Вот это-то и была главная сенсация. Гаккель считал, что сравнительно недавно хребет Ломоносова находился над водой и представлял собой целый материк, если и не соединявший Азию и Канаду сплошной «перемычкой», то отделенный от них неширокими проливами.
Давно уже обнаружили, что в местах, где к канадскому и азиатскому берегам примыкают хребты Ломоносова и Менделеева, крайне схожее геологическое строение берегов. Ученики и последователи Гаккеля обратили внимание, что растительному миру Таймыра полагалось бы быть схожим с флорой близлежащей Чукотки. Однако между ними немало различий, а сходства как раз гораздо больше между флорой Таймыра и Канадского арктического архипелага. И, наконец, птицы. С тех пор как в тех местах стали вести регулярные наблюдения, обнаружилось: птицы отчего-то питают странную, непонятную тягу к высокоширотным районам Северного Ледовитого океана, где им вроде бы попросту нечего делать – никакого пропитания там нет, одни льды. Один из лучших знатоков животного мира Арктики профессор С. М. Успенский лично наблюдал у Северного полюса не менее двадцати видов птиц. А черные казарки что ни год летают стаями зимовать в Канаду, причем их путь пролегает точно над хребтом Ломоносова. Очень похоже, что генетическая память птиц хранит сведения о былой суше, на которой можно передохнуть…
Гаккель был серьезным ученым, доказательства, приводимые им, выглядели убедительно – и ученый мир его гипотезу принял. В последующие годы геологические исследования образцов пород, добытых на хребте Ломоносова, показали: всего две с половиной – три тысячи лет назад хребет Ломоносова еще пребывал над водой в виде если не сплошной полосы суши, то цепочки достаточно крупных островов. Это времена, когда уже стояли египетские пирамиды, когда не в одном Египте люди жили в городах и имели письменность. А что было четыре, пять тысяч лет назад? Что было тысяч десять лет назад, двенадцать, перед Всемирным потопом, который, и тому немало доказательств, все же случился когда-то в виде общепланетной катастрофы?
Остается сделать один-единственный шаг и предположить: что, если в свое время в Арктиде обитали люди, создавшие свою цивилизацию? В этой гипотезе нет ничего фантастического или невероятного. Особенно если учесть, что несколько тысячелетий назад климат в Арктике был гораздо мягче, температура выше, и не было никаких льдов (правда, и тогда должны были сохраняться полярный день и полярная ночь длиной в несколько месяцев, а солнце двигалось по небу совсем не так, как это можно наблюдать южнее Арктики).
Ничего невероятного, одним словом. Всего-навсего еще одна обитаемая земля, впоследствии ушедшая под воду то ли в результате катаклизма, то ли медленного погружения. Давным-давно обнаружено: во многих местах Европы и Азии некогда море находилось гораздо дальше от берега. На дне находят и здания, и продолжения русел впадающих в моря рек. Причем, как предполагают, в очень многих случаях суша погружалась достаточно медленно и люди успевали покинуть насиженные места.
Попробуем порассуждать теоретически, без особой фантазии. Некоторые считают, что Арктида погрузилась в результате тех же катаклизмов, что примерно двенадцать тысяч лет назад смахнули с лица земли достаточно высокоразвитую цивилизацию, знавшую как минимум электричество. Доказательства есть. Древнеегипетские настенные изображения, в которых усматривают электрические лампы, можно трактовать по-разному. Совершенно иначе обстоит дело с сосудиками, обнаруженными при раскопках в культурных слоях времен шумеров, примерно возрастом в два с половиной тысячелетия. Они могут быть только электрическими батарейками, их существование – суровый факт. Отрицать его невозможно, внятных объяснений нет, а потому ученый мир, как обычно в подобных случаях, предпочитает вежливо помалкивать и лишний раз о неудобных находках не упоминать.
