Читаем без скачивания Предайте павших земле - Ирвин Шоу

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. Только давайте побыстрее! Я ужасно устал.

СВЯЩЕННИК. Служение Господу не терпит суеты, сын мой…

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. В эти дни Ему служат много и часто. От Него не убудет, если вы поторопитесь…

СЕРЖАНТ. Заткнись, солдат.

РАВВИН. Хотите прочитать молитву первым, святой отец?

СЕРЖАНТ. Евреев тут нет (указывает на могилу). Преподобный, не думаю, что вы здесь понадобитесь.

РАВВИН. Как я понимаю, у одного из них фамилия Леви?

СЕРЖАНТ. Да, но он не еврей.

РАВВИН. С такой фамилией лучше не рисковать. Святой отец, вы начнете первым?

СВЯЩЕННИК. Может, нам лучше подождать. В нашем секторе епископ англиканской церкви. Он выражал желание принять участие в похоронах. Он обязательно произносит молитву над павшими в секторах, в которых бывает. Я думаю, нам лучше его подождать. Епископы англиканской церкви очень щепетильно относятся к очередности…

РАВВИН. Он не придет. Он сейчас ужинает.

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. А что делает Господь, пока епископ ужинает?

СЕРЖАНТ. Солдат, не угомонишься — будешь наказан.

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. Я хочу с этим покончить! Похороним их! Они смердят!

СВЯЩЕННИК. Молодой человек, нельзя говорить так об одном из творений Господа…

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. Если это (указывает на могилу) одно из творений Господа, я лишь могу сказать, что у Него творческий кризис…

СВЯЩЕННИК. Ах, сын мой, как много в тебе горечи…

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. Ради Бога, хватит болтать, и покончим с этим. Я хочу засыпать их землей. Я больше не могу выносить этого запаха! Сержант, ну чего они тянут? Они не имеют права держать нас здесь всю ночь. Завтра у нас тоже будет работа… Пусть молятся вместе. Бог сможет понять…

СВЯЩЕННИК. У нас нет желания затягивать службу. Мы должны думать как о мертвых, так и о живых. Как он и говорит, преподобный, Бог сможет понять… (Он встает во главу могилы и начинает читать молитву на латыни. Раввин подходит к могиле с противоположного торца и начинает читать молитву на иврите. По ходу молитв слышится стон, тихий, но отчетливый. Священники продолжают молится. Вновь слышится стон).

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ (под латынь и иврит). Я слышал стон (священник и раввин продолжают читать молитвы). Я слышал стон!

СЕРЖАНТ. Заткнись, солдат (под латынь и иврит).

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ (опускается на колени у могилы, прислушивается). Прекратите! Я слышал стон…

СЕРЖАНТ. И что? Какая война без стонов? Молчи! (Молитвы продолжаются. Еще стон. Первый солдат спрыгивает в могилу).

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. Стонут здесь! Подождите! Остановите этих чертовых попугаев! (Бросает пригоршню земли в священника). Подождите! Здесь кто-то стонет… (Голова медленно поднимается над левым краем траншеи, мужчина встает, лицом к заднику. Солдаты и сержант ахают — служба продолжается).

СЕРЖАНТ. Господи…

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. Он живой…

СЕРЖАНТ. Ну они не могут сразу определить, кто живой, а кто — мертвый? Вытащите его!

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. Остановите их! (Служба продолжается). Выгоните их отсюда. Живым они не нужны…

СЕРЖАНТ. Пожалуйста. Святой отец, вы тут совершенно не причем… Это какая-то ошибка….

СВЯЩЕННИК. Я вижу. Хорошо, сержант. (Он подходит к раввину, они берутся за руки и уходят. Никто на них не смотрит. Солдаты и сержант загипнотизированы мужчиной в траншее, поднявшимся из мертвых. Труп проводит рукой по глазам. Солдаты и сержант дружно ахают… Еще стон доносится с другого края траншеи).

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ (он еще в траншее). Там (указывает). Стонут там! Я слышал! (Голова, потом плечи появляются над краем траншеи слева. Второй труп встает, проводит рукой по глазах, точно так же, как и первый. Над траншеей повисает гробовая тишина. И тут же третий труп поднимается рядом с ПЕРВЫМ СОЛДАТОМ. Тот в ужасе вскрикивает. Выбирается из траншеи. Издалека доносится легкое громыхание артиллерии. Один за другим поднимаются трупы, лицом к заднику, спиной к зрителям. Солдаты превратились в статуи. Внезапно СЕРЖАНТ подает голос).

СЕРЖАНТ. Что вам надо?

ПЕРВЫЙ ТРУП. Не предавайте нас земле.

ТРЕТИЙ СОЛДАТ. А не смотаться ли нам отсюда к чертовой матери!

СЕРЖАНТ (вытаскивает пистолет). Стоять! Пристрелю первого, кто двинется с места!

ПЕРВЫЙ ТРУП. Не предавайте нас земле. Мы не хотим, чтобы нас хоронили.

СЕРЖАНТ. Господи Иисусе. (СОЛДАТАМ). Оставаться на местах. (СОЛДАТЫ стоят). Господи Иисусе. (СЕРЖАНТ убегает с криком). Капитан, капитан! Где, черт побери, капитан? (Голос затихает вдали, переполненный ужасом. СОЛДАТЫ наблюдают за трупами, потом одновременно начинают пятиться).

ШЕСТОЙ ТРУП. Не уходите.

ВТОРОЙ ТРУП. Останьтесь с нами.

ТРЕТИЙ ТРУП. Мы хотим слышать человеческие голоса.

ПЕРВЫЙ ТРУП. Мы не очень-то и отличаемся от вас. Только мертвые.

ВТОРОЙ ТРУП. И все.

