Боже, бедная моя сестричка. Он выносит ей приговор, ей, а не мне. Нужно успокоиться и расслабиться.
— Плети, зажимы для сосков, анальные шарики, вибраторы, — перечисляет он какие-то вещи, половину которых я не знаю. Он будто на китайском со мной общается. — Все это обязательно на тебе попробую, но не сейчас. Сейчас ты будешь мне сосать.
Айдаров сбрасывает с себя пиджак. Расстегивает пуговицы на белоснежной рубашке, срывает её с себя как салфетку, оголяя безупречные, умопомрачительные мускулы.
Дух. Захватывает.
Я растерялась.
Он реальный вообще?
Разве могут люди выглядеть такими… такими стройными, подтянутыми, безупречными? Он плечистый, загорелый. Чёрт, да у него даже кубики на животе есть. Модель модного глянцевого журнала, в который мне заглядывать запрещено, чтобы не отдаться искушению и не стать распутной девкой, как причитала мудрая мама, воспитывая нас с сестрой строго по каким-то старомодным традициям.
Рустам хищно прищуривается, оголившись до пояса. Щеки уже болят от румянца, по ощущениям покрываются волдырями. Его кожа такая гладкая, как шёлк. Удивительно, но на груди нет ни одного волоска. Впечатляет.
— Итак, жена, урок номер один… горловой минет.
* * *
— Как ты посмела! — мать встряхивает сестру за плечи. — Ты больше не девственница! Господин Айдаров тебя замуж не возьмет! Условие было — невеста невинна.
— Прости… — ревет моя сестра-близняшка. — Так получилось. Я в другого влюбилась.
— Мы разорены. В куче долгов! Одной ногой все в могиле! Они придут за нами…
— Что теперь делать?
— Рустам Айдаров был нашим единственным шансом спастись от бандитов и мы его не упустим. Мия, — мать грозно обращается ко мне. — Переодевайся!
— Что? — я шокирована.
— Живо надела платье сестры! Пойдешь в спальню к господину Айдарову после свадьбы, притворишься сестрой и отдашь ему свою невинность.
Глава 2.
Мужчина рывком снимает с себя брюки, затем трусы.
Мои зрачки расширяются.
Я… впервые вижу член.
Длинная плоть. Мощная.
Он похож на банан.
Я люблю бананы…
А его кончик напоминает шляпку гриба.
В общем, если надеть шляпку гриба на банан, получится… член.
Этот большой толстый монстр, увитый синими венами, с пухлой, ярко-розовой головкой, выпрыгивает из трусов и приветливо пружинит перед моим лицом, как будто приглашает лизнуть его как сочный, сладкий леденец.
Ого, так вот значит как выглядит мужской половой орган!
Я видела пенисы только на картинках в учебнике по биологии.
Тот момент, когда я подглядывала за сестрой в саду, когда она делала минет Вячеславу, не считается. Я видела всё издали…
Он очень большой. Я впечатлена.
Но, к удивлению, мне захотелось к нему прикоснуться, провести рукой по мощной длине, ощутить бархатистость тонкой кожи, даже лизнуть, узнав какой он на вкус.
Говорят, женщинам нравится всё, что можно с ним вытворять: лизать, сосать, двигать по нему рукой, скакать на нем сверху, и еще много других грязных вещей.
— Ты так сильно пучишь глаза, будто испугалась. Или ты удивлена? — шепчет он, уперев руки в бока, будто хвастается своим достоинством, а оно продолжает властвующе покачиваться перед моим пылающим лицом.
И правда, тут есть, чем похвастаться.
Мне кажется или у него весьма особенная длина?
Страшно. Он ведь должен полностью погрузиться в мою девичью плоть, а я слишком крошечная для такого гиганта.
Очень надеюсь, что он меня не порвёт и что крови будет немного. Для этого нужно расслабиться и возбудиться. Если я буду влажной, будет намного легче. Как намазанный маслом войдет.
Робко опускаю взгляд, двигаясь к основанию могучей длины.
Но мне любопытно, рассматривание члена не вызывает отвращение. Наоборот, меня тянет использовать его по назначению. Наверно глубоко в женской сущности просыпается природный инстинкт. Мне интересно, ведь запретное всегда манит…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не бойся, он не кусается. Он трахает. Иногда нежно, а иногда очень, очень жестко.