Правда, версия о катаклизме, накрывшем Арктиду двенадцать тысяч лет назад, опровергается и теми самыми данными геологов, о которых я только что упоминал, и другими фактами – но о них чуть позже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Арктиду могло погубить и что-то другое. Увы, когда речь заходит о горообразовании (как поднятии, так и опускании гор), геологи разводят руками: «Механизм горообразования недостаточно изучен». На обычном языке «недостаточно изучен» звучит как «остается загадкой», но ученый мир таких вульгарностей не любит и предпочитает более уклончивые обороты. Благо придраться не к чему – ведь и в самом деле недостаточно изучен… Можно сформулировать и так.
Уже в совсем близкие к нам времена случались интересные казусы с землями, которым полагалось бы возвышаться над уровнем моря – но потом они загадочным образом пропадали и на том месте простиралась лишь морская гладь. В XVII веке несколько раз бывало, что в Тихом океане капитаны обнаруживали не просто торчащие из воды скалы, а острова приличных размеров. По тем или иным причинам, будучи не в состоянии причалить, остров наносили на карту и плыли дальше. Однако последующие экспедиции ничего на этом месте не находили – один бескрайний океан.
Добросовестность старых капитанов сомнению не подвергалась. Объяснение выдвигали другое: имевшиеся в их распоряжении навигационные приборы были крайне несовершенными, и поневоле появлялась погрешность в пару сотен километров. Какое-то время это объяснение выглядело вполне убедительным – вплоть до XX века. В конце концов Тихий океан был изучен, как собственная квартира. А острова тем не менее так и не нашли.
Возможно, вулканы. Подводные вулканы – не фантастика, а вполне реальное явление, давным-давно обнаруженное и неплохо изученное. Порой их извержения влекут интересные результаты: над водой появляется небольшой остров, скорее скала – а потом исчезает в глубине. Подобное лет шестьдесят назад наблюдали у берегов Японии.
В одном из своих лучших романов «Удивительные приключения дядюшки Антифера» Жюль Верн изобразил именно такой эпизод. Богач Камильк-паша решил перед смертью спрятать свои сокровища на каком-нибудь островке, непременно необитаемом. Он долго бороздит Средиземное море, находит в конце концов подходящий островок и прячет там бочки с золотом и драгоценностями. Через несколько десятков лет наследники тех, кому он завещал свои сокровища, получив точные координаты, приплывают туда – но никакого острова нет, одна морская гладь. Подводное извержение выперло на поверхность огромную скалу, но вскоре она вновь погрузилась – в недолгом промежутке между этими двумя событиями островок и навестил Камильк-паша…
В другом романе Жюль Верн поместил в районе Северного полюса остров с извергающимся на нем вулканом – во времена, когда и о подводных извержениях мало что знали, и Арктика была совершенно неизученной («Путешествия и приключения капитана Гаттераса»). Он и здесь, как не впервые в своем творчестве, оказался провидцем.
Гаккель помимо прочего занимался еще и подводной вулканологией и предвидел существование на склоне хребта Ломоносова вулкана (подобные хребты с вулканами известны и в других океанах).
Доказательством может служить один загадочный случай. Многие уже подзабыли, что такое дрейфующая станция «Северный полюс». Напомню. На солидную льдину высаживали нескольких человек с палаткой и прочим снаряжением, и они несколько месяцев на ней дрейфовали, ведя самые разнообразные наблюдения. С 1937 года таких экспедиций состоялось, насколько я могу навскидку припомнить, не менее дюжины – правда, новых давненько уж не случалось.
Так вот, в ноябре 1954 года в вахтенном журнале станции «Северный полюс-3» дежурный оставил запись: «Сильный треск, напоминающий раскат грома, после чего немедленно послышался резкий запах сероводорода. Льдина, на которой находился лагерь, треснула. В результате лагерь разделился на две части. Трещина разошлась местами до пятидесяти метров за несколько минут».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мало того, у одного из полярников после этого обнаружились признаки сильного отравления. Классические признаки извержения: сероводород, ядовитые газы, способные не то что отравить, но и убить человека. Этим случаем занимался Гаккель. Он обнаружил, что станция находилась тогда аккурат над одной из вершин хребта Ломоносова, как считал Гаккель – вулканом…
