Когда Нериль с сыном приблизились, мужчина тяжело поднялся, но продолжил опираться на перила. Странная татуировка на его виске налилась и пульсировала золотистым свечением.
– Я могу остаться на улице, – прохрипел он, глядя ей в лицо. – Но буду очень благодарен, если ты позволишь переночевать в сарае.
Она поджала губы.
– Ма-ам! – Рейни дернул ее за рукав.
Ей безумно хотелось оттолкнуть этого дарга с дороги, войти в дом, захлопнуть дверь у него перед носом и забыть о нем навсегда. Но Рей не даст этого сделать. Драконья кровь толкнет его вслед за незнакомцем, а мальчик еще слишком мал, чтобы контролировать свои инстинкты.
Если она не хочет потерять сына, должна подчиниться. Из двух зол выбрать меньшее.
– Можешь остаться в доме, на кухне, – буркнула без малейшей любезности. – Там есть подходящая лавка.
Она уже проходила мимо него, когда краем глаза заметила, что губы дарга дрогнули в полуулыбке. Но едва переступила порог, как сзади раздался звук падающего тела и детский крик:
– Мама!
Нериль испуганно обернулась.
Дарг лежал на крыльце без движения.
Она оцепенела.
– Что это с ним?
– Мамочка, он же не умрет? – спросил Рей с дрожью в голосе.
– С чего бы это ему умирать? – проворчала Нериль.
Но на душе было тревожно. Упавший в обморок дарг? Это абсурд!
В ответ раздался тихий стон.
Мужчина шевельнулся и попытался подняться. Но, видимо, так ослабел, что руки и ноги не слушались.
– Ну-ка, помоги мне, – Нериль кивнула сыну.
Ей очень хотелось бросить незваного гостя на улице. Но труп на крыльце нужен был точно также, как пятая лапа – собаке.
Вдвоем с Реем они помогли даргу подняться и повели его в дом. Тот цеплялся за стены, скрипел зубами от боли, но шел. Они привели его в кухню, где он буквально свалился на лавку под печкой. На крыльце остался печально воющий пес.
Дарг откинулся на теплый печной бок и прикрыл глаза. Только теперь Нериль разглядела, каким измученным выглядит его лицо. Несмотря на покрывающую его грязь, он был красив, как и все дарги. Но будто бы истощен. Или болен.
Больной дарг? Абсурд не меньший, чем дарг, потерявший сознание как девица!
Но вот он шевельнулся. Непослушные пальцы скользнули по застежкам куртки. Закусив губу, Нериль склонилась над ним и помогла расстегнуть.
На миг их пальцы соприкоснулись. Она отдернула руку, но он успел ее задержать. Сердце Нериль от испуга пропустило удар. А дарг вдруг открыл глаза.
С минуту они смотрели друг на друга в немом противостоянии. Но вот взгляд мужчины прояснился. Он разжал пальцы, и Нериль поспешно отступила.
Она исподлобья смотрела, как незнакомец, назвавшийся Ником, скинул куртку. Под ней оказалась белая батистовая рубашка, вся вымазанная в серебристой крови. Спереди, как и предполагала Нериль, виднелись разрезы. Но, к ее удивлению, раны на груди дарга не затянулись, как и рана на бедре от ее кинжала. Она все еще кровоточила. Интересно, как простой человеческий ножик мог нанести даргу такой урон?
– Риэн, – позвала она, не отводя глаз от мужчины, – разожги печь и поставь котелок с водой. А я схожу, принесу кое-что.
Дрова в печи были сложены заранее, нужно лишь поднести огниво, а с такой ерундой Рейни легко справлялся.
Пока мальчик возился с дровами, Нериль быстро зашла в свою спальню, достала шкатулку с рукодельем, выбрала подходящую иглу и моток крепкой шелковой нити. Когда вернулась, дарг встретил ее настороженным взглядом.
– Что ты собираешься делать?
– Не дать тебе истечь кровью и умереть в моем доме, – неприязненно сообщила она. – Или есть варианты?
Женщина взяла нож, вспорола пропитавшуюся кровью сорочку, а затем и штанину. Тело у незнакомца было худощавое, но крепкое, без единого волоска. Под светлой кожей выделялись рельефные мышцы.