Сверкая своими тёмными глазами, Айдаров сжимает основание члена двумя пальцами и медленно проводит по нему рукой, чуть надавливая на головку. Величественный орган дергается, щедро выделяя тягучую жидкость. От тяжести разбухшей головки достоинство выгибается дугой.
— Что это такое? — завороженно смотрю на головку, лоснящуюся от серебристой росы. — С-сперма?
— Нет, моя неопытная глупышка. Это предсеменная жидкость. Иными словами, смазка. Сперма выделяется во время оргазма и её, как правило, раз в десять больше смазки. Ты обязательно испытаешь это всё на практике. А я продемонстрирую. Здесь и сейчас.
Голова кружится от волнения.
Низ живота наливается непонятной тяжестью.
А в области половых губ ощущается непривычная пульсация.
— Хочешь ее слизать языком? Попробуй. Это приятно. На вкус как сахарная роса… — уговаривает он меня, поглаживая член.
Орган набухает еще больше с каждым трением руки. Мне кажется, будто мужчине больно. Будто его половой агрегат собирается лопнуть из-за того, что якобы распирает его изнутри.
Я прикрываю веки и повинуюсь. Открываю рот, высунув язык, тянусь к вздыбленной плоти. Касаюсь кончиком языка горячей поверхности головки. Не горячей, а обжигающей и твердой, словно кусок раскаленной стали.
Сердце так сильно стучит от волнения, что закладывает уши.
Но мне… нет, не противно, а интересно… приятно. Это необычно.
Нужно немного смелости, и я его покорю.
Делаю глубокий вдох, сразу же чувствую запах. Пахнет мускусом, парфюмом, и личным запахом мужчины. Запах не вызывает и капли отвращения. Напротив, будоражит.
Я делаю первое движение языком — пробую его на вкус, слизывая вязкую росинку, рассасывая её на кончике языка.
И о чудо, я не умерла! Не грохнулась в обморок.
Он приятный. Мягкий, бархатистый. Как лепесточек розы.
Как же приятно играть с ним язычком.
— Да, Котенок, — мужчина стонет, прикрывая глаза и забавно дергается, когда я пытаюсь шевелить языком, лаская его. — Двигайся. Смелее, работай своим дивным язычком.
Голос мужчины меняется, меня это вдохновляет, подстегивает выйти за рамки скромности, выключить голову и просто отдаться порочному влечению.
Стать другой. Попробовать что-то новое. Увидеть другую жизнь без запретов и строгого контроля. Просто быть собой. Делать то, что хочется, а не сидеть в плену ежовых рукавиц авторитарной матери.
Жёсткие пальцы скользят к моему затылку, погружаясь в волосы. Рустам резко хватает меня за волосы, сжимая пальцами несколько прядей. Он начинает дёргать меня на себя, задавая темп.
— Шире рот. Хочу глубже войти.
Я открываю рот. Теперь он скользит в меня сам, погружаясь на пол длины, растягивая мои щёки и губы своими объемами.
— У тебя пухлые губки, загляденье. Приятно, когда ты так туго сжимаешь ими мой ствол, а язычком полируешь всю длину.
Мне хочется что-то спросить, но я не могу говорить с таким массивным предметом во рту. Айдаров начинает входить ещё глубже. Он двигается сам, а я лишь шевелю языком, подставляя его под движения твёрдого и горячего поршня.
— Давай больше слюны и дыши носом. Сейчас попробуй двигаться сама.
Он останавливается, я пробую.
Плотно смыкаю губы и поддаюсь вперед, пытаясь нанизаться до самого паха. Не выходит. Размер не мой. Нужно долго работать и разрабатывать рот, подстраивая королевский орган под себя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Молодец. Стараешься. Твой ротик очень сладкий. В нем тепло и хорошо, можно кончить за секунду.
Я вхожу во вкус, понимаю, что в этом нет ничего сложного. Разве что губы уже припухли и болят. Надо обязательно смазать их бальзамом после того, как всё закончиться. Ведь я очень стараюсь во благо семьи.
Понимаю, что в минете ничего особо нет сложного. Нужно сосать половой орган как будто ты сосешь конфету на палочке, или эскимо. Проблема заключается в длине и в толщине мужского прибора. Тот, орган, который достался мне — не самый лучший вариант для первых практик.
