я отказывалась занять второе место в этой игре.
Я подошла ближе, затаив дыхание. Он отрезал мне путь к клубу, а на улице не было никого, кто мог бы прийти мне на помощь. В момент, когда снова услышала его смех, я преодолела несколько машин. Теперь мне нужно было перейти открытое пространство. Господи милостивый. Он непрерывно ходил между машинами. Я взглянула на монету в своей руке. Затем отвела руку назад, отбросив её как можно дальше.
Как только я сделала первый шаг, то услышала, как он мрачно и демонически посмеивается, что-то бормоча себе под нос и устремившись на звук, я бросилась к своей машине, пригибаясь к земле. Моя рука дрожала как осиновый лист, но мне удалось вставить ключ в замок, и, когда я открыла дверь, меня охватила паника. Слава богу, петли не скрипнули. Закрыв дверь, я вставила ключи в замок зажигания, и выглянула в лобовое стекло, прежде чем завести двигатель.
Или, по крайней мере, я попыталась.
Боже. Она не завелась. Серьёзно? Ещё одна волна ужаса нахлынула на меня, когда я увидела, как он медленно поворачивается. Ох, боже мой. Он вытащил что-то блестящее из кармана. Оружие. Мне было всё равно, нож это или пистолет. Мне нужно было убираться отсюда.
Он не торопился, осматривая парковку, пока приближался ко мне. Я втянула воздух и задержала дыхание, досчитав до пяти, прежде чем снова попытаться завести двигатель. Когда машина завелась, я ликовала, но это длилось недолго, так как мужчина сорвался с места. С моих губ вырвался визг, но я успела переключить передачу на задний ход, сдала назад, а затем была вынуждена ударить по тормозам, едва не врезавшись в другую машину. Как только переключила передачу, включив двигатель, я резко нажала на педаль газа, по моему лбу потекли струйки пота, но я отказывалась снимать маску на случай, если случайно стала его мишенью.
Выехала на дорогу и не останавливалась, но в зеркале заднего вида видела, что он всё ещё бежит за мной.
К тому времени, как выехала на шоссе, я, наконец, смогла вздохнуть свободно. Я не могу пойти в полицию, они поднимут из-за этого шумиху. Мой контракт. Моральное положение. Слёзы выступили на глазах, но я была в безопасности. Было ли это на самом деле?
* * *
— Возьми трубку, чёрт возьми, — сказала я мимоходом, и к пятому звонку услышала то же самое, что и в прошлый раз. И в тот раз да этого. В первый раз голосовая почта Джинни была заполнена. Почему она не отвечает?
Она проводит так много времени со своим парнем, что именно поэтому её не было дома прошлой ночью, когда я примчалась в квартиру, дрожа как осиновый лист, пытаясь запереть дверь на засов. Я осталась в темноте, уставившись в окно, ожидая, что чудовище в любой момент может ворваться в мою дверь.
Заснула, только когда над горизонтом забрезжил рассвет.
Я повесила трубку, испытывая отвращение к тому, что не смогла с ней связаться. В таком случае мне придётся ехать к её парню, хотя я и не до конца уверена, где именно он живёт. Чёрт. Меня подташнивало, в животе поселились бабочки.
Фотосессия была трудной, даже труднее, чем обычно. И долгой. Я проработала десять часов и была измотана. По крайней мере, за нее хорошо заплатили, и я смогла отвлечься от ужасов прошлой ночи.
Но кто-то прислал на фотосессию странные, кошмарные розы. Может быть, когда-то они и были прекрасны, эта дюжина белых роз, но края их уже потемнели от времени, и они поникли в вазе. Открытка была адресована мне. Я поговорила с флористом, но девушка смогла определить только то, что заказ был сделан через Интернет. После этого я, не сказав больше ни слова, помчалась домой, постоянно оглядываясь через плечо в поисках призраков и гоблинов. Иисус Христос.
Мои руки дрожали, пока я возилась с ключом, наконец вставила его в замок и открыла дверь. Там горел свет, что означало, что подруга вернулась домой. Слава Богу. Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоить своё быстро бьющееся сердце.
— Джинни! Ты здесь? — я позвала её, как только закрыла и заперла дверь. — Мне нужно с тобой поговорить.
Я бросила свои вещи и улыбнулась, услышав, что из её комнаты доносится ее любимая музыка в стиле хэви-метал. С ней всё в порядке. Всё будет хорошо. Мы вместе придумаем, что делать дальше. Я рассмеялась, представив Джинни в её обычном наряде. Этой девушке удалось сделать так, что кожа и цепи прекрасно на ней смотрелись, чего у меня никогда не получалось.
Я буду вынуждена сказать ей, что у меня появился преследователь. Тогда она убедит меня, что мне нужно обратиться в полицию. Боже. Это так плохо. Я всё испортила. Почему? За что? Почему я захотела провести вечер в одиночестве? Почему я захотела притвориться кем-то другим?
Мы с Джинни не были похожи друг на друга, но смогли подружиться, и прожили пару лет в одной квартире, несмотря на то, что я добилась успеха в модельном бизнесе, в то время как она испытывала некие сложности. Тем не менее, у неё был богатый парень, и она редко оставалась дома. Может быть, я посоветую ей пожить у него недельку-другую. Просто на всякий случай. Это будет наилучший план.
А что насчёт тебя?
Я не могла просто взять и уехать, хотя работа моделью и ненависть к Лос-Анджелесу и всем фальшивым людям постоянно усиливались. Но вернуться домой было невозможно. Я рассмеялась. Мой дом больше не в Новом Орлеане. И моей матери на это наплевать. Я была для неё всего лишь обузой. Господи. Я даже толком не могу нормально соображать.
Успокойся. Дыши.
— Джинни! — позвала я снова, стараясь не обращать внимания на тошноту, охватившую меня, когда я добралась до кухни и достала бутылку воды из холодильника. Она, как обычно, оставила кухню в беспорядке, что заставило меня закатить глаза. В остальном она была идеальной соседкой. Я открыла бутылку и сделала глоток, прежде чем направиться по коридору в её комнату. Чем ближе я подходила, тем сильнее становилась тошнота, пока я не почувствовала слабость. Могу поклясться, что из её комнаты доносился странный запах.
Дверь была приоткрыта, что означало, что она не с Рори. Тем не менее, я постучала.
— Эй. Ты там? — запах определённо был отвратительный. Какого хрена?
Когда она не откликнулась, я толкнула дверь.
«Куда бы ты ни отправилась, я найду тебя. Ты заплатишь за свои грехи».
Слова вертелись