ЧЕТВЕРТЫЙ ТРУП. Все… все…

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. И все..?

ТРЕТИЙ ТРУП. Вы боитесь шести мертвых мужчин? Вы, кто сжился с мертвыми, кто перевидал столько мертвых, кто ел рядом с ними, если похоронить их вы не успевали, а есть больно хотелось?

ВТОРОЙ ТРУП. Чем мы отличаемся от вас? Унцией свинца, которая есть в наших сердцах, но нет в ваших. Разница невелика.

ТРЕТИЙ ТРУП. Завтра или днем позже свинец достанется и вам. Поговорите с такими же, как вы.

ЧЕТВЕРТЫЙ СОЛДАТ. Это тот парень… который писал похабные стишки.

ПЕРВЫЙ ТРУП. Скажите нам что-нибудь. Забудьте про могилу, как забыли про нее мы…

ТРЕТИЙ СОЛДАТ. Хотите… хотите закурить? (СЕРЖАНТ возвращается с КАПИТАНОМ).

СЕРЖАНТ. Я не пьян! И не сошел с ума! Они просто… поднялись вместе… и посмотрели на нас… Глядите… глядите сами, капитан! (КАПИТАН СМОТРИТ. Мужчины стоят по стойке «смирно»).

СЕРЖАНТ. Видите?

КАПИТАН. Вижу (невесело смеется). Я ожидал, что такое случится… когда-нибудь. Столько людей гибнет каждый день. Жаль только, что случилось это в моей роте. Господа! Вольно! (Мужчины выполняют команду. КАПИТАН уходит. Нарастает орудийный грохот. Затемнение).

Прожектор освещает авансцену. За столом сидят три генерала. КАПИТАН стоит, докладывает о случившемся.

КАПИТАН. Я рассказал только то, что видел.

ПЕРВЫЙ ГЕНЕРАЛ. Вы это не выдумали, капитан?

КАПИТАН. Нет. Генерал.

ВТОРОЙ ГЕНЕРАЛ. Есть у вас доказательства, капитан?

КАПИТАН. Четверо солдат похоронной команды и сержант,р.

ТРЕТИЙ ГЕНЕРАЛ. На войне, капитан, люди видят много странного.

КАПИТАН. Да, генерал.

ВТОРОЙ ГЕНЕРАЛ. Вы выпили, капитан.

КАПИТАН. Да, генерал.

ВТОРОЙ ГЕНЕРАЛ. Когда человек пьян, он не несет ответственности за то, что видел.

КАПИТАН. Да, генерал. Я не несу никакой ответственности за то, что видел, и рад этому. Я не хотел бы нести эту ношу, вместе с остальными…

ПЕРВЫЙ ГЕНЕРАЛ. Достаточно, капитан, сознавайтесь. Вы крепко выпили, вышли на свежий воздух, на поле недавнего победоносного боя, спиртное, воздух и радость победы ударили вам в голову…

КАПИТАН. Я рассказал вам только то, что видел.

ВТОРОЙ ГЕНЕРАЛ. Да, мы слышали. Мы прощаем вас за это. Мы не осуждаем вас за то, что вы пропустили стаканчик-другой. Обычное дело. Мы понимаем. Поэтому выпейте с нами и забудьте о ваших призраках…

КАПИТАН. Они не призраки. Они — люди, убитые два дня тому назад, которые стояли в своих могилах и смотрели на меня.

ПЕРВЫЙ ГЕНЕРАЛ. Капитан, вы начинаете испытывать наше…

КАПИТАН. Извините,р. Это зрелище не для слабонервных. Я их видел, и что вы, генералы, собираетесь с этим делать?

ВТОРОЙ ГЕНЕРАЛ. Забыть! Человека приняли за мертвого и положили в могилу. Он выходит из комы и встает. Это случается каждый день… на войне такое не должно вызывать удивления. Вытащите его из могилы и отправьте в госпиталь.

КАПИТАН. Госпитали — не для мертвецов. И что вы, генералы, собираетесь с этим делать?

ТРЕТИЙ ГЕНЕРАЛ. Нечего стоять и долдонить: «Что вы, генералы, собираетесь с ними делать?» Пусть их осмотрит врач. Если они живы, отправьте их в госпиталь. Если мертвы — похороните! Все очень просто.

КАПИТАН. Но…

ТРЕТИЙ ГЕНЕРАЛ. Никаких но, сэр!

КАПИТАН. Да,р.

ТРЕТИЙ ГЕНЕРАЛ. Возьмите врача с собой, сэр, и стенографиста. Пусть доктор продиктует официальные рапорты. И, надеюсь, мы слышим об этом в последний раз.

КАПИТАН. Да,р. Очень хорошор. (Поворачивается, чтобы уйти).

ВТОРОЙ ГЕНЕРАЛ. Э… капитан.

КАПИТАН. (Останавливаясь). Да,р.

ВТОРОЙ ГЕНЕРАЛ. Держитесь подальше от бутылки.

КАПИТАН. Да,р. Это все, сэр?

ВТОРОЙ ГЕНЕРАЛ. Это все.

КАПИТАН. Да,р. (Луч прожектора уходит от ГЕНЕРАЛОВ и следует за КАПИТАНОМ, который шагает через сцену. КАПИТАН останавливается, достает бутылку. Два длинных глотка. Затемнение).

Грохот орудий нарастает. Во время сцены с ГЕНЕРАЛАМИ он практически сходил на нет. Вновь освещена братская могила. ВРАЧ осматривает трупы, стоящие в могиле. ВРАЧ вооружен стетоскопом, за ним следует солдат-стенографист, двое солдат-свидетелей и КАПИТАН. ВРАЧ говорит, отходя от первого стоящего трупа.