Читаем без скачивания Компаньонка - Перихан Магден

Дверь открывается. Умница-красавица цокает каблуками красных замшевых туфель:

— Пожалуйста, проходите.

С порога слышу голос господина директора. Наверное, я действительно нужна ему!

Пересекаю гигантскую комнату с огромными окнами вместо стен, увязая в ворсистом бежевом ковре, подхожу к письменному столу, видимо, от какого-то ультрамодного дизайнера. После рукопожатия — его рука чуть потная, а моя очень холодная, у меня всегда холодные руки, даже в самые жаркие дни, от чего мне всегда неловко, — сажусь в кожаное кресло, на которое он вежливо указывает мне. Точнее, не сажусь, а утопаю в нем. Это уже само по себе неприятно и неприлично. Мне не остается ничего, кроме как изо всех сил стараться держать спину ровно и прижиматься к подлокотнику. Кресло сделано так, чтобы каждый, кто сидит перед господином директором, был вынужден либо утопать в нем, задрав ноги, либо сидеть на самом краю. Наконец пристраиваюсь и начинаю слушать его гнусавый голос:

— Ребенок, о котором идет речь, — дочь моего покойного старшего брата. Ей двенадцать лет. Брат умер три года назад, и наш отец… как бы сказать… весьма неосмотрительно пообещал, что когда внучке исполнится двенадцать лет, мы должны начать выполнять все, что она пожелает. Такая любовь к внукам! Прошлой зимой внезапная болезнь отняла его у нас. Но данное слово в нашей семье — закон.

Мы исполняем все, о чем бы ни попросила юная госпожа. Теперь она захотела отправиться в кругосветный круиз, и мы ищем компаньонку для нее. Должен пояснить еще кое-что. Дело в том, что когда юная госпожа подрастет — когда ей исполнится двадцать четыре года, — она возглавит нашу компанию. Теперь вы понимаете, как нам важно, чтобы путешествие прошло гладко? Дедушка хотел, чтобы семейным делом управляла только наша семья. Он и установил странное правило — не то чтобы странное, а необычное: в каждом поколении генеральным директором становится старший ребенок. Короче говоря, я уже двенадцать лет всего лишь исполняю обязанности генерального директора.

Проболтался.

И. о. директора — среднего роста и средних размеров. У него светло-каштановые волосы, и их довольно мало. Еще у него ровный нос, который, кажется, по жизни задран высоко. Больше в нем нет ничего особенного. Шутить — и то, кажется, давно разучился. Наверное, именно потому на нем очень дорогая одежда. Такая дорогая, что делается скучно. Дорогие вещи скрывают заурядность. Пользуется роскошными духами — из тех, которые создают образ здорового, сексуального и самовлюбленного мужчины. Тонкие, довольно аккуратные руки. Карие, совершенно невыразительные глаза.

— Во время путешествия не только вы будете отвечать за юную госпожу. С ней еще поедут ее гувернантка, госпожа Праймроуз, и бабушка. Правда, вряд ли бабушка сможет всецело посвящать себя госпоже.

Надо же, с каким пренебрежением и даже с неприязнью говорит он о бабушке. А еще какая-то Праймроуз. Но больше всего меня раздражает, что он ведет себя так, будто я уже согласилась на эту работу, и мы обо всем договорились.

Интересно, почему этот человек выбрал именно меня? Оттого, что я сложила бумажный кораблик? Или из-за того, что я неотразима? Или из-за моего лица, внушившего ему доверие? А может, наоборот, он задумал какой-то коварный план и надеется, что когда вверит мне девочку, с ней что-нибудь случится, и он избавится от наследницы империи?

— Вас выбрали по методу госпожи Тамары, — говорит он, будто прочитав мои мысли. — Госпожа Тамара была правой рукой покойного дедушки. Она разработала множество методов управления, которые широко применяются в нашей компании. В дедушкином завещании есть шесть особо важных пунктов, и один из них гласит: «Когда мои правила не дают ответа на вопрос, смотрите в правила Тамары».

Н-да, подумала я, такому дурню руководство семейным предприятием и впрямь доверять опасно. Но дедушкино завещание висит над ним как дамоклов меч, не дает ему развернуться. А когда попадаются ситуации, не предусмотренные завещанием, всегда есть «правила Тамары».

— Тамарин метод прост: на работу следует принимать того кандидата, который придет последним. Правда, выбор делает все равно сама Тамара. То, что вы не заполнили анкету, а сложили из нее кораблик, она считает верным знаком: мы нашли того, кого искали.

Теперь в кабинете чувствуется напряжение. Хотя и. о. делает вид, что восседает в директорском кресле вальяжно и спокойно, из нас двоих сильнее нервничает именно он. Вдруг сбоку открывается дверь, кем-то подпихиваемая снаружи. В кабинет вбегает огромная колли и направляется прямо к господину директору. Поскуливая от радости, трется спиной с длинной-предлинной блестящей шерстью ему об ноги. Меня всегда раздражали морды этих собак. Смотрят так, будто сперли что-то.

