моя ужасно чешется, но никаких гениальных идей в ней при этом не возникает. А если я пытаюсь днем записать приключения детектива по прозвищу Вращающийся Глаз в реальной жизни, то они почему-то напоминают бред сумасшедшего, и я начинаю буксовать после первых трех фраз. Выдумывать историю — совсем не то, что ее записывать, это я вам точно говорю!
Одним словом, герр Деммон попросил нас написать о том, что мы делали во время каникул.
Энцо предложил написать ужастик о том, как я поскользнулась на подгузнике и сверзилась вниз, добавив в него побольше шокирующих подробностей — про запах и все такое. Но, по-моему, это уж слишком! Неужели мои летние приключения на этом и закончатся, думала я, разъезжая в коляске по своей комнате. И настроение у меня было такое паршивое, что я готова была откусить собственную загипсованную ногу.
* * *
НАЧАЛО НОМЕР ТРИ
Моя комната находится на первом этаже, окно выходит во двор. Из него я вижу соседские окна.
На первом этаже слева живет моя лучшая подруга Фло вместе со своей мамой Пенелопой и сводным братом Энцо. Они переехали сюда совсем недавно. В доме пять этажей, но все остальные жильцы, наверно, разъехались в отпуска, поэтому за их окнами ничего не происходит.
В доме напротив четыре этажа. На самом верху живет старушка, которая разговаривает с цветами. Они растут у нее на балконе в ящиках и горшках. Я могу разглядеть их из своей комнаты и знаю, как они называются, благодаря справочнику растений, позаимствованному у моей бабушки. Крайние слева — оранжевые анациклусы, похожие на ромашки, рядом с ними — миниатюрный перчик-чили, потом австралийские маргаритки, и крайняя справа — калея закатечичи. Вот с ней старушка и говорит дольше всего, причем низко склоняется над зелеными листиками, гладит кончиками пальцев бледно-желтые цветы, а потом закрывает глаза и крестится. К сожалению, не могу разобрать, что она при этом говорит, но мне кажется, что она молится этой травке, потому что в справочнике сказано, что испанцы называют ее «листья бога». Настой из этого растения дарит больным людям исцеляющие сны.
На третьем этаже живут печальная женщина и ее муж. Думаю, что она грустит оттого, что муж не разговаривает с ней за ужином. Он всегда читает газету, а женщина смотрит либо в окно, либо на газету под носом у мужа. Когда однажды она уронила на газету картофелину, мужчина раскричался, вскочил и убежал из-за стола, а эта бедняжка расплакалась.
На втором этаже живет мужчина без женщины. Он не читает газет, но каждый вечер часа по три упражняется с гантелями у открытого окна — с голым торсом, покрытым татуировками. На левой руке у него вытатуирована паутина, на правой — огнедышащий дракон, а на груди написано «Dum spiro spero». Это на латыни, а переводится так: «Пока дышу — надеюсь». Перевод я нашла в Интернете. На что именно надеется этот господин, там, конечно же, не написано. Но, наверное, надежда у него очень большая, потому что во время упражнений он тяжело сопит и иногда почесывает грудь. После тренировки он выпивает бутылку молока, а потом или выключает свет, или начинает разглядывать свои татуировки.
На первом этаже живет семья с тремя детьми. Позавчера они уехали в отпуск. Я видела, как они паковали чемоданы. Думаю, они едут к морю, потому что укладывали панамки, ласты и маски. Старший сын хотел прихватить игровую приставку, но мама ему запретила, а когда она вышла из комнаты, он вывалил из чемодана все вещи и тайком сунул приставку на самое дно.
Не могу сказать, кто живет на первом этаже, потому что окна там закрыты шторами. На первом этаже есть еще небольшая пристройка, она находится всего в нескольких метрах от меня. Если перебросить доску из моего окна, я бы вполне могла попасть на крышу пристройки (если б не эта инвалидная коляска, конечно). Квартирка там совсем небольшая, обитает в ней мужчина, которого я никогда раньше не видела. Кто он и где работает, мне еще предстояло узнать, как и то, чем он занимается кроме работы.
Так и начинается моя история, которая стоила мне немало нервов. Так что и мне имело смысл обзавестись упаковкой успокоительного, чтобы выдержать напряжение.
* * *
Ну, вот и все три начала.
Неважно, какое вам нравится больше, но каждое из них годится для той истории, которую я вам сейчас расскажу. Теперь вы уже знаете, как я провела первую неделю своих каникул. Но события начали разворачиваться только с середины второй недели. Чтобы рассказать об этом, придется отмотать ленту назад, к утру среды, когда я сидела в коляске у окна и с биноклем в руках ждала, когда же в наш дом переедет моя лучшая подруга Фло.
2. Сольный концерт и переезд с неожиданностями
Было без четверти одиннадцать. На синем небе сияло солнце, Белоснежка охотилась на бабочек, а птицы, наверно от полноты летнего счастья, орали во все горло. К сожалению, я их не слышала, так как мой маленький братец снова закатил концерт в моей комнате. В июле Леандро исполнится семь месяцев, но папаю уже и сейчас было ясно: когда-нибудь его сын станет выдающимся музыкантом. Леандро любит музыку «Олодум», бразильской группы из Сальвадора — родного города папая, исполняющей рэгги и самбу. Каждый раз, когда папай включает их компакт-диск, малыш начинает подпевать, вернее, вопить изо всех сил — как сегодня. «О-ло-ду! Ту-бо! Бо-до-ло!!!» — завел он, заглушая барабаны «Олодум». И при этом еще колотил поварешкой по подвешенным жестяным банкам и крышкам.
Это Энцо смастерил ему такой ударный инструмент, и мне бы ужасно хотелось, чтобы этот инструмент оказался в комнате Энцо, чтобы тот мог на себе прочувствовать, что это за подарок.
Кроме подгузника на Леандро ничего не было. Кожа у моего братца кофейного цвета, а волосы совершенно черные.
Он очень похож на папая, и, если честно, я даже немножко ревную. Из-за моей светлой кожи и белокурых волос никто даже не догадывается, что я наполовину бразильянка, правда, папай говорит, что зато я унаследовала мамину красоту.
Сегодня мама на работе в больнице. Она уже месяц, как работает по утрам. Поэтому папай теперь отправляется в наш ресторан в вечернюю смену, а Пенелопа с дедушкой удерживают позиции в первой половине дня. Но сегодня в ресторане был только дедушка, потому что Пенелопа, Фло и Энцо были заняты переездом.
Где же они? Я в который раз схватилась за бинокль
