– Арген никогда не отпустит его, – выдохнула чуть слышно. – Это безнадежно. Даже если я сумею выбраться с сыном из Дардааса, он все равно найдет нас и вернет.
Она уронила руки на колени.
«Я могу исполнить твое желание, – послышался тихий смешок. – Перенести тебя с ребенком туда, где ни Арген, ни любой другой дракон вас не найдет. Все что нужно, это твое согласие и капелька крови».
Ей хотелось ответить «да», но здравый смысл оказался сильнее эмоций:
– Откуда мне знать, что вы не обманете? Я даже не знаю, кто вы и с какой целью собираетесь мне помогать!
«Возможно, это поможет тебе сделать правильный выбор…»
Отражение в зеркале поплыло и подернулось рябью. Очертания комнаты поменялись, и Нериль с удивлением поняла, что видит спальню мужа. Ту самую спальню, в которой она провела столько ночей! Только теперь в ней все было иначе.
Суженая Аргена постаралась уничтожить следы своей предшественницы. Даже обивку на стенах сменила. Но кровать осталась прежней. Та самая кровать, на которой Нериль утратила девственность и познала прелести плотской любви.
Сейчас на ней извивались два тела. Одно – женское, хрупкое, с белой кожей, едва прикрытое полупрозрачным шелком сорочки. Второе – мужское, с крепкими мышцами и длинной спиной, по которой рассыпались алые волосы. Оно двигалось медленно и ритмично в полумраке алькова. Свет магических кристаллов, заменявших драконам свечи, сверкал и переливался в рубиновых чешуйках на плечах и лопатках мужчины.
Нериль задержала дыхание. Разум отказывался воспринимать увиденное. Ей казалось, что это кошмарный сон. Арген… Ее Арген с другой.
Нет, не с другой. Со своей истинной, своей новой женой. Которой всего восемнадцать. Она прекрасна и свежа, как бутон, а для него отныне не существует других женщин…
Кроме нее…
До Нериль долетел тихий стон, полный удовольствия. Это заставило ее очнуться и отвести глаза от завораживающей картины.
Внутри ощетинились ледяными иглами обида и ревность.
Взгляд упал на шкатулку, которую оставил Арген. Поднявшись, Нериль на ватных ногах подошла к ней и откинула крышку. Сквозь пелену слез уставилась на россыпь золотых монет, среди которых пламенели драгоценные камни. Рубины. Прощальный подарок от дарга из Рубинового клана.
Дорого же Арген оценил их развод! Этого хватит, чтобы купить целый город.
Стиснув зубы, она положила ладонь на холодное золото и тихо произнесла:
– Что я должна сделать, чтобы он никогда не нашел ни меня, ни Рейни?
«А что ты готова за это отдать?»
Ей показалось, будто холодная пелена обволокла горло и невидимой тяжестью легла на плечи.
– Все что угодно! – процедила Нериль, но сразу поправилась: – Все, кроме жизни и свободы моего сына.
«Они мне не нужны, – мурлыкнул голос, – но кое-что все-таки я заберу».
Она напряглась:
– Что именно?
«Часть твоей жизни».
Нериль остолбенела.
– Я… – голос сорвался. – Я умру?
В ответ раздался смешок:
«О смертные, вы так предсказуемы… Хочешь сбежать от мужа, но в то же время боишься умереть?»
Ее охватили стыд и злость, а голос продолжал:
«Нет, ты не умрешь, по крайней мере, прямо сейчас, но кое-чем все же придется пожертвовать. Я возьму часть твоей жизненной силы, использую ее для заклинания переноса, и в результате ты слегка постареешь. Это не такая уж большая плата за свободу. Каких-то там десять лет».
Нериль поняла, о чем он говорит. Ей, как и любой другой женщине хотелось подольше оставаться молодой и красивой. А вот так за секунду постареть сразу на десять лет?
Ее охватили сомнения.
«Так что, согласна? – продолжал уговаривать голос. – Если да, то возьми сына и то, что хочешь забрать с собой. Я возьму каплю твоей крови, чтобы скрепить наш договор, и перенесу вас туда, где ни один дракон не найдет».
– Нас точно не найдут? – пробормотала Нериль.
Отдавать десять лет было жалко. Это сколько же ей будет? Сорок три? А впрочем, какая разница? Она больше не собирается замуж!