Генеральный директор сияет: кажется, это его единственный настоящий друг. Он гладит собаку. Представляю, что каждый день он сидит здесь, в Центре, самое большее — до обеда. Остальное время — корты, парки, клубы, яхты… с собакой.

Решительно входит Тамара. Наверное, поняла, что пора вмешаться. Кто знает — может, она приглядывает за и. о. И корректирует события, когда надо.

— Мэри Джейн Праймроуз — наша гувернантка, — говорит она, будто разговор об этом. — Педагог великолепный. Она отвечает за все, что связано с нашей девочкой. За ее обучение, за то, что девочка ест и пьет, и за то, как она проводит время, в общем, за все. А вот поедет ли в путешествие ее бабушка, еще не решено.

— В нашем семействе многое еще не решено, — глупо хихикнув, встревает и. о. И тут же принимается играть с собакой. Бросает псу желтый резиновый мячик и приговаривает: «Лови, Фигаро! Лови, мой хороший!» Фигаро? Ну и имечко!

Тамара ласково, терпеливо и чуть насмешливо смотрит на и. о., а в ее ярко-зеленых глазах читается: «Ах ты идиот». Затем, пристально глядя на меня, быстро произносит: «На этой должности от вас потребуется… Честно говоря, сложно сказать, что конкретно от вас потребуется… Быть там и не спускать глаз с нашей крошки… Да, наверное, именно так и можно кратко описать ваши обязанности. Я подума… мы подумали, что будет правильно, если она познакомится с кем-то вроде вас и отправится в такое долгое путешествие с человеком, с которым ей будет приятно дружить».

Ну что вы, госпожа Тамара. Перестаньте скромничать. Какое там «мы подумали»! Плюньте вы на этого убогого. Он занят своей собакой и совершенно счастлив. А до нас ему дела нет.

— Речь идет о невероятно талантливом ребенке. Знатоки считают ее юным гением живописи. Она никогда не училась в обычной школе; она читает книги только по тому предмету, который ее интересует. Покойный дедушка верил, что в школах люди напрасно теряют время. Мне кажется, это верный подход. Когда познакомитесь с девочкой, увидите, какая она смышленая и милая.

И. о. внезапно отвлекается от игры с собакой и злобно смотрит на меня: «Вы увидите! Вы всё увидите! Какой она милый ребенок!»

Мне становится неловко. Краснею до корней волос.

Госпожа Тамара делает вид, что ничего не замечает. Бесстрастно, как врач, она продолжает: «С объявлением мы, увы, затянули. Корабль отплывает через три дня. Можем прямо сегодня выдать вам часть суммы авансом: наверное, вам нужно что-нибудь купить в дорогу».

— Неправда! Не надо умалять достоинств нашей гостьи! — опять встревает и. о. — Неправда, что мы поздно дали объявление. Мы давали его много раз. Но никто не догадывался сделать из анкеты кораблик.

Тут Тамара не выдерживает и с презрением, которое даже не пытается скрыть, спрашивает: «Разве у вас сегодня нет какого-нибудь важного собрания? Верховой езды, тенниса, парусной регаты, партии в покер или чего-то в этом духе? Вы обычно очень заняты».

И. о. директора сжимается от страха и заискивающе лепечет: «Вы же велели, чтобы я оставался до конца собеседования». Фигаро яростно лает на Тамару. Никому не позволено обижать хозяина.

Я, кажется, скоро упущу последнюю возможность вставить слово в разговор. «Минуточку, — говорю я. — Во-первых, меня удивляет, что вы оба ведете себя так, будто я уже согласилась на ваше предложение. Мне действительно нужна такая работа. Мне действительно надо уехать из города, потому что мне здесь тесно. Но я не собираюсь ни под кого переделывать свою жизнь и не намерена суетиться, исполняя чьи-то бесконечные требования. Я никогда ни под кого не подстраиваюсь. Я живу, как получится, и повинуюсь только внутреннему голосу. Если я чувствую, что задул ветер перемен, я следую за ним. Именно так я пришла к вам. Что-то привело меня сюда. Но, опять же, это не значит, что я согласна на вас работать. Мне нужно немного подумать. Поразмыслить в одиночестве. Не хочу принимать решение на бегу. Так что не вынуждайте меня сразу отказаться».

Смотрю, как у них обоих вытянулись лица, и от души веселюсь. Они-то были уверены, что все готовы стелиться перед ними. Вообще удивительно, что они выбрали именно меня для такой работы. Но я не собираюсь позволять им чувствовать себя победителями. Я должна подумать. Я должна иметь возможность подумать. Правда, эта самая возможность мне никак не поможет. Но надо хотя бы просто немного подождать. Интересно, куда теперь заведет меня жизнь?