Дарг наблюдал за ней, но не мешал.
– Жалко стало? – понимающе хмыкнул он.
– Жалко? – Нериль выразительно вздернула брови. – Не хочу потом яму копать в огороде и думать, как туда дотащить твой труп.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Одна рана была расположена под левой ключицей, еще две – в левом подреберье. Целились в сердце, но по какой-то причине не попали. Вероятно, жертва оказалась быстрее несостоявшихся убийц. Странно, что он вообще позволил себя ударить.
– Мам, – отозвался Рейни, – вода закипела.
– Отлично. Иди сюда, сынок, будешь его держать, чтобы не дергался.
Дарг сопроводил ее странным взглядом, но ничего не сказал.
Нериль бросила в кипящую воду нить и иглу, а через минуту, поддев ножом, вытащила.
– Если ты решила зашить мне раны, женщина, то проще было окунуть инструменты в крепкое вино или сидр, – прокомментировал дарг.
– В моем доме такое не водится, – отрезала она, вставляя нитку в игольное ушко.
– Разве твой муж не употребляет веселящие напитки?
Она закусила губу, борясь с желанием бросить все и сбежать из кухни. Потом все же ответила:
– Мой муж мертв.
– Извини, – раздалось после паузы.
– Ничего. Просто больше не вспоминай о нем.
* * *
Зашивать раны на дарге оказалось делом непростым. И не потому что он чем-то мешал, наоборот, сидел тихо и даже не вздрагивал, когда она протыкала иголкой кожу. А потому что его кожа оказалась плотной и твердой, точно сыромятная. Сделать в ней дырку было целой проблемой. Нериль даже пожалела, что не приготовила шило. Хорошо, что Рей принес наперсток. Эта маленькая вещичка немного облегчила мучения.
Наконец, последний стежок был сделан. Нериль закрепила нитку, отрезала остаток и удовлетворенно посмотрела на дело своих рук.
– У тебя хорошо получилось, – заметил дарг, пока она накладывала на швы заживляющую мазь и повязки. – Ты лекарка?
Ну, не говорить же ему, что пятнадцать лет прожила в крепости на границе с Разломом и знает о колотых ранах больше, чем местные знахари?
– Я опытная вышивальщица, – она ушла от прямого ответа. – И у меня есть сын, который часто приносит домой ссадины и синяки. А вот ты кто такой? С виду дарг, и кровь у тебя драконья, а такие простые раны не смог зарастить. Как вообще тебя ранили?
– Какая любопытная женщина, – хмыкнул он, откидывая назад упавшие на лицо волосы.
Они у него были короткие, чуть ниже подбородка, и обрезанные так криво, будто их кромсали тупым ножом.
– И что за татуировка у тебя на виске? – добавила Нериль, сверля мужчину недоверчивым взглядом. – Куда она делась?
Золотистый рисунок, еще недавно сиявший на его коже, теперь бесследно исчез.
Дарг усмехнулся:
– Заметила, значит.
– Риэн, иди спать, – позвала она сына, который все это время крутился рядом и таскал пирожки со стола. – Нам с гостем нужно поговорить.
Она сложила руки на груди и приготовилась ждать ответы.
– Мам? – Рей на цыпочках заглянул ей через плечо. – Можно я с вами еще посижу?
– Риэн, иди спать, – повторила с нажимом.
– Ну, ма-ам!
Ситуацию внезапно спас приблудный дарг.
– Слушайся мать, пацан, – он подмигнул Рейни. – Иди спать, я никуда не денусь.
Тот что-то проворчал, повздыхал, но послушался: нехотя поплелся к двери. Когда она закрылась за ним, дарг произнес:
– Я не могу обращаться. У меня нет дракона. Я урод в мире даргов.
* * *
Нет дракона…
Нет крыльев…
Он сказал это спокойным, даже бесстрастным тоном, продолжая смотреть на Нериль. А у той едва сил хватило, чтобы не выдать себя.
В голове эхом всплыли слова: «Увидишь бескрылого дарга – беги!» Уж не об этом ли Нике предупреждал таинственный благодетель? И что же ей теперь делать? Как избавиться от него?
