Читаем без скачивания Партизанская война в 1812 г. - Сайидгюсин Курбанов

Армия Наполеона, переброшенная из районов формирования Штеттина, Магдебурга, Лейпцига, развернулась в начале июля 1812 г. за Вислой на линии Варшава, Кенигсберг, использовав герцогство Варшавское как удобный плацдарм для вторжения в Россию.

Левое крыло составляло главную группировку армии и состояло из 1-го, 2-го, 3-го пехотных корпусов и гвардии (218 тыс. человек и 527 орудий). Наполеон, лично командуя этой группой войск, развернул их на линии Торн—Данциг для последующего движения через Ковно на Вильно.

Центр армии под командой Евгения Богарнэ состоял из 4-го, 6-го пехотных корпусов и 3-го кавалерийского корпуса (82 тыс. человек и 208 орудий). Войска центра предназначались для обеспечения действий левого крыла французской армии и в то же время для наступления в полосе между Гродно и Ковно с целью разъединения 1-й и 2-й русских армий.

Правое крыло армии под командованием короля вестфальского Иеронима состояло из 5-го, 7-го, 8-го пехотных корпусов и 4-го кавалерийского корпуса (78 тыс. человек и 159 орудий). В задачу этой группы войск входило: движением на Гродно оттянуть на себя русских и обеспечить наступление главным силам армии Наполеона. Никогда за всю историю русскому народу не приходилось до той поры обороняться от такого могучего агрессора, как Наполеон. И Россия повергла в прах напавшего на него великана и уничтожила.

«…С французами у нас колеблется и так и сяк, но кажется война будет неизбежна, знайте это для себя, ибо есть о сем секрет…»{2}

Действительно, на Пиренейском полуострове Наполеон не мог считать себя победителем: испанский народ продолжал героически, мужественно оказывать сопротивление. За Ламаншем находилась Англия, могущественная держава, которая была полна решимости бороться за свое господствующее положение. В Восточной Европе существовало обширное русское государство, проводившее независимую и самостоятельную политику. Наполеон перекроил политическую карту Европы по своему произволу: создал новые государства, видоизменил границы одних и милостиво оставил в прежних размерах других. Власть Наполеона над подчиненными государствами не ограничивалась политическим и национальным угнетением. Едва ли не больше он стремился поработить захваченные государства и в экономическом отношении. Введенная Наполеоном в 1806 г. система континентальной блокады Англии имела своей задачей не только задушить своего самого могущественного противника, но и поставить побежденные страны в экономическую зависимость от французской буржуазии. Россия являлась препятствием на пути к мировому господству французской буржуазии. Необходимо было устранить это препятствие, и Наполеон решил покорить Россию. Он полагал, что после порабощения России ему нетрудно будет справиться с Англией. В частности, Россия представлялась ему и дорогой в Индию, к важнейшему источнику английского могущества и богатства. Накануне, 10 (22) июня, посол Наполеона Ж.-А.-Б Лористон вручил в Петербурге управляющему Министерством иностранных дел России А.Н. Салтыкову ноту, в которой говорилось, что Наполеон «считает себя в состоянии войны с Россией». В ночь на 12 (24) июня 1812 г. Великая армия, Наполеона численностью 420 тысяч человек внезапно переправилась через пограничную реку Неман и вторглась в пределы России. Наполеон напал на Россию в 1812 г., находясь в зените своей славы.

Большинство показаний колеблется между 400 и 470 тысячами. Цифра 420 тысяч — цифра, на которой останавливаются чаще всего показания, говорящие именно о переходе армии Наполеона через Неман.

Государь Александр I жил в это время уже более месяца в Вильно со всем двором и с графом Аракчеевым, делая смотры и маневры русским войскам.

В этот самый день, в который войска императора Франции Наполеона перешли через Неман русскую границу и, оттеснив донских казаков, заняли русскую территорию, император России Александр I был на балу, ничего не подозревая о войне. В разгар этого веселого праздника, при начале мазурки, один из флигель-адъютантов с озабоченным видом подошел к российскому государю и, наклонившись, на ухо, шепотом передал ему известие о вторжении французов в пределы России. Александр I удивленно вскинул свои глаза на говорившего адъютанта, оставил одну из польских дам, с которой до этого времени разговаривал, взял флигель-адъютанта под руку и отошел с ним в отдаленный угол залы, на ходу движением руки подозвав к себе графа Аракчеева. До слуха присутствующих, где стояли эти трое людей, — и только до ближайших, — долетели следующие слова государя: «Без объявления войны вступить в Россию! Я помирюсь только тогда, когда ни одного вооруженного француза не останется на русской земле». Известие о переходе французской армии через Неман стало известно всем присутствовавшим на балу через несколько минут. Русские негодовали, поляки торжествовали, хотя, конечно, явно этого в данное время не высказывали. Возмущенный наглым поступком Наполеона — того, кого он еще так недавно называл своим другом, Александр I остался, однако, до конца бала.

