовав взгляд Койны, Хэши повернулся к ней. Невесомость и раздумья туманили ее глаза.
– Мне показалось, что вы были немного неискренним, директор Лебуол, – прошептала она. – Даже такой «щенок», как лейтенант Крендер, выполнил бы ваш приказ без колебаний, если бы вы намекнули ему, какую опасность ожидать.
Хэши вытянул руки, словно демонстрировал ей силу своего самоконтроля.
– Моя дорогая Койна, вы изучали Гейзенберга?
Она покачала головой.
– Очень жаль.
Лебуол поудобнее устроился в кресле и приготовился к посадке шатла на станцию полиции Концерна.
– Если бы вы изучали его, то поняли бы истину Я не знал, чего мне ожидать, пока не наткнулся на кадзе
Еще немного, и он рассказал бы ей правду.
Лейн Харбингер встретила его в доке. Как только шатл заглушил двигатели, и внешний люк платформы закрылся для закачки атмосферы, Лебуол увидел ее угловатую фигуру.
На Сака-Баторе он лично наблюдал за тем, как земные останки Импоса-Элта в плотном стерильном мешке помещались в грузовой трюм шатла. Теперь он следил за их разгрузкой и передачей под заботу Лейн.
Беглый осмотр коридора, в котором взорвался кадзе, убедил его, что толпа любопытных людей затоптала все улики. К тому же коридор был слишком велик для такого тщательного поиска частиц, который Лейн провела в офисе Годсена Фрика. Ему пришлось отказаться от сбора микроскопических фрагментов тела и сконцентрировать усилия экспертов на трупе Импоса-Элта – вернее, на пятнах крови и бесформенной массе плоти. Останки тела были собраны стерильной лопаткой в пластиковый мешок. Каждую найденную прожилку тканей или капельку загустевшей крови отделили от бетона лазерным лучом, поместили в отдельный пакетик и добавили к содержимому мешка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