«Драконы не любят Ремнискейн за его ледяные ветра. Так что там ты с ними точно не встретишься».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Как я могу верить тебе?
«Можешь не верить. Можешь остаться здесь и каждый день наблюдать, как счастлив твой муж… бывший муж».
Зеркало все еще транслировало происходящее в спальне Аргена. Она не хотела смотреть, отвернулась даже, но, словно заколдованный, ее взгляд раз за разом возвращался к этой картине. И невольно Нериль видела все, что там происходит. Она кусала губы, пряча эмоции, но сердечная боль была слишком сильна, чтобы справиться с ней.
Ее соперница проигрывала по красоте и воспитанию. Это была девушка из обнищавшей дворянской семьи, выросшая едва ли не со слугами вместе. Рыжая, как и Арген, но в отличие от дарга, ее лицо усыпали веснушки. Она не умела себя вести, не умела одеваться и не обладала тонким вкусом Нериль.
И от этого было в сто крат обиднее!
Не учуй дракон Аргена эту девчонку, он бы в жизни не глянул на нее. Но она шиами – и этим все сказано.
Шиами не выбирают. Это проклятие и благословение даргов. Ее принимают такой, как есть, со всеми достоинствами и недостатками. Даже хромую, беззубую и косую, если не повезет.
И отказаться от такого подарка нельзя. Дракон не позволит. В своем стремлении быть с шиами он убьет любого, кто посмеет его удержать.
Нериль прекрасно знала об этом.
Мелькнула мысль, что нужно смириться. Ради сына. Ну, куда она с ним пойдет? Остаться в крепости, под защитой клана. Арген не откажет, выделит ей с ребенком отдельные покои, а если она захочет – то и крыло. Пусть новая жена развлекает его в постели, а она, Нериль, как и прежде, будет вести хозяйство, следить за порядком и командовать слугами.
Но сердце не желало слушать голос разума.
Оно ныло все сильнее. То сжималось болезненно, то стучало, отдаваясь в висках. А глаза затянуло пеленой из непролитых слез.
Нет, она не останется! Пусть Арген будет счастлив со своей шиами, а она начнет все сначала.
Подальше отсюда. От него и драконов.
– Хорошо! – выдохнула она.
Решительно подхватила шкатулку с отступными и направилась к кроватке сына.
Сердце в панике стучало по ребрам, словно хотело сломать их и вылететь. Внутренний голос пытался воззвать к рассудку, но Нериль сознательно игнорировала его.
Она взяла спящего сына на руки, поцеловала в огненную макушку и твердо сказала:
– Не знаю, кто ты, но отдам тебе все, что потребуешь, за возможность исчезнуть отсюда.
«Принято!» – прогремело в ее голове.
В плечо что-то кольнуло. Нериль увидела алое пятно, быстро расползающееся на рукаве. Она вздрогнула, прижимая ребенка и шкатулку к себе.
Но отступать было поздно: комната подернулась туманом. Этот туман быстро сгустился, потемнел и завертелся со страшным воем, будто Нериль в мгновение ока оказалась в центре гигантского вихря.
Ветер сорвал с шеи Рейни Луннар – амулет, который дарги надевают только своим детям и шиами. Камешек блеснул в темноте и пропал. Зато Нериль почувствовала, как на ее собственную шею опустилось что-то тонкое и холодное.
«Это мой подарок, – прошелестело в ее голове. – Пока эта вещица с тобой, ты и твой сын скрыты иллюзией. Кстати, забыл предупредить…»
Вихрь закрутил сильнее, и конец фразы утонул в завывании ветра. Нериль почувствовала, как ее ноги отрываются от земли, и в панике зажмурилась.
Миг – и все стихло. А потом со всех сторон обрушился гомон толпы, в лицо ударил рассеянный свет.
– Эй, дамочка, – совсем рядом гаркнул мужской голос. – Ехать собираетесь или как? Только вас одну ждем!
Сглотнув, она боязливо открыла глаза. Вокруг простиралась обычная городская площадь, по которой сновали толпы людей. Вдалеке виднелись дома и соборы, а перед самым носом стоял дилижанс, из окон которого выглядывали недовольные пассажиры.
– Так что? – снова раздался тот голос. – Вы садитесь?
Нериль поняла, что это кучер обращается к ней. А еще поняла, что вокруг звучит знакомый говор Ремнискейна.