После окончания бала Александр I, возвратившись к себе домой в замок Кейстута, немедленно послал за своим статс-секретарем Шишковым и приказал тотчас же написать приказ по войскам и рескрипт фельдмаршалу князю Салтыкову, требуя непременно, чтобы в последнем были помещены слова о том, что он не положит оружия до тех пор, пока хотя бы один вооруженный француз останется на русской земле. На другой день было написано Александром I письмо к Наполеону следующего содержания:

«Государь, брат мой! Вчера дошло до меня, что несмотря на прямодушие, с которым соблюдал я и мои обязательства по отношению к вашему императорскому величеству, войска ваши перешли в районе Немана русские границы, и только лишь теперь получил из Петербурга ноту, которою граф Лористон извещает меня по поводу этого вторжения, что ваше величество считает себя в неприязненных отношениях со мною с того времени, как князь Куракин потребовал свои паспорты. Причины, на которых герцог Бассано основывал свой отказ выдать эти паспорты, никогда не могли бы заставить меня предлагать, чтобы поступок моего посла послужил поводом к нападению на Россию. И в действительности он не имел на то от меня повеления, как было объявлено им самим; и как только я узнал об этом, то немедленно выразил мое неудовольствие князю Куракину, повелел ему исполнять по-прежнему свои обязанности. Ежели ваше величество не расположены проливать кровь ваших подданных из-за подобного недоразумения и если вы согласны вывести свои войска из русских владений, то я оставлю без внимания все прошедшее, и соглашение между нами будет возможно. В противном случае я буду принужден отражать нападение, которое ничем не было возбуждено с моей стороны. Ваше величество еще имеет возможность избавить человечество от бедствий новой войны.

Письмо это император Александр отправил для передачи лично императору французов с тем самым флигель-адъютантом, который первый передал ему известие о вторжении неприятеля в пределы русской земли.

По странной исторической случайности посол русского государя был задержан в неприятельском лагере и через несколько дней уже снова в Вильне, в том самом замке Кейстута и даже в том самом кабинете, откуда отправлял его русский император, получил аудиенцию у императора французов, который и вручил ему письмо с дерзким и заносчивым ответом императору Александру, полное лживых обвинений и непомерных требований. Это письмо было последним письмом Наполеона к Александру, и война началась.

12 июня армия Наполеона перешла р. Неман у Ковно и направлена была между 1-й и 2-й армиями, имея целью разъединить их и в отдельности каждой нанести поражение. 1-я и 2-я армии, чтобы избежать поражений порознь и с целью соединения, должны были быстро отступать в Ковно.

14 донских казачьих полков под начальством атамана Платова при отступлении от Немана прикрывали 2-ю армию Багратиона. С 12 июля корпус Платова действовал в тылу корпуса Даву между Могилевом и Оршей, с 1 августа в тылах главной армии в районе Рудни от Немана до Смоленска казачьими войсками было взято в плен 1303 французов.

Когда наполеоновские войска перешли Неман, об этом доложили царю Александру I, который в это время находился в Вильно. Там он призвал к себе военного министра М.Б. Барклая де Толли, чтобы обсудить с ним первые распоряжения. Царь Александр I послал к Наполеону своего генерала Балашова с предложением начать мирные переговоры при условии обратного отхода наполеоновской армии на левый берег Немана. Но Наполеон отказался от предложения отвести свою армию назад, и война с Россией началась. Наполеон составил план молниеносной войны с Россией, рассчитывая сразу же, на границе, встретиться с русскими войсками, которые он надеялся разъединить и разбить по одиночке. Двинув главные силы своей армии на Вильно, он действительно вклинился между расположением стоящих перед ним армий Первой (под командованием Барклая де Толли) и Второй (под командованием Багратиона). Движение корпуса Даву на Минск имело целью охватить фланг Второй армии. Наполеон жаждал генерального сражения, ускорял движение своих войск на восток. Он, конечно, правильно рассчитывал, что успех в России может ему дать лишь быстрое окончание войны. Когда армия Наполеона, во много раз превосходившая своими силами русскую армию, перешла Неман, русское командование признало невыгодным для себя в этих условиях дать генеральное сражение и отдало приказ о немедленном отступлении на восток, в глубь страны, ведя в то же время тяжелые арьергардные бои с французами. Рвавшийся вперед враг захватывал все новые и новые области. Население русских городов и деревень массами уходило с обжитых мест вслед за отступающими войсками, истребляя то, чего нельзя было взять с собой. Те, кто не успели еще уйти — старики, больные женщины, испытывали ужасы вражеского нашествия. Грабежи, насилия, мародерство со стороны армии французов заставляли оставшихся в деревнях крестьян разбегаться и прятаться по лесам. Озлобленные унижением родины и жестокостями врага, они начали организовываться в партизанские отряды{3}.